Наука страсти - Джулиана Грей

В личный номер герцога Эшленда Эмили прибыла первой. Она провела нервные семь минут, мечась по комнате, поправляя шторы, подбрасывая уголь в камин. Неделю настраивала себя, неделю ожесточала сердце и растаяла, как железо в кузнице, стоило увидеть герцога, стоящего у своего стола в кабинете, — такого большого, мощного и буквально потрескивающего в центре того поля магнетической энергии, которое он без всяких усилий создает везде, где находится сам. Яркий взгляд его голубого глаза прожег ее кожу насквозь, и она поняла, что не откажет ему. Просто не сможет.

Она уже разделась до корсета и сорочки. К чему притворяться, что это нечто большее, чем плотское свидание, пылкое повторение случившегося неделей раньше?

Наконец в дверь постучались. Эмили натянула на глаза повязку и повернулась.

— Эмили? — От звука его чудесного голоса кровь побежала по жилам быстрее. Эмили протянула руки.

— Я здесь.

Она ожидала прикосновения руки, формального прикосновения губ к пальцам. Но быстрые шаги приблизились, она взлетела в воздух и оказалась крепко прижата к обширной груди.

— О боже, Эмили. Наконец-то.

Эмили обвила его шею руками и вдохнула теплый аромат его кожи прямо под ухом.

— Я скучала, — прошептала она.

Он держал ее, ничего не говоря, только угли шипели в камине да негромко тикали часы. Должно быть, он ее все-таки чуть-чуть любит. Просто должен любить. Эмили прислушивалась к его сердцебиению, к ровному дыханию.

«Запомни это».

— Моя. — Он поцеловал ее в шею.

Она легонько прикусила мочку его уха.

— Мой.

Он со свистом втянул в себя воздух, поднял ее еще выше, куда-то понес, усадил на подушки — то ли в кресло, то ли на диван, Эмили не поняла — и впился губами в ее рот, целуя неистово, нырнув рукой под корсет и лаская грудь.

Сейчас. Он возьмет ее прямо сейчас, не успев обменяться с ней и дюжиной слов, — и каждый атом ее тела запел от порочного предвкушения. Она хотела, чтобы ее взяли здесь, чтобы он пригвоздил ее к подушкам, вонзаясь в нее своим естеством. Эмили лизнула его рот языком и прогнулась, подставляя спину под его ласки.

Но он отодвинулся и пророкотал:

— Погоди. — Его грудь тяжело вздымалась под ее ладонями. — Погоди. Одну минуточку, пока мы не увлеклись.

Он встал. Эмили попыталась выпрямиться на этих скользких подушках. «Кресло», — рассеянно подумалось ей.

— Где ты?

— Здесь. — Что-то упало к ней на колени.

— Что это? — Она положила ладони на сверток — стопка бумаг.

— Это контракт, Эмили. Узаконенная клятва.

Эмили провела пальцем по краю стопки. На сердце словно упала тяжесть, и оно медленно опустилось куда-то в желудок.

— Я не понимаю.

Голос Эшленда раздавался откуда-то сверху и издалека, вероятно, он стоял у каминной полки.

— Время для уверток прошло, Эмили. На прошлой неделе ты была совершенно права. Это не может так продолжаться, не после того, что между нами случилось.

— Я не… мне не нужно…

— Эмили, я не Энтони Браун. Я — Энтони Расселл, герцог Эшленд, и всю прошлую неделю я провел в Лондоне, улаживая свои дела. Я велел своему поверенному начать дело о разводе с моей женой, и мы с тобой поженимся сразу же, как только выйдет последнее решение.

Эмили выпрыгнула из кресла, сжимая в руке бумаги.

— Что? Нет!

— Но пока все это тянется, я не смогу жить без тебя. Ты держишь в руках документ на право единоличного владения домом около «Эшленд-спа». Большим и, я надеюсь, вполне комфортабельным домом, переведенным в твою собственность на имя Эмили Браун. Я уже приказал слугам убраться в нем и подготовить все к твоему вселению. Обставить дом можешь по своему вкусу за мой счет. Кроме того, я подготовил начальное платежное поручение на 10 тысяч фунтов, кои будут помещены на банковский депозитный счет на твое имя, и на две тысячи ежегодного денежного содержания на твои нужды, которые будут пожизненно — в течение всей твоей жизни — выплачиваться из средств моего имения. Если, — тут его деловой голос на мгновение дрогнул, — если же нам повезет и мы сумеем зачать дитя, я позаботился о выплате десяти тысяч фунтов каждому нашему отпрыску в случае бракосочетания или достижения совершеннолетия, в зависимости от того, какое событие произойдет раньше, и о соответствующем увеличении твоего годового денежного содержания на тысячу фунтов. Вряд ли требуется добавлять, что каждого отпрыска я признаю как своего и официально узаконю после заключения нашего брака.

Эмили потеряла дар речи, и слова впустую пролетали мимо ее ушей: отпрыск, и ежегодно, и пожизненно. Дождавшись паузы, она выдохнула:

— Твоя любовница! Ты собрался сделать меня содержанкой!

— Ты будешь моей женой.

— Женой? Ты с ума сошел?!