Невеста поневоле - Айрин Лакс

Ничего не могу поделать, а дёргать запястье бесполезно. Оно уже стёрто до крови. Малейшее прикосновение с грубым браслетом причиняет обжигающую боль.

В какой-то момент я ныряю в забытье. Не понимаю, сплю или просто брежу. Но стены комнаты сжимаются вокруг, до размеров спичечного коробка. Я накрываю голову руками, стараясь избежать кошмара наяву.

Внезапный грохот сотрясает стены. Бум… Бум… Бум…

Где-то вдалеке. Потом ближе и ближе. Кто-то идёт напролом. Нагло, дерзко и самоуверенно. У меня нет времени подумать, пришёл ли на выручку Анваров или кто-то другой!

По коридору раздаётся топот ног. То в одну сторону, то в другую. Громкие голоса. Отборная ругань. Резко распахивается дверь. Я вжимаюсь в изголовье кровати, вскрикнув от страха.

– Девку срочно перевезти в другое место! – приказывает Мамонтов. – Пошевеливайтесь! Я не ожидал, что он так быстро найдёт нас и явится сюда…

Ко мне бросается охранник, размыкает браслет наручников. Он грубо хватает меня за руку, сдёргивая с кровати, толкает в сторону выхода, где меня уже дожидается Мамонтов, похлопывая пистолетом по ладони. Поравнявшись с ним, я стараюсь отойти в сторону, но он грубо хватает меня за волосы и тащит за собой, пыхтя, как старый паровоз.

– Я назначил Анварову встречу. Разумеется, не поехал сам, но отправил туда другого человека. Этот хитрозадый ублюдок сделал то же самое! Нарочно отвлёк моё внимание... Сам заявился сюда! Ничего у него не выйдет! – грозит Мамонтов. – Я контролирую ситуацию!

Мы проходим мимо окна. Оно рассыпается тысячами осколков от выстрелов, идущих сплошной пеленой. Мамонтов прикрывает локтём голову и на мгновение ослабляет хватку. Этого достаточно, чтобы пнуть толстяка ногой в пах и побежать по коридору.

– Ах ты дрянь! Поймаю… Шкуру живьём спущу!

Позади грохочут выстрелы. Но Мамонтов не очень хороший стрелок. К тому же кто-то запускает дымовую шашку. Я окончательно теряюсь в пространстве и бегу, не разбирая дороги.

– Олеся!

Замираю. Слёзы катятся градом с глаз. Лёгкие разрываются от удушающего дыма. Послышался ли мне голос Ильяса? В грохоте почти ничего не удаётся разобрать!

Я залетаю за поворот. Сквозь мутную пелену слёз вижу дверь. Бегу к ней, толкаю изо всех сил. Она не поддаётся! Я начинаю паниковать. Позади слышится грязная ругань Мамонтова. По бокам гремят выстрелы. Звуки драки  и ломающейся мебели. В этом хаосе сложно понять хоть что-то!

Наконец, я тяну дверь на себя. Она поддаётся моим усилиям. Но совсем по миллиметру. Я рыдаю в голос. Дверь распахивается на меня. Меня резко хватают за плечи и распластывают по каменной груди.

Я впечатываюсь лицом в стальные мышцы, полные силы. Поверх головы гремят выстрелы. Что-то грузно падает на пол.

– Пойдём, малышка. Тебе здесь не место! Пойдём…

Меня бережно, но властно держат сильные руки. Сильный голос Анварова пробивается сквозь грохот выстрелов и рёв пламени.

– Всё хорошо, девочка моя. Всё хорошо.

Я узнаю голос любимого мужчины. Он полон заботы. Его запах, его прикосновения… 

– Ты в безопасности, маленькая моя. Веснушка…

Анваров заботливо вытирает слёзы, целуя мокрые щёки. Каждый жест полон любви и заботы. Рыдать хочется ещё больше. От страха и радости одновременно.

– Пойдём, я выведу тебя отсюда…

Расстояние кажется огромным. Мы идём целую вечность. Краем глаза я вижу, как люди Мамонтова бросаются врассыпную. Но далеко убежать не получается.

Анваров отводит меня подальше от здания, превратившегося в поле боя. Ильяс снимает со своего тела чёрную футболку и надевает её на меня. Она болтается на мне, словно туника, и скрывает разорванную одежду. Я вся в коконе тепла и запаха тела Ильяса. Цепляюсь за ткань рукой, мну в кулаке. Он спас меня. Я в безопасности… Да?

Меня подташнивает. Всё качается. Прикрываю глаза, так становится немного легче. Анваров уносит меня дальше и дальше от ужасного здания, где я провела самые кошмарные часы своей жизни. Я ещё дышу не полной грудью.

– Как ты?

Ильяс подсаживает меня на заднее сиденье внедорожника, накрывает пледом. Бережно растирает запястья и всматривается с тревогой.

– Скажи мне хоть что-нибудь, Леся, – просит Ильяс ломким голосом. – Они все получили по заслугам. Никто больше тебя не обидит! Ты со мной… В безопасности. Скажи хоть что-нибудь, – умоляет.

Губы дрожат. Они плотно сжаты, как будто в сильном спазме. Мне должно стать легче, но тело зажато тисками страха.

– Леся, прошу тебя… Леся…

Голос Анварова звучит настойчиво, но стоит ему замолчать, как я слышу другой голос с угрозами. Он въелся мне под кожу и разлился ядом в крови.

Судорожно цепляюсь за пальцы Ильяса, он осторожно обнимает меня. Целует. Дальше… Не помню. Пустота.