В его власти - Стефани Слоун

— Нет, месье Беннетт, — пока.

— У меня двое: Айрис и ее старшая сестра Роза, — начал мистер Беннетт, снова поворачиваясь к полотну. — Это подарок судьбы, месье, не поймите меня неправильно. Но это трудно, даже когда в вашем распоряжении все деньги мира. Детям нужны не только игрушки и красивые платья. Им нужно уделять время. Боюсь, Розой мы с миссис Беннетт руководили правильно, но Айрис? У нас не хватало на нее времени.

Клариссу удивило то, что мистер Беннетт применительно к своим дочерям использовал слово «руководили», оно ясно показывало, что было не так в отношении отца к дочерям. Но мистер Беннетт не нуждался в том, чтобы ему сказали, что он делал неправильно. Он хотел думать — есть много правильного, что он еще может сделать сейчас.

— Месье, позвольте мне рассказать вам об одной особе. Эта особа, — начала Кларисса, рисуя в своем воображении Джеймса, — была внимательна, всегда готова поддержать, интересовалась мной как личностью, интересовалась тем, что привлекало мое воображение. Она была для меня всем. А потом эта особа очень сильно обидела меня и исчезла из моей жизни, оставив мне гнев и горечь. Я чувствовал себя опустошенным. Какое-то время я винил эту особу во всех горестях моей жизни. Но знаете что?

— Что? — нерешительно спросил мистер Беннетт, не отрывая взгляда от портрета.

Кларисса тронула Беннетта за плечо.

— Если бы сегодня эта особа вновь появилась в моей жизни, я бы простил ей все. С прошлым ничего нельзя поделать, но как насчет будущего? Оно в ваших руках. Не тратьте попусту время, месье Беннетт.

Банкир глубоко вздохнул, издав при этом какой-то жалобный звук, и взглянул Клариссе в глаза.

— Спасибо за все, месье Сен-Мишель.

Кларисса не могла знать, воспользуется ли Беннетт ее советом. Она по крайней мере была благодарна за возможность не только произнести эти слова, но действительно так думать. Время, проведенное в Кенвуд-Хаусе, несмотря на все опасности и испытания, подарило ей то, что она вряд ли обрела бы в других обстоятельствах, — душевное спокойствие.

Пять долгих лет она винила отца и Джеймса во всем плохом, что случалось в ее жизни. Ей казалось, что так легче. Только открыв свое сердце и взяв на себя ответственность за все хорошее и плохое в своей жизни, она смогла увидеть истинное положение вещей, и это привело ее к нынешнему драгоценному моменту.

— Вам тоже, месье Беннетт. Спасибо за предоставленную возможность. Уверяю вас, я буду часто вспоминать дни, проведенные в Кенвуд-Хаусе, — искренне ответила Кларисса, протягивая руку.

Беннетт взял ее и энергично потряс, к нему медленно возвращалась его обычная жизнерадостность.

— О, — вдруг сказал он и полез во внутренний карман своего бутылочно-зеленого жилета. — Чуть не забыл. — Он достал ключ и протянул его Клариссе. — Вы заслужили каждый шиллинг из этих денег и даже больше.

Кларисса с любопытством рассматривала маленький серебряный ключик.

— Боюсь, я не понимаю.

— Я банкир, месье. — Поддразнивая, Беннетт толкнул Клариссу локтем. — Я не думаю, что вы пустились бы в путь с такой большой суммой на руках. Заручившись вашим согласием, я снял деньги со своего счета в Эдинбурге и отослал в Париж.

Кларисса с трудом заставила себя улыбнуться.

— Это ключ от сейфа, я правильно понимаю?

Он снова толкнул ее локтем, явно забавляясь.

— Ну уж нет. Сейфы, Сен-Мишель, открываются определенной комбинацией. Нет, это ключ от маленького ящичка, в некотором роде миниатюрного сейфа, который хранится в Банке Франции. В нем вы найдете комбинацию цифр, открывающую сейф в том же банке, где и хранятся ваши деньги. Всегда стоит позаботиться об их сохранности, — закончил он и подмигнул в знак своей сообразительности.

— Благодарю вас за такую предусмотрительность, месье Беннетт, — сказала Кларисса, надеясь, что ее голос звучит естественно. — Теперь нам пора во Францию. В Париже меня ждет граф де Клодель.

— Да, Айрис говорила, что вам надо будет срочно уехать, — ответил он. — Жуткое дело — добираться по воде. Я желаю вам доброго пути, месье, и попрощайтесь перед отъездом с Айрис. Я уверен, вы ей понравились.

Кларисса, соглашаясь, кивнула, ее беспокойство росло, но она не показывала виду.

— Это создаст затруднения? — спросила Кларисса.

Джеймс смотрел на ключ, врученный Беннеттом.

— Надеюсь, что нет, — ответил он, и они продолжили спускаться по величественной лестнице.

Он открыл ей, что связан с «Молодыми коринфянами», но очень мало помимо многого другого, что дало бы возможность уменьшить опасность для Клариссы. Чем меньше она будет знать, тем лучше для нее.

— Хотя чем скорее мы возвратимся в Париж, тем лучше.

В холле они увидели служанку, вытиравшую пыль с подсвечников.

— Мадемуазель Беннетт? — спросил Джеймс.

— В библиотеке, в восточном крыле, — ответила служанка, показав в сторону коридора направо.

Джеймс повернул в указанном направлении, Кларисса старалась не отставать от него. Исчезновение Петтибоуна тревожило Джеймса по многим причинам. Главная заключалась в том, что он предпочитал все время держать врага перед глазами.

Исчезновение Петтибоуна сделало почти невозможным гарантировать безопасность Джеймса и Клариссы в доме. Джеймса бесила невозможность выявить агентов «Монахов» среди прислуги. У него была слабая надежда, что один из них подойдет к нему с вопросами о Петтибоуне. Если он прав в своих предположениях, Петтибоун, исчезнув, оставил своих подчиненных без всяких указаний о дальнейших действиях! Но никто не сделал попыток связаться с Джеймсом. Этому можно было найти объяснение — Петтибоун распространил слухи относительно ненадежности Джеймса. Окажись Джеймс на его месте, он держал бы рот на замке, как они сейчас.

Они с Клариссой миновали портретную галерею и двинулись дальше.

— Не забудь, у нас очень мало времени, так что не задерживайся, — напомнил он ей.

— Мне кажется, скорее тебе нужно помнить об этом, — улыбаясь, ответила она. — Айрис очень привязалась к тебе.

Джеймс проворчал что-то неразборчивое.

— Джеймс, — умоляла Кларисса, хватая его за руку. — Теперь не до шуток, я прошу тебя проявить понимание, не обижай девушку. Ты спас ей жизнь — она не скоро забудет это, случившееся заставило ее задуматься о собственной жизни. Пожалуйста… — Она замолчала, заглянув ему в глаза. — Джеймс, будь помягче, — добавила она шепотом.

Он не мог отказать Клариссе — особенно если знал, что она права. За последнюю неделю в поведении Айрис произошли большие перемены. Она вела себя как любезная, отзывчивая и чувствительная юная леди. Она сделалась осмотрительной в своих поступках, ее просьбы теперь были продуманными, и все это коснулось не только Клариссу и Джеймса, но и всех обитателей дома.