Венец безбрачия - Ольга Свириденкова

— Похоже, мои новости вовсе не обрадовали вас, — озадаченно хмыкнул Матвей.

— Да нет, конечно же, я за вас рада, — поспешно ответила Юлия. — Но… все это очень неожиданно. Почему вы никогда не говорили о… о том, что вы…

— … Не являюсь нищим охотником за приданым? — докончил за нее Матвей. — Да, это было серьезным упущением с моей стороны.

— Еще каким упущением, — с вызовом бросила Юлия, задетая его насмешливым тоном. — Да вы повели себя, как последний глупец.

— Я забыл, что бедные принцы не пользуются расположением современных девиц, — поддразнил ее Матвей.

Юлия окинула его взглядом притворного непонимания.

— О ком вы говорите, господин оборотистый купец? Я что-то не помню, чтобы за последний год ко мне заглядывал хоть один захудалый принц!

Рассмеявшись, Матвей протянул ей рюмку.

— За прекрасных принцев, — провозгласил он. — И за то, чтобы они чаще заглядывали в ваш гостеприимный дом.

Юлия хотела сказать в ответ какую-нибудь колкость, но ничего не придумала и ограничилась ироничной усмешкой. Потом сделала пару глотков коньяка и, внимательно посмотрев на Матвея, спросила:

— Так в чем же все-таки заключается ваша проблема?

Лицо Матвея мгновенно стало серьезным:

— Некий петербургский делец предлагает мне выкупить векселя Антона Елагина. А я уже распланировал, на что потратить деньги и даже связал себя обязательствами. Конечно, их можно нарушить, но… в этом случае люди, с которыми я вел дела последние три года, не захотят со мной больше знаться.

— То есть, вы дали «честное купеческое слово» и, если нарушите его, вас перестанут считать надежным партнером?

— Именно так, — кивнул Матвей. — Поэтому я и пребываю в тяжких раздумьях.

— А… этот ваш столичный делец не может подождать?

Матвей глубоко вздохнул.

— Я пытался его уговорить, но он сейчас сам в затруднительном положении, и деньги нужны ему как можно скорее. Короче, если я не дам ответа до завтрашнего вечера, он предъявит векселя ко взысканию, и…

— И? — напряженно спросила Юлия.

— И дом моей покойной матушки со всем содержимым пойдет с молотка, — мрачно докончил Матвей.

— Дом вашей покойной матушки? — с расстановкой переспросила Юлия. — Вы имеете в виду тот прекрасный особняк на набережной Фонтанки, с колоннами розоватого мрамора и длинным чугунным балконом?

— Да, — кивнул Матвей, — я имею в виду именно этот дом. На судьбу отцовских поместий мне наплевать. Но тот дом обустраивали люди, которых я очень любил и уважал — моя покойная мать и ее родители. Поэтому он мне так дорог.

— И поэтому вам невыносимо думать, что там снова будут хозяйничать чужие люди, — Юлия допила свой коньяк и, со звоном поставив рюмку на стол, повернулась к Матвею. — Сколько вам не хватает денег?

Матвей посмотрел на нее глубоко признательным взглядом и невесело усмехнулся:

— К сожалению, недостающая сумма слишком велика, чтобы вы могли мне ее одолжить. Хотя я бы в любом случае…

— Так сколько же? — настойчиво повторила Юлия.

— Не меньше ста тысяч рублей, а то и все сто пятьдесят.

Юлия сосредоточенно наморщила лоб.

— Да, это, конечно же, немалые деньги. Но ведь дело того стоит, не правда ли? — Заговорщицки подмигнув опешившему Матвею, она схватила его за руку и потянула к дверям. — Идемте со мной. Только очень тихо, чтобы никто не услышал!

Юлия шла так быстро, что Матвей едва поспевал за ней. Пройдя по коридору правого крыла здания, она свернула в широкий главный коридор и вскоре остановилась возле роскошных бело-золотых дверей, ведущих в ее личные апартаменты.

— Сюда, — тихо скомандовала она. И, воровато оглядевшись, быстро втолкнула Матвея в полутемную гостиную.

Не задерживаясь, Юлия прошла в следующую комнату, где горел яркий свет. Сердце Матвея суматошно забилось, когда они оказались в ее спальне. Пока он смотрел по сторонам и неуверенно мялся на пороге, Юлия пересекла комнату и распахнула еще одну дверь. Матвей последовал за ней и оказался в роскошном будуаре, отделанном в молочно-белых и небесно-голубых тонах.

— Вы с ума сошли, дорогая, — в смятении пробормотал он. — Зачем вы привели меня сюда в такой час?

— Да уж явно не для того, чтобы предложить вам забраться в мою постель, — отпарировала Юлия таким тоном, что лицо Матвея мгновенно залилось краской. Проклятье, о чем он только думает? В деловито-сосредоточенном лице Юлии не было даже намека не игривость. А если б он заметил что-то такое, ему следовало бы без оглядки бежать отсюда.

Тем временем Юлия подошла к золоченому трюмо в углу комнаты и начала осторожно сдвигать его в сторону. Матвей уже хотел броситься ей на помощь, когда с изумлением увидел, что тяжелая мебель плавно скользит по кругу вместе с куском паркетного пола. В следующий момент его изумление возросло еще больше: на обнажившемся пространстве стены, ранее прикрытом трюмо, обозначилась дверца железного сейфа. Юлия открыла его без ключа, при помощи каких-то замысловатых манипуляций.

Внутри железного ящика находились какие-то бумаги и массивная шкатулка. Поставив шкатулку на столик, Юлия раскрыла ее, и у Матвея запестрело в глазах от блеска разноцветных драгоценных камней. Пока он приходил в себя от изумления, Юлия переложила несколько драгоценностей в небольшой деревянный ларец, а шкатулку вернула на место и закрыла сейф.

— Завтра утром, — безоговорочным тоном объявила она Матвею, — вы поедете с этим ларцом и моим письмом к одному московскому ювелиру. Это мой хороший знакомый, он не откажется ссудить вам крупную сумму денег под залог драгоценностей. А что деньги у него найдутся, я абсолютно уверена, потому что он не только ювелир, но еще и преуспевающий коммерсант.

— Вы… вы с ума сошли, Юлия, — проговорил Матвей охрипшим от потрясения голосом. — Неужели выдумаете…

— Как, по-вашему, это потянет на сто с лишним тысяч? — Юлия взяла в руки открытый ларец и поднесла к Матвею. — По моим расчетам, должно потянуть. Здесь ведь не только камни, но еще и работа…

— Юлия! — Матвей предостерегающе посмотрел ей в глаза. — Пожалуйста, уберите эти вещи назад. Я бесконечно благодарен вам за помощь, но принять от вас такую жертву не могу.

— Никакой жертвы с моей стороны нет, — спокойно возразила она. — Вы ведь вернете мне эти драгоценности через год или два, а до тех пор я вполне могу обойтись без них. И даже если ваши дела вдруг пойдут плохо, я все равно их выкуплю со временем, потому что мои имения приносят хороший доход. Нет, в самом деле, ну зачем мне сейчас эти украшения? — Юлия философски пожала плечами. — Они только без толку пылятся в сейфе. Вы же сами знаете, что молодым девушкам не полагается носить бриллианты. Про рубины можно сказать то же самое, а изумруды мне вообще не идут.