Прежняя любовь - Дороти Кумсон

— Тебе ведь понравилось, верно, сука? — пробормотал он прямо мне в лицо, даже не пытаясь скрываться. — Когда ты надо мной танцевала, тебе это нравилось. Тебе нужно было больше.

«Танцевала над тобой?» — подумала я. В тусклом свете мне с трудом удалось разглядеть черты его лица. Ничего примечательного. К тому же я никогда не запоминаю своих клиентов. Разве что попадется кто-то особенно уродливый… или вонючий… или распускающий руки… или размахивающий очень толстой пачкой денег, чтобы привлечь к себе внимание как можно большего количества девушек… Абсолютное большинство этих мужчин — самые обычные люди, и на улице я не узнала бы такого, даже столкнувшись нос к носу. И этого типа я тоже не узнала бы, столкнувшись с ним. Я не узнала его даже после того, как он швырнул меня о стену, стремясь получить больше того, за что он заплатил. Скорее всего, он озлобился потому, что, кружась вокруг него, я так и не села к нему на колени, на что он, видимо, рассчитывал.

Я всматривалась в его лицо, пытаясь вспомнить, не один ли он из тех, кто прикасался ко мне, презрев ограничения клуба. Один из тех, кому я это позволяла, давая понять, что они для меня особенные. Конечно же, я делала это только для того, чтобы они завелись и потратили на меня деньги. Или же он из тех, кто — и я это видела совершенно отчетливо — хотел меня коснуться, но после одной или двух песен подзывал другую девушку, чтобы в конце вечера покинуть клуб, чувствуя себя героем-любовником, за внимание которого сражались все до единой стриптизерши.

— Ты не такая, как остальные, — бормотал он низким и хриплым от вожделения голосом.

Он не был похож на бродягу. Скорее всего, передо мной стоял один из самых обычных мужиков, один из тех, кто каждое утро спешит на работу, а вечером заваливается с друзьями в клуб, чтобы посмотреть на девочек и повеселиться, разогревшись в каком-нибудь баре по соседству.

Впрочем, этому типу явно было не до смеха.

— Признайся, что ты хотела большего, — требовал он, тряся меня за плечи.

Я молча смотрела на него. Я и не думала бросать ему вызов. Я онемела от страха и шока. «Неужели он мне и в самом деле поверил? Неужели я действительно такая чудесная актриса?» — спрашивала я себя.

— Ну же, грязная маленькая потаскушка, скажи, что ты хотела большего!

«Ты, вообще, со мной разговариваешь?» — безмолвно вопрошала я.

Продолжая одной рукой держать меня за горло, он начал опускать вторую все ниже и ниже. Вот уже его толстые пальцы с обломанными зазубренными ногтями забрались за пояс моих брюк и стали лапать мой живот, пытаясь проникнуть дальше.

И тут я начала кричать. Я кричала, визжала и сопротивлялась изо всех сил, не обращая внимания на то, что его хватка у меня на горле становилась все беспощаднее. Требуя, чтобы я заткнулась, он вначале шипел, а потом начал на меня орать. Хотя он был гораздо сильнее, мне каким-то образом удавалось от него отбиваться.

— Эй ты, оставь ее в покое! — внезапно сквозь шум нашей возни пробился чей-то голос, и чьи-то руки оттащили от меня моего противника. — Пошел вон! Что ты себе позволяешь?

Напавший на меня мужчина неожиданно оказался на раскисшей, заваленной мусором земле.

— Нельзя так обращаться с женщинами, — сделал ему замечание мой спаситель.

— Это не женщина, это проститутка, приятель, — выпалил, с трудом поднимаясь на ноги, агрессор. — Ей за это платят. Ей нравится грубое обращение.

— Исчезни, — прорычал в ответ спаситель.

— На твоем месте я так не старался бы, приятель, — огрызнулся напавший на меня тип. — Все равно бесплатно тебя не обслужат.

— Слиняй! — заорал спасший меня мужчина.

Нападавший поспешил убраться, оставив меня с моим спасителем.

— Вы в порядке? — спросил он меня.

Я кивнула, будучи не в силах вымолвить ни слова после пережитого потрясения.

— Вам надо быть поосторожнее, учитывая близость этого клуба, знаете ли. Приличным женщинам тут небезопасно ходить, их постоянно принимают за стриптизерш, — произнес он. — Интересно, эти шлюхи понимают, какой опасности они подвергают остальных женщин? — Тут он присмотрелся ко мне и замолчал, оценив мой макияж и начесанные волосы.

Он понял, что перед ним не приличная женщина, а одна из шлюх.

Его лицо теперь выражало отвращение, он покачал головой.

— Будь осторожнее, — повторил он, после чего развернулся и ушел.

На самом деле второй мужчина сделал мне гораздо больнее, чем первый.

Но ведь это правда, как ты считаешь? Я ведь и в самом деле не отношусь к числу приличных женщин? Приличная женщина не стала бы делать то, что делаю я.

О боже, как же иногда я себя ненавижу!

Я больше не буду подписываться именем Ева. Какой в этом смысл? Я ведь и так знаю, кто я такая.

8 ноября 1988 года

Платье исчезло из витрины.

Меня затошнило.

С бешено бьющимся сердцем я вбежала в магазин. Я не могла в это поверить. Спустя столько времени его все-таки кто-то купил! Это совсем маленький магазин. Такие называют бутиками. Хозяйка магазина смерила меня взглядом.

— Чем могу быть полезна? — высокомерно поинтересовалась она.

Я поняла, что кажусь ей чем-то гадким и вонючим, но мне было все равно. Меня интересовало только платье.

— Платье из витрины, — заговорила я срывающимся от беспокойства голосом. — Его больше нет?

Ее злобные глазки снова обежали меня с ног до головы. На ее лице отчетливо читалось отвращение.

— Его меряет покупательница. Настоящая покупательница, с деньгами. Хотя каким образом это тебя касается, я себе и представить не могу, — фыркнула она.

— Я хотела купить это платье, — заявила я, тем самым давая ей власть над собой, позволяя вести себя еще более высокомерно и презрительно.

— Это дизайнерское платье. Единственное в своем роде, — уточнила она. — Оно стоит больше четырех сотен. У тебя есть такие деньги?

Было ясно, что она считает меня вполне способной украсть это платье. Но я ни за что не украла бы такую божественную вещь. Я вообще никогда и ничего не украла бы. Точка.

— Да, — собравшись с духом, ответила я.

Уголки ее рта дрогнули. Я поняла, что еще немного — и она засмеется мне в лицо. Я почувствовала, что слезы вот-вот горячими ручейками потекут из моих глаз. Я не хотела перед ней расплакаться. Вдруг помещение заполнил металлический шорох — это отдернулась ширма кабинки примерочной, расположенной в дальнем конце магазина. Мы с хозяйкой одновременно обернулись и увидели выходящую из кабинки женщину. На ней было мое платье.