Дар Небес - Ксения Перова

– Я все испортил, да? – неожиданно спросил Питер, глядя в спокойные глаза эр-лана. – Все запорол. Мы были вместе, были счастливы… и я все загубил своей дурацкой ревностью, своим нелепым желанием постоянно вынуждать тебя демонстрировать свои чувства. Лэнгилл прав – любовь может быть разной. И я твою совсем не понимал. В детстве я мечтал, что стану взрослым и у меня будет такой друг, как ты. Который будет любить меня и защищать. И у меня действительно появился чудесный, необыкновенный друг… вот только я так и остался жалким, неуверенным в себе маленьким мальчиком.

Внезапно он ощутил слезы на щеках – так странно было плакать здесь, сейчас! Казалось, он забыл, как это делается.

Фэлри молча шагнул еще ближе и обнял его. Питер судорожно обхватил руками его крепкое тело, прижался лицом к его груди и прошептал:

– Прости меня, Фэлри… прости, что не смог стать тем, кого ты заслуживаешь. Настоящим Даром Небес.

– Может, еще станешь.

Питер машинально кивнул… и только тут понял, что эти слова произнес не Фэлри.

32

Он распахнул глаза и почувствовал, что обнимает пустоту – потерял равновесие и чуть не упал носом вниз. Сильная рука со знакомой бесцеремонностью ухватила его за шиворот и привела в вертикальное положение.

– Т-тайрон?!

Питер резко развернулся.

Догадка оказалась верной – вот только Тайрон был не один.

Серый туман как будто посветлел от сияния, распространяемого стройной фигурой. Одежда эр-ланского фасона – темное верхнее одеяние поверх более светлого нижнего, перетянутое широким поясом; черные волосы собраны в традиционный пучок с выпущенной прядью.

Прозрачные глаза феникса уставились на Питера с укором .

– Вот что это ты меня нарядил, друг мой?

– Э-э-э, не бери в голову, – примирительно произнес Тайрон. Он был в привычной сегийской стандартной одежде, – его подсознание считает, что все эр-ланы так выглядят.

Питер почувствовал такое огромное облегчение, что едва не бросился им на шею.

– Хвала Всемогущему! Наконец-то вы здесь!

– Здесь-то мы здесь, – хмуро бросил Тайрон, скрещивая на груди огромные ручищи, – да только радоваться нечему.

– Почему? Вы же вытащите меня отсюда!

Сег нахмурился еще сильнее и промолчал. Сарга, все это время дергавший за прядь в попытках распустить прическу, промолвил:

– Боюсь, вытащить тебя не так просто, юноша. Точнее, из притона-то мы тебя извлекли, сейчас ты наверху, в моей башне. Повезло, что Тай отправился проверить, что за шумиха поднялась на нижнем уровне, иначе…

– Погоди-ка… – Питер перевел взгляд с Сарги на Тайрона и обратно, не веря своим ушам, – ты хочешь сказать… Тайрон жив?

– Так вот же он, перед тобой, – удивился Сарга.

Питер схватился за голову.

– Я думал, это просто часть моего подсознания… я уже повидал отца, маму и еще всякого… Тайрон, ты все-таки выжил!

И он, не в силах больше сдерживаться, обхватил огромного сега куда смог дотянуться и крепко обнял.

– Ну-ну… – пробормотал Тайрон, поспешно отрывая его от себя, – вот еще глупости. Ты что, девка, что ль?

Сарга с улыбкой положил ладонь ему на локоть.

– Тай, не будь таким суровым. Мальчик переволновался, это естественно… пора бы привыкнуть, что не все в этом мире пытаются тебя убить.

Питер поднял голову и сквозь туманную дымку слез увидел нечто странное – взгляды, которыми обменялись эти двое. На мгновение они стали похожи на людей, которые держат в руках горящий лист бумаги – каждый за свой уголок.

– Но… я же видел, как ты упал с обрыва, – пробормотал Питер.

Сарга легкомысленно помахал рукой.

– Сам бросил, сам и удержал. Все просто.

Возникла пауза, серый туман стал чуть гуще, завертелся вокруг угрожающими клубами.

– Все действительно просто, – медленно произнес Питер во внезапной вспышке озарения, – вы все это спланировали, верно? Поэтому ты совсем не злишься, что Тайрон разрушил твой резервуар. И он не погиб, потому что вы разыграли и погоню и его смерть, верно? Но зачем?

– Как зачем? – удивился Сарга – Тайрон молчал, точно зашитый, на его грубом лице застыло непонятное выражение. – Ну Питер, ты меня так порадовал своей догадкой и вдруг столь глупый вопрос! Конечно, ради Мелл Фэлри.

Питер на самом деле подозревал, что так оно и есть, но хотел убедиться.

– Ты хотел, чтобы он передумал, повернул трансформацию вспять?

Сарга покачал головой.

– Нет – да и невозможно повернуть ее вспять. Изменения слишком глобальны. Мелл Фэлри навсегда останется таким, какой он есть.

– Тогда зачем?

– Чтобы помочь ему, – просто ответил Сарга. Поразительные хрустальные глаза с чуть приподнятыми внешними уголками наполнились печалью, – чтобы он сдвинулся с мертвой точки, перестал себя наказывать и смог снова стать счастливым. И его отец стремился к тому же.

– Лэнгилл? – изумлению Питера не было предела.

Сарга еще раз с досадой подергал волосы, пытаясь распустить прическу – и вновь безуспешно.

– Он связался со мной около десяти лет назад. Сказал, что его сын, скорее всего, в Ясионе, попросил присмотреть за ним. Описал ситуацию. Я не смог ему отказать.

– Лэнгилл твой друг? – недоверчиво спросил Питер. – Разве ты покинул Оморон не из-за ссоры с другими эр-ланами?

– Он мой брат, – спокойно ответил Сарга, и на этот раз в его прозрачном взгляде вспыхнула боль, – и да, мы несколько… не сошлись во взглядах на то, каким должно быть будущее человечества. Но с тех пор прошло двести лет. Ничто в мире не стоит того, чтобы братья дулись друг на друга так долго.

Пораженный Питер уже открыл рот, чтобы задать очередной вопрос, как Тайрон, мрачневший все больше в процессе разговора, вдруг рявкнул:

– Может, хватит уже болтать?! Нах, pax, max! Время уходит!

Сарга вновь с мягкой улыбкой коснулся его локтя, и у Питера в очередной раз возникло смутное чувство, будто этих двоих что-то связывает. Что где-то сейчас происходит небольшой, тайный праздник, на который кроме них никто не приглашен.

Он пожал плечами.

– О чем ты? У нас полно времени.

Сарга покачал головой.

– К сожалению, нет, Тай совершенно прав. Твой мозг подвергся воздействию этой дряни, митаса, он губит мой город не хуже Белой Лихорадки. Теперь ты сможешь сохранить разум, только если будешь жить в своих грезах, а осознавая все, как сейчас… быстро сойдешь с ума.

Питер похолодел.

– То есть… я уже не смогу очнуться?

Сарга покачал головой и черная прядь соскользнула с его плеча. Он снова рассеянно ее подергал.

– Мы дадим тебе еще митаса, чтобы ты обо всем забыл. Будешь спокойно грезить, пробудешь с Фэлри столько, сколько сможешь… пока твое тело не погибнет от голода и жажды. Ты