Мадам, вы будете говорить? - Мэри Стюарт

– Солидная процессия проследовала в комнату Крамера, – заметила Луиза.

– Да, действительно. – Я содрогнулась. – Марсден услышал под окном довольно много. Он разобрал, что в комнате было по крайней мере трое – Крамер, Жан-Поль и Андре, поэтому даже узнав, что случилось с Дэвидом, он не мог почти ничего сделать. Его знаний французского хватило только, чтобы понять, что они собираются перевезти Дэвида, но он не рискнул потерять след, отправившись в полицию. Он просто держался поблизости и ждал шанс перехватить мальчика.

– Бедный Джон, – сказала Луиза.

– Он говорил, это был ад, – сказала я ей. – Он ждал и ждал, а они болтали и болтали, а затем дверь распахнулась и вошел Ричард.

– Ну и момент!

– Не правда ли? Ричард, конечно, ничего не помнит, кроме Дэвида, лежавшего на софе. Он двинулся к мальчику, и все трое немедленно на него набросились. Марсден под окном ничего не видел, но услышал, как Ричард воскликнул по-английски: «Дэвид!», а затем начался шум и крик. Потом Крамер сказал что-то вроде «Суньте их обоих в фургон», поэтому Марсден проскользнул в гараж. Так как он думал, что все трое поедут в фургоне, и не допускал и мысли остаться позади, то влез внутрь и спрятался под какими-то мешками. Но они бросили Ричарда и Дэвида внутрь, замкнули за ними дверь, и Крамер велел Андре отправляться в то место на побережье, спрятаться в укрытии и ждать его. Затем они с Паулем Вери вернулись в офис ждать Лоран. Марсден был в ярости. Если бы он не был заперт, то смог бы разделаться с Андре и затем отвезти Ричарда и Дэвида прямиком в отделение полиции. Но он застрял, поэтому выждал, развязал Ричарда и начал приводить его в чувство.

Луиза удовлетворенно вздохнула:

– А когда бедный Андре остановил фургон и вышел достать тела…

–…они оглушили его, связали и забрали пистолет. И даже сняли пиджак закутать Дэвида. В целом, – заметила я, – мне немного жаль Андре. Крамер говорил, что он немного глуповат.

Луиза засмеялась:

– А теперь еще и Роммель укусил его. Бедный Андре! Я откинула покрывало и встала с постели.

– Бедный Роммель, хочешь ты сказать. Ему пришлось немало перенести. Дэвид оставил его возле магазина, и несчастный пес ждал вечность. В конце концов он отыскал дорогу боковыми переулками, и там я его подобрала. Ты сказала что-то о моей одежде?

– Твои вещи в моей комнате. Я их принесу; не хотелось будить тебя раньше. – Она улыбнулась, вставая. – Как хорошо я сделала, что привезла тебе самое красивое платье!

– Мое мексиканское? – спросила я благодарно. – Дорогая Луиза, ты должна быть моей подружкой невесты снова.

– Никогда, – сказала Луиза. – Это дурная примета, в любом случае. Я слишком стара. Но я подожду и стану крестной матерью.

– Ты немного опережаешь события, – заметила я.

– Тогда я буду надеяться, – сказала Луиза, направляясь к двери. Она повернулась, и ее брови насмешливо изогнулись. – Так же, как и ты, не правда ли?

– Я?

– Да. Он ведь даже не сделал тебе предложение.

Дверь мягко закрылась за ней.

Доставая из привезенного Луизой чемодана платье, я увидела под ним серебряную рамку, обрамляющую фотографию. Глаза Джонни улыбнулись мне.

Я взяла фотографию, посмотрела на лицо и краем глаза заметила побледневший синяк на запястье.

Я улыбнулась Джонни, затем легонько прижала запястье к лицу. Все мои колебания, все сомнения, которыми ум смущал сердце, казалось, разрешились и исчезли вместе с остальными кошмарными приключениями. Прошлое и будущее слились в эту секунду и вместе очертили контуры моей жизни. Я никогда больше не буду тосковать и вспоминать Джонни с глубокой глухой болью, словно часть меня вырвали и отбросили и оставшийся шрам ноет от холода. Но, как ни парадоксально, теперь я ощущала, что он ближе ко мне, чем когда бы то ни было с той последней ночи, проведенной вместе перед его вылетом. Я снова была целая, и Джонни навеки был со мной, как часть меня. Из-за того, что я нашла Ричарда, я никогда не потеряю Джонни. Все, что я знала о жизни и любви, было подарком Джонни, и без этого подарка мы с Ричардом были бы беднее. Мы оба его должники, теперь и навеки.

Я поднесла фотографию Джонни к лицу и поцеловала. Последний раз я делаю это. Затем я бережно убрала фото обратно в чемодан и взяла платье.

Чуть позже я открыла дверь, позвала Луизу, и мы вышли в солнечное сияние встречать Ричарда.