Темный. Плохой. Незнакомый - Джейд Вест

— И ее тоже.

Я повернула голову в его сторону, борясь с желанием сорвать повязку с глаз, наплевав на последствия. Узнаю ли я его? Было ли его лицо таким же, каким я представляла его на кончиках пальцев? Я обдумывала это, когда его рука опустилась мне на колено.

— Я серьезно, Джемма. Я скучал по тебе, не только по твоей сладкой киске.

— Это твое представление о романтике?

— Как будто ты хочешь романтики.

— И правда, — хихикнула я. — Хорошо, что не хочу, да?

— Я могу быть романтичным, — сказал он. — Могу делать массаж ног при свечах и с лепестками роз. Я даже могу обниматься в постели и приносить кофе по утрам. При определенных обстоятельствах, конечно. Не такой уж я и развратный, Джемма. Просто прошло много времени.

— А я не могу, — ответила я, потеряв всякое чувство юмора. — Романтика заставляет меня нервничать. Выводит из себя.

Настала его очередь смеяться.

— Тогда, полагаю, нам придется довольствоваться накачкой киски и порцией горячего анала, не так ли?

Я бы с радостью согласилась на это.

Джейсон

Комната для гостей в доме Стива уже была готова. Я подтолкнул Джемму к кровати, и заставив ее откинуться, уткнулся лицом ей между бедер, будто мы не виделись тысячу лет. Она схватила меня за волосы и прижалась к моим губам.

— Да, — сказала она. — Пососи мой клитор, Джейсон, блядь, пососи меня.

Чем я и занялся.

Мою посылку еще не доставили, и я отправил Стива с миссией в Лондон на поиски того, что мне было нужно. Он практически умолял меня разрешить присоединиться к нам, но этот идиот задолжал мне.

Теперь долг оплачен.

Я уложил Джемму на кровать, и она не колебалась, когда я приковывал ее запястья наручниками к изголовью. Стянув с нее платье, я обнажил ее идеальные сиськи. Сильно сжал их в ладонях, а потом хорошенько шлепнул. Ее соски затвердели от этого прикосновения, готовые к моему языку.

— Мне нужно, чтобы ты лежала спокойно, грязная девчонка, достаточно спокойно, чтобы накачать помпу.

Она кивнула.

Потребовалось несколько попыток, чтобы сделать это правильно, но она не возражала. Я наблюдал, как ее великолепная киска расцветает для меня, набухает внутри всасывающей помпы, словно идеальный влажный моллюск. Следил, как наливается ее плоть, и наслаждался тем, как Джемма дрожала и постанывала, становясь тугой.

Я ущипнул ее за соски.

— Тебе больно, грязная девчонка?

— Немного, — ответила она. — Ощущается странно.

— Я могу остановиться.

— Нет. В хорошем смысле странно, — покачала головой она.

Я лег рядом, поглаживая пальцами мягкую плоть ее живота, губки ее киски выступали в стеклянной чаше, как идеальный персик.

— Мне нравится, что ты здесь, в моей власти.

— Ты действительно хочешь видеть меня такой? — прошептала она. — Такой опухшей и странной.

Я потерся головкой члена о ее бедро.

— Вот тебе и ответ. — Повернув ее лицо к себе, я коснулся ее губ своими.

— Поцелуй меня, — прошептала она. — Пожалуйста…

Проникнув в ее рот своим языком, я с силой встретил ее язык. Я поцеловал ее глубоко и влажно, затем пососал ее нижнюю губу, пока помпа творила свое волшебство. Она застонала, широко раздвинув бедра, когда я, наконец, освободил ее от давления. Она вскрикнула, когда я сжал ее пухлый холмик между пальцами. Она была такой мягкой и холодной. Мне понравилось, когда она была на ощупь набухшей и спелой.

— О боже, Джейсон. Боже, это так чертовски странно.

Я провел по ней языком. Затем впился в нее своим ртом. Она была такой охренительно нежной. Ее клитор так сильно набух между моими губами. Она извивалась и брыкалась, дыхание было прерывистым.

— Я мог бы сосать эту сладкую киску всю гребаную ночь напролет.

— Пожалуйста… о боже…

Я раздвинул ее и уткнулся лицом в пухлые губки, исследуя их языком, пока не нашел путь внутрь нее. Великолепная.

— Ты чувствуешь это, грязная девчонка? Чувствуешь, какая чертовски набухшая у тебя пизда?

— Блядь, да…

— Я люблю тебя такой.

— Трахни меня, Джейсон, — прошипела она. — Жестко!

Я накрыл ее тело своим, дразняще вводя член в ее набухшую щелку. Она ощущалась так хорошо вокруг меня, скользкая, мягкая и восхитительно влажная. Я медленно входил в нее, удерживая себя в таком положении, пока она обхватывала лодыжками мои игры.

— Это может занять всю ночь, — прошептал я. — Всю гребанную ночь, Джемма.

— Пожалуйста…

— Ты хочешь этого?

— Боже, да… трахни меня!

Мучительные толчки, дразнящие и контролируемые. Она позвякивала наручниками, кусая губы, пока я истязал ее. Я следил за каждым вздохом на ее губах, за каждым движением ее головы. Смаковал каждый ее тихий вздох и всхлип. Шлепал по ее набухшей щелке, когда она молила о большем.

Когда я, наконец, кончил в нее, это произошло без лишнего шума. Лицом к лицу, прижавшись лбом к ее лбу. Молча, я наполнил ее киску, и выскользнул из нее с тихим стоном.

Она была в полудреме и нежно улыбалась, когда я расстегивал ее манжеты. Я помассировал ей запястья, и она, перевернувшись на бок, подтянув колени к груди, со вздохом зарылась в подушку.

— Ты хочешь вернуться домой, Джем?

Она покачала головой, зарываясь в одеяло.

Я выключил свет, погрузив нас в темноту.

А потом устроился рядом с ней.

Джемма

Сквозь занавески пробивался рассвет. Во рту пересохло. Сухо, как в пустыне. Я разглядела очертание стакана на тумбочке и несколько раз моргнула, чтобы сфокусировать взгляд. Вода принесла желанное облегчение. Я поставила пустой стакан на место и забралась обратно под одеяло. И тут меня осенило.

Я могла видеть.

Комната была полна теней и темных силуэтов, но я могла их видеть.

Джейсон крепче обхватил меня рукой за талию.

Черт. Я пошарила по подушке в поисках