Беспомощный - Элси Сильвер

Его пальцы кружатся и надавливают на мой клитор, когда он крепко обхватывает меня, заставляя меня хныкать. Заставляя меня звучать так чертовски нуждающе.

Он сосет мою шею, достаточно сильно, я знаю, что это оставит след.

Я собираюсь возразить, но он мгновенно крадет мое дыхание, когда он вводит два пальца в меня. Мое тело выгибается, чтобы принять его.

— Ты все эти годы притворялась, что другие люди — это я? Так же, как я? Я уверен, что так и было.

— О боже. — Я стону и отталкиваю его пальцы. Он высвобождает их и снова вкручивает, мучительно медленно. Я смакую чистое желание в каждом движении.

Это восхитительная пытка. И это то, что мне нравится.

— Ты можешь носить его кольцо, но мы оба знаем, что это был мой член, на котором ты ехала в своей голове, — хрипло говорит он мне по коже.

Смущение закручивается вместе с возбуждением. Он не ошибается. Ну, не совсем. Он ошибается, что у нас со Стерлингом вообще много секса. За то короткое время, что мы были вместе, я успела получить ужасно много мигреней или застрять на тренировках в студии до позднего вечера.

Его пальцы работают со мной, и я чувствую, что истекаю, становясь больше возбужденной, чем больше он ко мне прикасается. Чем больше он со мной разговаривает.

Он приподнимается на локте, так что смотрит сверху на меня.

— Посмотри на меня, Слоан.

Я не отрывала глаз от темной стены перед собой до сих пор. Смотреть на него — это как... много. Как будто обнажаюсь перед ним, когда я так много ему рассказала, а он дал мне так мало.

Я решаю остаться лицом к стене, защитить те крохи моего сердца и достоинства, которые все еще могут быть моими. Потому что Джаспер Жерве поглощает все остальные части меня.

Он вытаскивает пальцы, и я перекатываюсь на спину, готовая потребовать, чтобы он продолжал, но как только мои глаза встречаются с его, его руки снова оказываются на мне.

— Я не люблю просить дважды, — вот все, что он говорит, прежде чем погрузиться с пальцами в мою киску. Я сжимаюсь и стону, радуясь, что он снова внутри меня. «Смотри на меня, Все, что я могу сделать, это смотреть на его темно-синие глаза, так пристально устремленные на меня. Его тело умело работает с моим, и это изысканное давление нарастает, извиваясь из каждого уголка моего тела.

Я злюсь на него за все то, о чем он мне не рассказал.

Но я также привязана к нему.

Наверное, уже простила его.

Скорее всего, безвозвратно влюблена в него.

— Когда ты трахаешься с кем-то другим, о ком ты думаешь? — хрипит он. — Я хочу услышать, как ты это говоришь.

— Почему? Ты ревнуешь? — подталкиваю я его, пытаясь избежать неизбежного, пытаясь заставить его дать мне хоть каплю чувств, когда он всегда так чертовски крепко заперт.

Он не колеблется.

— Ревность — это только вершина айсберга. Ты не представляешь, сколько раз я хотел быть мужчиной, прикасающимся к тебе. — Пока он говорит, его рука скользит по моим изгибам. — Мужчина, ласкающий эти красивые сиськи. Мужчина, засунувший голову между этими бедрами, заставляющий тебя кричать. Мужчина, заполняющий эту узкую маленькую киску каждую ночь.

Мое дыхание становится прерывистым.

— Скажи мне, Слоан.

Это одна из тех вещей, которые я храню в темных уголках своего разума, подальше от дневного света. И теперь он просит меня просто признать это?

Он добавляет третий палец и большим пальцем водит по моему клитору, заставляя меня дико дергаться.

— Ты. Это всегда был ты. — Я выплевываю слова с силой. Это единственный способ пропустить их мимо логической части моего мозга, которая говорит мне держать эти секреты под замком.

— Конечно, так и есть, — рычит он. — И теперь я напомню тебе, почему.

А затем его губы обрушиваются на мои, заявляя права на меня, как я всегда мечтала.

Мы вкладываем себя в этот поцелуй. Хорошее. Плохое.

Тоска. Боль. Любовь.

Его тело смягчается, и он нависает надо мной, одной рукой запутываясь в моих волосах, а другой работая между моих ног. Я приспосабливаюсь, раздвигаясь и предоставляя ему лучший доступ. Я отдаюсь ему, а он отдает мне частичку себя.

В конце концов, он Джаспер. Мальчик с грустными глазами и золотым сердцем.

Я всегда доверяла ему и всегда буду доверять.

Мысль о нем, о нас, окутывает магическим образом, как его пальцы касаются меня, и я устремляюсь к этой грани. Мое зрение становится пятнистым, мои губы немеют, и боль разворачивается за моими бедренными костями.

— Джаспер, — шепчу я между мягкими, пытливыми поцелуями. — О боже. О, черт. О, ох...

И затем я свободно падаю. Мое тело бьется, когда мощное освобождение накрывает меня. Мое зрение размывается по краям, пока я наслаждаюсь самым сильным оргазмом в своей жизни. А Джаспер просто держит меня крепко, наблюдая за каждым моим движением с восхищенным очарованием.

С обожанием.

Затем его губы движутся вниз, чтобы покрыть поцелуями все мое лицо.

Мои пальцы запутываются в его мокрых волосах, и мое тело смягчается, когда он говорит:

— Видишь, Слоан? Ты можешь носить чужое кольцо, но мы оба знаем, что ты всегда была моей.

Глава 22

Джаспер

Я сказал себе, что прикоснусь к ней только на четыре секунды. Я сказал себе, что поцелую ее только на четыре секунды.

Я сказал себе, что буду только злиться, увидев это блестящее чертово кольцо на моей татуировке в течение четырех гребаных секунд.

И оказалось, что я большой гребаный лжец.

Я все еще трогаю ее. Мои пальцы все еще засунуты в ее узкую киску. Мои губы все еще скользят по ее чертовски мягкой коже.

И я все еще в ярости, что она носит это безвкусное кольцо.

Моя.

Какого черта я ей это сказал? Какого черта я стал таким чертовым собственником с той секунды, как узнал, что она помолвлена? Почему я всегда считал ее своей и никогда не чувствовал угрозы из-за этого, пока не встретил его?

Я на сто процентов вышел из-под контроля, и я ненавижу это чувство. Навязчивые мысли быстро врываются в мою голову, и мои стены рушатся.

Разрушая нашу дружбу.

Она меня бросает.

Она меня ненавидит.

Я позволяю себе думать об этих вещах четыре секунды. Затем я кладу их в коробку и прячу вместе со всеми другими мыслями, которые меня съедают, включая те, которые я держал под замком о Слоан.

Я отстраняюсь