Влюбленная пленница - Дорин Оуэнс Малек

– Ну так придумай что-нибудь! – попросила Эми, едва не плача. – Я хочу сегодня быть с тобой!

Малик на минуту задумался, потом оглядел ряд карет, ожидавших своих владельцев. Лошади спокойно жевали сено, а возницы разговаривали между собой.

– Ты приехала в одной из этих карет? – Малик кивнул в сторону экипажей.

– Да. С Джеймсом и тетей Беатрис.

– А не могла бы ты сказать тетушке, что почувствовала себя дурно и хотела бы пораньше уехать домой? – спросил он.

– Думаю, что вполне могу. И что же?

– Если ты упросишь их отпустить тебя в карете, а самим приехать потом с кем-нибудь из друзей, я найду способ пробраться в нее раньше тебя. А потом ты впустишь меня в дом.

Эми взглянула на него с надеждой:

– Здорово придумал! – восхитилась она.

– Какая карета ваша? Эми показала.

– Предпоследняя перед поворотом налево, с голубыми дверцами.

Малик кивнул.

– Вижу. Иди.

Эми быстро поцеловала его:

– До встречи! – затем подобрала юбки и заспешила через террасу, войдя в зал как раз в тот момент, когда оркестр заиграл зажигательный чардаш. Прошла вдоль стены и с облегчением вздохнула, заметив Беатрис, беседовавшую с миссис Ламберт. Подошла к дамам и остановилась, ожидая, пока тетушка ее заметит.

– Амелия! Я тебя весь вечер не могу найти, а мне нужно с тобой поговорить! Я услышала на твой счет столько комплиментов, и мы с Джеймсом очень гордимся тобой.

– Спасибо, тетушка Беатрис. Я тоже Вас разыскивала. Хотела попросить об одном одолжении.

– О каком же?

– Нельзя ли мне уехать пораньше? Что-то страшно разболелась голова. Я уже вычеркнула из карточки все свои танцы, а с миссис Беллинджер я попрощаюсь перед отъездом.

– Конечно, милочка! Мне так жаль, что ты плохо себя чувствуешь! – ответила Беатрис. – Сейчас отправлю Джеймса за твоим плащом.

– А нельзя ли мне взять карету? – затаив дыхание, спросила Эми.

– Конечно, можно! Нас кто-нибудь подвезет или ты сама отправишь карету за нами.

Эми выдохнула как можно спокойнее.

– Это вовсе не к чему, – вмешалась миссис Ламберт. – Мы с Вильямом высадим вас возле самого дома!

Эми, наклонившись, поцеловала тетушку и добавила на прощанье:

– Я провела чудесный вечер! Встретимся утром!

– Спокойной ночи! – ответила Беатрис.

Эми разыскала миссис Беллинджер, имела с ней милостиво короткую беседу, а когда вышла из зала, в холле ее уже ждал Джеймс, держа в руках плащ.

– Может быть, мне следует проводить тебя домой? – спросил он, заботливо укутывая ее.

Эми похолодела.

– Ах, что Вы, дядюшка Джеймс! Я не хочу, чтобы покидали из-за меня такой замечательный бал! Со мной все будет в порядке!

– Ты уверена? Если с тобой опять что-нибудь приключится, Беатрис будет в ужасе!

– Я вполне уверена. Здесь совсем близко, а у Вашего возницы есть пистолет.

– Ну хорошо. Но позволь мне по крайней мере посадить тебя в экипаж, – нехотя согласился Джеймс.

Сжав зубы, Эми оперлась на предложенную руку, сознавая, что если будет отказываться и дальше, то Джеймс наверняка заподозрит неладное. Она подождала, пока дядюшка даст наставления вознице, и поднялась по лесенке в карету, на прощание как можно любезнее улыбнувшись ему. Джеймс закрыл за ней дверцу.

– Спокойной ночи, – попрощалась Эми и помахала рукой.

– Спокойной ночи, Амелия.

Возница убрал лесенку и забрался на козлы. Натянул поводья. Эми оглядывалась, пытаясь увидеть где-то поблизости Малика.

Неожиданно тронувшиеся было лошади остановились и попятились. Карета резко стала, а возница спрыгнул на землю.

– В чем дело? – спросила его Эми.

– Очевидно, что-то мешает на дороге, мисс. Не волнуйтесь, – успокоил ее возница на своем колоритном английском. – Сейчас я посмотрю.

Он пошел вперед, подняв над головой лампу.

В тот же момент дверца кареты открылась, и Малик бесшумно влетел внутрь. Закрыв ее за собой дверцу, он примостился на полу.

– Что ты подстроил? – зашипела Эми, поднимая ноги на сидение, чтобы дать ему место.

– Я кинул камень прямо под ноги лошадям, чтобы остановить их, – ответил Малик. – Успокойся. Будем надеяться, что он ничего не заметит.

Эми сняла плащ и накрыла им Малика. Она видела, как возница внимательно осмотрел дорогу и пошел обратно:

– Ничего нет, мисс. Наверное, лошадей испугало какое-нибудь животное.

– Хорошо, – невозмутимо ответила Эми. – Спасибо за заботу. Поезжайте дальше.

Возница поклонился и полез на свое место. Экипаж закачался под его тяжестью. Когда наконец снова тронулись, Эми прошептала:

– Все в порядке. Сиди тихо, а когда приедем, я постараюсь тебя вызволить отсюда.

Ответа не последовало, но из-под плаща высунулась смуглая рука и сжала коленку девушки.

Казалось, путь до дома Вулкотов внезапно удлинился на несколько километров; чем ближе подъезжали, тем чаще встречались патрули янычар, о которых говорил Малик.

Ей еще ни разу не приходилось бывать так поздно в городе, и она понятия не имела о них. Но они, оказывается, знали ее, вернее, ее родственников – так же, как и их карету. Она видела, как двое охранников приветствовали возницу.

Когда карета наконец въехала на пандус возле дома, Эми вздохнула с облегчением. Возница подошел к двери, чтобы открыть ее и помочь Эми выйти из экипажа, но она остановила его быстрым вопросом:

– Могу ли я попросить Вас об одолжении?

– Да, мисс?

– Не могли бы вы зайти в дом и достать из шкафа в холле мой тяжелый серый плащ? Я прекрасно знаю, что двери совсем близко, но, очевидно, у меня температура, меня знобит, а мой плащ слишком легок.

Возница, пожилой армянин, который был наслышан о причудах и капризах богатых европейцев и американцев, лишь сдержанно кивнул. А едва он скрылся из виду, Эми сняла с Малика закрывавший его плащ и прошептала:

– Беги! Подожди у входа в теплицу. Я впущу тебя в дом, как только смогу.

Малик осторожно выбрался из кареты и побежал к кустам. Когда же возница вернулся с плащом в руках, Эми пылко поблагодарила его и накинула на плечи то, что могло сейчас показаться горностаевой мантией – столько важности было в ее движениях.

– Ах, чудесно! – произнесла она. – Спасибо!

– Не за что, госпожа.