Лихорадка в ритме диска - Наталия Яровая

Всю дорогу в салоне микроавтобуса висела зловещая тишина. Каждый думал о своем, что называется. Я лично анализировала события последних дней. Как нас вычислили?

Очень сильные подозрения падали на Маневича. Почему бы ему не позвонить в офис этого «Строймастера» и не слить про нас всю информацию? Но здесь вставал другой вопрос — зачем ему это? Если из зависти, то о масштабах привалившего нам счастья он узнал только что и вряд ли успел бы так оперативно вызвать пацанов. Скорее всего, он сделал это раньше и просто попросил в «Строймастере» вознаграждение за известие о местонахождении их генерального. Поэтому и узнавал все время у Ирины, когда мы снова приедем. Стоп, но мы-то с Катькой тогда им зачем? Жорж мог просто показать речку, где покоится джип, прикинуться случайным очевидцем, и все. Как-то не сходились у меня хвосты с хвостами.

На въезде в город дремавший до этого лысый дядечка сладко зевнул на своем сиденье, потянулся со стоном и осведомился:

— Ну что, девчонки, не вспомнили, где с нашим Олежкой-то познакомились?

— Не знакомились мы ни с каким Олежкой! — выпалила Катька, и в ее ответе я не увидела ни капли лжи.

— Жалко, — с грустью сказал лысый, — я думал, что вам скрывать нечего. А выходит — ошибался. Это усугубляет ситуацию. Причем существенно. — Он немного помолчал, потом принял решение: — Значит, так. Придется немного напрячь память. Времени у вас до утра. Думаю, что для умных девочек этого более чем достаточно.

Я торопливо кивнула. Ура, нас отпускают до утра! За ночь мы что-нибудь придумаем. А дядечка невозмутимо продолжил:

— Ночлег мы вам гостеприимно предоставим. У нас при офисе есть небольшая гостиница.

Мы приуныли, а лысый подмигнул:

— А то вы больно шустрые, сдается мне. Так что переночуете в тихой и спокойной обстановке, повспоминаете. А утром подъедет заместитель нашего генерального, вот все вместе соберемся и с полным удовольствием выслушаем вашу пламенную речь. Все как есть. Да и разойдемся, как в море корабли. Так что ужастиков не будет. Если вы, конечно, умные девочки, а?

— Да уж не дуры, — вздохнула Катька. Я хранила гордое молчание. Чтоб лишнего не брякнуть.

Мы остановились на неприметной улочке, но в центре города.

«СТРОЙМАСТЕР» — прочитала я в свете фар солидную, но без излишеств вывеску у входа современного строения. Других вывесок не было, и входов других тоже не наблюдалось. Значит, все здание принадлежит этой фирме. С размахом, но без пыли в глаза.

Разминая затекшие конечности, мы по очереди вышли из микроавтобуса. Следом подкатил наш «прадик», из него вылез один из крепышей.

— Я сам джип на стоянку отгоню, — сказал ему лысый. — А вы с Димычем девчонок в люкс проводите. От ужина, я думаю, они откажутся, а вот на завтрак принеси им чего-нибудь. А то заморим раньше времени. А к десяти — к заму всем хором. И телефоны сотовые у них сейчас забери. До лучших времен.

Крепыш кивнул, а лысый обернулся к нам:

— Ну что, подружки, до завтра. И не бойтесь, здесь вас никто не обидит! — Подумал и добавил: — Пока, по крайней мере. И работайте над памятью. Безостановочно!

После этого он уселся в нашего Пусика и уехал, а мы в сопровождении крепышей, одного из которых, как выяснилось, звали Димыч, остались на темной пустой улице у входа в «Строймастер». Димыч нажал блестящую кнопочку возле солидной двери, у нас над головой глухо пожужжала камера слежения, потом замок на двери мягко щелкнул, и мы вошли. Нас встретил солидный охранник.

— Мы в гостиничку, — коротко пояснил ему крепыш, который Димыч. — Командированные у нас приехали.

Охранник кивнул. Видимо, мы не вызвали у него подозрений — прилично одетые, при багаже опять же. Он выдал близнецам связку ключей, и они повели нас по лестнице куда-то наверх.

Кстати, при нормальном освещении крепыши уже не казались братьями. Похожими у них были только мощные фигуры, одинаковое пристрастие к одежде черного цвета и любовь к прическе типа «бритый ежик». Лица же были совершенно разные, но я все равно еще не научилась окончательно различать, который из них Димыч, а который — нет.

Мы поднялись на самый последний этаж. Там в холле тоже сидел охранник. Он встал, приветствуя нас:

— Добро пожаловать!

Как-то полегчало на душе. Мы ответили на приветствие.

— В какой номер? — полюбопытствовал он.

— В люкс, — буркнул один из наших провожатых, а охранник почему-то скис и остался на своем посту.

Из холла мы вошли в пустой коридор с четырьмя одинаковыми красивыми дверями. И правда, похоже на маленькую гостиницу, очень даже мило. Однако все четыре двери остались позади, и мы оказались в, небольшом, сразу неприметном глазу «аппендиксе». Вот там-то и была заветная дверь, скорее похожая на дверцу сейфа или хранилища. В ее звуконепроницаемости и крепости не оставалось никаких сомнений — гладкий и мощный стальной лист. Ни ручек на нем, ни глазков, ни прочих атрибутов. Только маленькое отверстие для ключа. Димыч выбрал из связки необходимый ключ, провернул его в двери, и она бесшумно открылась нам навстречу. Что-то опять страшно стало!

Щелкнул выключатель, комната озарилась светом. Да нет, вроде бы ничего. Обычная комнатка. Почти пустая, правда. Простенький диван, стул, столик, в общем-то и все.

— Без изысков, — отреагировала Катька.

— Гости всякие бывают, — пояснил Димыч. — И проблемы всякие. Не бойтесь, здесь не пытают.

— А где пытают? — уточнила я на всякий случай.

Димыч хмыкнул и изменил тему:

— Здесь вот дверка, за ней — туалет и раковина. Душа нет, в этой комнате постояльцы долго не проживают. На окне решетка, кстати.

Интересно, а куда они, постояльцы которые, отправляются из этой комнаты дальше? Те, которые долго не проживают.

Думать в эту сторону не хотелось.

— Располагайтесь, — предложил не-Димыч. — Завтра мы часиков в девять подойдем, перекусить принесем — и на совет. Да не парьтесь вы, девчонки, расскажите им все как есть, да и все дела. Они ж нервничают — генерального потеряли! Фирма-то не вениками торгует! Контракты там всякие зависли, поставки, тендеры. Прочая лабуда. Так что лучше их не злить.

С этим напутствием крепыши удалились. Ключ мягко повернулся в тяжелой двери. Сейф заперт. Мыши в западне.

Мы с Катькой посмотрели друг на друга и одновременно выдохнули:

— Влипли!

Катька рухнула на диван, а я после дальней дороги решила воспользоваться туалетом. В крохотном помещении стояли начищенный до блеска унитаз, такая же раковина, на которой лежал кусок нетронутого мыла. На стене висели чистое полотенце и рулон приличной туалетной бумаги. Порядок, однако, здесь соблюдался во всем. Даже в аскетизме.

Вернувшись в комнату, я застала Катьку за банкой пива.