Лихорадка в ритме диска - Наталия Яровая

Мы с Катькой замерли, а Борислав продолжал:

— В офис пришел конверт из банка, в котором был личный счет Олега. Это — обычная практика, он всегда получал свою деловую корреспонденцию на адрес фирмы. Учитывая сложившиеся обстоятельства, мы сочли возможным посягнуть на конфиденциальность содержимого конверта и вскрыли его. И что же мы обнаружили?

— Что? — выдохнула Катька, а я уже догадалась. Все-таки я сообразительнее.

— А то, что все это время, пока Павленко не подавал признаков жизни, по его личному счету шло активное расходование денежных средств. Не уверен, что сообщил для вас что-то новенькое.

Мы молчали.

— Хорошо, я продолжу. Мы, конечно, оказались в тупике, но служба безопасности перевернула вверх дном весь город. В местах, где списывались денежки Олега, удалось установить, что по карточке нашего генерального щедро отоваривались две молодые особы. Вот их собирательный образ. — С этими словами он протянул нам два листочка бумаги. Никто и не сомневался, что там в полной красе были изображены мы с Катькой. В карандаше.

— Фирма веников не вяжет. — Все, что я смогла придумать в ответ.

— Не вяжет, — подтвердил Борислав. — Дальше рассказывать?

Я обреченно кивнула, а он охотно продолжал:

— Но портрет портретом, а где искать-то ловких подружек? И тут нам повезло! Кто угадает с трех раз в чем, тому дам сладкую конфетку.

— Мы купили джип. — Я опять оказалась самой умной.

— Точно! Правда, реального адреса проживания установить не удалось, зато теперь у нас была ваша фамилия и самое главное — машина, на которой вы ездите.

— У вас очень оперативная служба безопасности, — похвалила Катька.

— Не жалуемся, — довольно крякнул Евгений Иванович и взял нить повествования в свои руки. Речь его была попроще. — Делов оставалось немного. Я подключил свои связи в ГИБДД и дал на вас ориентировочку. И вот вчера поутру — звонок друга. Мол, проследовали ваши девоньки в таком-то и таком-то направлении. Дальше уже отслеживать вас было легче. Постов у нас, сами знаете, в каждой деревне по два. Вот и поехали по следу к самому синему морю. Приехали в ваш поселок. Там стоянок немного, так что машинку вашу быстренько отыскали. А там и вас обнаружили. Гуляли вы себе беспечно вдоль пляжа, воздухом дышали. Ну, хватать вас среди толпы отдыхающих резона нет. Так что стали ждать, когда вы сами к нам подойдете. Джипик периодически по колесам пинали. Чтоб он вас позвал, значит. Но вы, видать, существа беспечные, только в сумерках спохватились. Ну а дальше — сами знаете. Вот так и вычислили.

По последней фразе, а также по хитроватому взгляду Евгения Ивановича я окончательно утвердилась в своем подозрении, что наши ночные разговоры стали достоянием широкой общественности.

— А может, мы нашли эту карточку? — выдвинула Катька последний аргумент. Не очень уверенно, впрочем.

Наши оппоненты переглянулись и улыбнулись друг другу. Ну, понятно, не сработало.

— Девушки, — проникновенно сказал Бронислав, нет, Борислав. Я так и знала, что буду путаться в его именах. — Мы специально сразу открылись вам. В наши планы не входит игра в кошки-мышки. Несолидно это, да и времени жалко. Поэтому мы сразу решили установить максимальную прозрачность в наших отношениях.

Вообще-то правильное решение. Если бы нас пытали или пугали, мы бы совсем иначе реагировали.

— Мы пока не обвиняем вас ни в каком криминале. — Бронислав сделал ударение на слове «пока». — Просто мы уверены, причем абсолютно (еще бы! После наших ночных откровений), что вы видели Павленко последними. Нас не интересуют ни ваши с ним отношения, ни какие-то другие обстоятельства. Мы просто ищем своего генерального, и вы очень нам в этом можете удружить. Какой смысл вам молчать?

И правда, теперь уже никакого. Мы с Катькой переглянулись.

— Колитесь, девчонки! — протянул нам руку помощи Евгений Иванович, Бильярдный Шар, как я его про себя назвала.

И мы стали колоться. Целиком. Без утайки.

Нас слушали молча, не перебивали, но по ходу повествования мужчины становились все мрачнее и мрачнее.

— Выходит, все-таки он мертв, — хмуро констатировал начальник охраны, когда мы выложили все. — Черт побери! Что делать-то будем, Владленович?

Зам некоторое время не отвечал — думал. Потом изрек:

— Не знаю, Иваныч, если честно. Так все это… Не вовремя.

— Смерть всегда не вовремя приходит, — сумничала я в очередной раз, но не нашла одобрения.

Борислав метнул в мою сторону недобрым взглядом:

— Нет бы вам сразу нам на фирму позвонить! Столько времени потеряно! А вы в карточку вцепились!

— Да мы не из-за карточки, — промямлила я.

— А из-за чего?

— Не знаю. Страшно как-то было.

— Дуры! — обозвался Шар, и я обиделась. Сами знаем, что дуры, нечего на весь свет сообщать.

Мужчины еще немного подумали, потом Борислав принял решение:

— Ладно, пока я тут мозгами раскидывать буду, надо как-то джип из воды достать.

— Есть, — четко отрапортовал Шар. Из «бывших», что ли?

— Только, Женя, без криминала. Официально, свяжись там с местными органами, чтоб все по закону было.

— Хорошо. У меня там дружок райотделом заведует, сообразим. Я с собой, наверное, водолаза возьму, есть у меня, из старой гвардии. Ну а кран на месте организуем. — И повернулся к нам: — Ну что, подруги, если б вчера все сразу рассказали, не пришлось бы туда-сюда мотаться.

Мы подавленно молчали.

— Ладно, — подвел черту Борислав. — Ты давай собирай команду, девушки пусть пообедают — и в путь.

— А вы нас разве не отпустите? — Голос у Катьки предательски задрожал.

— Отпустим, — пообещал Шар. — Вот прогуляетесь с нами еще разок, машину достанем, опознание по полной форме проведем и отпустим. Я же обещал — никто вас не обидит.

От души, конечно, отлегло, но мы приуныли. Снова тащиться в такую даль! И потом, сама процедура опознания не очень-то вдохновляла. Однако смирились.

Мужчины остались в кабинете, а нас снова сдали на руки пацанам, которые в приемной строили глазки секретарше. Шар велел нас накормить и назначил встречу у входа через два часа.

— Пусть вещи свои заберут, — сказал он напоследок. — Мы их потом снова на базу отвезем. Отдыхать. — И посмотрел на нас с осуждением. Мне было стыдно.

— Такие люди хорошие, — вздохнула Катька, когда пацаны отвели нас в «люкс» и дали пятнадцать минут на сборы. — А мы с тобой, Маринка, так погано поступили!

Я промолчала. Что говорить, когда нечего говорить?

Мы собрали свои баульчики и отправились вместе с сопровождающими в небольшое кафе на соседнюю улицу.