Тише, ты - моя - Алена Худова

– И с чего же начнется веселье? – более уверенно спросила я.

Мне и в самом деле с первых минут нахождения здесь стало не по себе.

– Во-первых, нам нужно разуться, – Страм присел передо мной на корточки и принялся развязывать мне шнурки.

– Вы что?! – я дернула ступней, чтобы выбраться из его рук. – Я сама! И… Мне казалось, это я должна делать такие вещи для Вас…

Ну что это со мной?! Страм ведь сказал, что ничего страшного не произойдет! Тем более это игра по тем правилам, которые задам я сама. Чего я опять струсила?!

– … для тебя, – поправила я саму себя. – Но я этого делать не буду. Ни за что! Это унизительно!

– Я и не прошу тебя мне помогать, – мягко улыбнулся Страм, так и не позволив мне высвободиться. – А лично для меня нет ничего унизительного в уходе за моей девочкой. За моей непослушной девочкой.

Ну что ж, получай тогда от своей непослушной девочки!

Я чуть сжалась, а в следующую секунду бросилась на шею Страму, звеня бубенчиками, и повалила его на пол.

– Не дам! – рыкнула я, и попыталась укусить мужчину за шею.

Страм от души рассмеялся, крепко сжав меня в объятьях, но так и не дал мне приложиться к нему зубками.

Однако борьба была не долгой. Мужчина резко сел, заставив меня обхватить его талию ногами, зажал мне запястья одной рукой и схватил меня за хвостики.

– Хорошая попытка, маленькая, – улыбнулся Страм, наблюдая за тем, как я попытаюсь вырваться из его захвата. – Но со мной тебе никогда не справиться.

Одним движением руки мужчина скинул с меня левый кроссовок, а затем так же легко избавился от правого. Бубенчики издали последний перелив и притихли.

Я снова дернулась, чтобы шутливо цапнуть Страма, но он крепко держал меня за хвостики и не позволил сделать это.

– Силой тебе меня не победить, маленькая, – усмехнулся Страм. – Что ж, теперь, когда мы без обуви, можем сыграть во что-то интеллектуальное. Ты же у меня умненькая девочка?

– А что будет, если я выиграю? – прищурилась я, крепче обняв мужчину руками и ногами, так как он поднялся вместе со мной и направился к шахматному столу.

– Все, что захочешь, – Страм вдруг стал серьезным. – Правда, все.

– И что… ты готов выполнить любое постыдное желание? – я склонила голову на бок, чтобы лучше видеть его реакцию.

– Любое, – согласился он.

– А денежное? – продолжала выспрашивать я.

– И денежное, – ответил он.

– И нематериальное?

– Все, что ты захочешь, – подытожил он. – А ты? Готова на такую ставку?

– Да, – на полном азарте заявила я.

Страм усадил меня за шахматный стол, а затем достал какую-то большую коробку.

– Мы будем играть этими фигурами, – он начал с хитрецой в глазах объяснять мне суть игры. – Но правила в этих шахматах немного другие. Как видишь каждая фигура, кроме пешек, олицетворяет секс-игрушку. Если ты теряешь эту фигуру, значит, применяешь на себе эту секс-игрушку.

– А пешки? – я напряженно сглотнула.

– Лишившись пешки, ты снимаешь с себя один элемент одежды, – пояснил мужчина. – Именно одежды, а не украшений. То есть сейчас на тебе всего пять элементов: блузка, юбка, лиф, трусики и гольфы. А пешек – восемь. Так что, после пятой пешки я буду действовать на свое усмотрение. Например, они будут заменены на желания. Или… я могу надеть на тебя еще три элемента одежды.

– Нет! – сразу отказалась я. – Играть с вибратором в… там, я не буду! Так что давай желания. Только такие, чтобы не выходить из комнаты.

– Как скажешь, – улыбнулся Страм.

– А… – замялась я. – А если фигуры будешь терять ты?

– Ты можешь примерить на себя роль доминирующей малышки, – объяснил Страм. – Все маленькие девочки любят играть во врача, учительницу или какую-нибудь бизнес леди. Можешь поиграть со мной, используя игрушки. Но можешь заменить каждую фигуру на желание. Пешки – по-прежнему будут означать раздевание. Но учти: желания нужно озвучивать сразу.

Я чуть нахмурилась. Мне не придумать так много желаний для Страма. Тут либо думать над партией, либо над желаниями.

– Тогда я выбираю роль доминирующей малышки, – я потёрла ладошки. – Я разгромлю тебя! Ну а в случае победы? Какой главный приз?

– Я уже сказал: ты можешь загадать любое желание для меня, включая постыдные, денежные и нематериальные. Я тебя ни в чем не ограничиваю. Но если выиграю я…

– Что будет? – насторожилась я.

– Я верну тебе ту игру доминирующей малышки, которую ты выберешь. Но, естественно, доминировать буду я. И я сделаю в рамках этой игры все, что мне захочется. Согласна?

Страм запустил руку под стол и погладил меня по бедру.

– Согласна! – еще больше ошпаренная азартом выпалила я.

Ему не победить!

Глава 28.

Удобнее расположившись на широком стуле, отделанным кожей и с высокой резной спинкой, я обхватила руками подлокотники. Страм положил в непрозрачный стакан два камушка: белый и черный, чтобы решить, кто ходит первый. И хоть по правилам всегда начинают белые, но так как белые фигуры достались Страму, он решил максимально уравнять наши шансы.

Первый ход достался мне, и я выполнила стандартный дебют пешкой. Страм задумался, анализируя свой ответный ход.

Что тут думать?! Мы только начали!

Поэтому, чтобы скоротать время, я принялась попивать свой коктейль.

Потихоньку игра началась, и мы плавно, но с напряженным умом обдумывали каждый наш ход. Первую фигуру потерял Страм. Он практически подставил под мою атаку коня. Конь мог забрать мою ладью, поэтому я не могла его не «съесть». Но что-то в этом ходе было странное.

– Ты что, поддаешься мне? – насторожилась я.

– Нет, – улыбнулся Страм, и по его улыбке сразу стало понятно, что он соврал.

Я повертела в руках фигурку коня, у которого в зубах была тонкая палочка.

– И… что мне делать? – растерялась я.

– Подойди к той стене и выбери похожие розги, – спокойно ответил Страм.

– Я не хочу тебя бить, – я сглотнула волнение. – Можно что-то другое?

– Нет, ­– безапелляционно заявил