Ловелас для брюнетки - Илона Шикова

– Нифига себе! – на моем лице не то что удивление, а, наверное, вся гамма негативных эмоций сейчас отображается.

Это что ж надо сделать, чтобы довести родного и близкого человека до сердечного приступа, а к тому же стать изгоем семьи? С моим родным отцом тоже не все так гладко, как хотелось бы, но я никогда не позволю себе причинить ему боль.

– Кстати, теперь становится понятным, почему камеры его не засекли, – Рома делает паузу, а я в ответ приподнимаю одну бровь вверх, задавая немой вопрос. – А потом он просто избил охранников, чтобы проникнуть в дом, так как не смог влезть на сервер – накануне поменяли пароли доступа.

– Ты можешь нормально объяснить, а не говорить какими-то загадками? – я вспыхиваю, как спичка, так как эти полунамеки уже порядком достали. – Что он натворил и почему тебе мстит?

– Мстит за то, что все досталось мне, а вот натворил… – Рома закрывает глаза, собирается с силами, словно обдумывает, говорить мне правду, или уйти от ответа, но в конце концов решается. – Ладно, расскажу, как есть, – снова смотрит пристально на меня, и от вселенской печали в его глазах становится не по себе. – Андрюха – крутой программист. Именно он писал все программы для нашего бизнеса, тестировал систему безопасности и занимался программным обеспечением, поэтому знал все пароли, мог взломать любой, и где находятся камеры, он тоже знал.

– Это, я так понимаю, предыстория…

– Он имел доступ ко всем счетам, пользуясь доверием отца, – Рома перебивает меня, продолжая свое печальное повествование. – А потом Андрюха украл два миллиона долларов и подставил другого человека, которого за воровство чуть не отдали под суд.

– Мать моя женщина! – я прикладываю руку к сердцу и даже немного оседаю от услышанной новости.

Бедный Рома – сколько же ему пришлось вытерпеть. Предательство брата, болезнь отца, поддержка матери и семейный бизнес – я бы точно не справилась с такими проблемами в одиночку. А он смог, хоть я его всегда считала высокомерным павлином, надменным циником и законченным эгоистом.

– Когда все выяснилось, отец просто выгнал Андрюху из дома, сказав, что тот ему больше не сын, – Валевский делает очередную паузу. – Дальше ты знаешь.

– Прости меня, – как-то само по себе вырывается у меня, и я понимаю, что это сейчас самые важные слова в моей жизни.

Свои ошибки нужно признавать, а так же по возможности исправлять, не откладывая в долгий ящик.

– За что? – Рома приподнимает обе брови, не понимая моего столь внезапного порыва.

– За то, что плохо о тебе думала, – начинаю я перечислять, мысленно пытаясь хоть как-то справиться с сумбуром в голове. – За то, что считала тебя высокомерным кретином и…

– О, Господи! – Мой спутник закатывает глаза, не давая мне возможности закончить свою пламенную речь. – Глупости прекращай говорить, а лучше иди ко мне, – привстает, берет меня за руку и тянет на себя, каким-то чудодейственным образом переворачивая меня на спину и нависая сверху. – И я никому тебя не отдам, даже не надейся.

– Это ты не мечтай от меня избавиться, – парирую в ответ, обнимая парня за шею.

Смотрю ему в глаза, боясь до конца поверить в свое счастье…

Глава 36

*******

Вторник проходит в суматохе – Рома, как и вчера, уезжает рано утром, обещая вечером обязательно вернуться в мои объятия, а уже через час появляются дизайнеры с установщиками оборудования. И начинается последняя стадия дурдома под названием «приготовление к празднику» – то размеры не подходят (куда, интересно, они смотрели, когда мерили), то цветовая гамма не совпадает, то дальше по списку всех мелочей, которые, как обычно, вылезают в самый последний момент. Злюсь, ору на всех, постоянно раздражаясь от чужой тупости, при этом без конца и края поглядываю на темный экран смартфона.

Не звонит, гад такой – а ведь обещал, еще и клялся каких-то три часа назад, что не оставит меня в покое целый день. Балабол – вот он кто, чтоб его черти слопали!

– Мальчики, вы долго надо мной сегодня будете издеваться? – в очередной раз повышаю голос, наблюдая, как часть сцены снова не хочет помещаться на определенную территорию. – Это какой-то маразм, честное слово! – Звонит телефон, и я, не глядя на экран, так как все мои мысли сейчас заняты происходящим в доме, принимаю вызов.

– Да! – кричу в трубку, а после одному из установщиков: – Куда ты это тулишь?!

– Я тоже рад тебя слышать, – слышу, как Рома усмехается в трубку, а я в ответ тяжело вздыхаю и закатываю глаза.

– Это я не тебе, – ворчу в ответ, а после снова переключаюсь на идиота, у которого проблемы со зрением. – Глаза открой! – резко выдыхаю и уже тише добавляю: – Вот же баран, прости Господи.

– Ты – страшная женщина, Голубева, – смеется Рома мне прямо в ухо. – Я тебя уже боюсь.

– Хоть ты не издевайся, а? – чуть сбавляю обороты при общении с Валевским, а после громко оповещаю работников: – Перерыв десять минут, – разворачиваюсь и направляюсь в кабинет, чтобы побыть в тишине, а главное пообщаться со своим любимым мужчиной.

Мне кажется, что с каждым днем я люблю его все сильнее – уже не представляю своей жизни без Ромы. Он умеет шутить, понимает, когда нужно заткнуться, а ещё готов нести ответственность и подставить свое крепкое мужское плечо в нужный момент, в чем я убедилась на собственном опыте. Она заводной, веселый, умный и красивый – Божечки, какой сумбур у меня в голове творится!

– Не думал я, что это так сложно, – произносит Рома, когда я закрываюсь в кабинете. – Точно помощь не нужна? А то я могу, ты же знаешь, – слышу в его голосе беспокойство, и это так приятно.

– Справлюсь, не переживай, – усмехаюсь в ответ, в глубине души радуясь его внезапному предложению. Знаю, что не шутит, и действительно готов взвалить часть моих проблем и забот на свои крепкие мужские плечи.

Мы болтаем дольше, чем десять минут – с Валевским вообще всегда время незаметно пролетает, однако дизайнеры уже по очереди заглядывают в комнату, интересуясь, когда смогут лицезреть мою физиономию в зале.

– Тут вот еще какое дело, – печальным голосом произносит мой возлюбленный, заставляя меня замереть на месте. – Сегодня приехать не получится, хоть я очень хочу.

– Черт! – вырывается слишком резко из-за того, что не увижу вечером Рому. Все понимаю, что у человека дела, но как же хотелось…

– Кариночка, солнышко моё, китайцы прилетели