Вирджиния - Инна Мэй

Оставить мужчину одного было невежливо, но и находится в его компании Вирджинии не хотелось.

Но тут мужчина решил её дилемму своей просьбой.

— Не угостите чаем, пока я буду ждать, когда мой камзол почистят?

— Пойдёмте, — сухо бросила она и направилась в имение.

Через десять минут им накрыли столик в гостиной, и присев на диван, она позволила ему устроиться перед ней на кресле, чтобы начать вынужденное для неё чаепитие. Пригубив горячий напиток, она отложила его на блюдце, слегка обжёг себе губы. А всё из-за появившейся резко неловкости от его присутствия, которой раньше не было.

— Как Вы поживаете? — сухо спросил он, пытаясь начать светскую беседу и избавиться от этой неловкой тишины.

— Всё отлично.

— Это радует, — без ожидаемой радости проговорил он.

Через три минуты, когда мужчина надолго приковал свой взгляд к Вирджинии, он проговорил:

— У Вас точно всё в порядке? Вы странно выглядите.

— Всё у меня хорошо и выгляжу я как всегда, — вмиг начала раздражаться Вирджиния своим состоянием, которое шло в разрез с её привычным.

— А может Вы всё-таки что-то скрываете?

— А что мне скрывать!? Труп в шкафу?

— Ну мало ли. Вы же никогда не признаетесь в правде.

Вирджиния подозрительно скосила на него свои глаза, а потом недовольно ответила:

— Мне казалось, что я говорю обо всём прямо.

— Но в том, что нужно, уверен никогда не признаетесь.

— Тогда Вы ошибаетесь.

— Скажите, о чём Вы мечтаете? — вдруг спросил он, всматриваясь в её глаза.

Вирджиния на несколько секунд застыла, а потом сухим тоном проговорила:

— Разве мечтам дано сбыться, когда манипуляции разума склоняют нас к сомнениям?

— О каких сомнениях Вы говорите?

— Это неважно, — бросила она и встав с дивана ушла.

Через несколько минут она услышала позади себя шаги, а когда её схватили за руку, обернулась. Стоило её взгляду коснуться его, как его губы приникли к ней. После неспешного, но очень нежного и бережного поцелуя он отстранился.

— А теперь эти сомнения есть?

Вирджиния непонимающе раскрыла глаза, смотря на него снизу вверх и пытаясь понять его слова.

— Я не могу без тебя. Хотел бы, но не получается, — вдруг схлынул прежний лёд из глаз мужчины и в них вспыхнул океан горечи и безысходности.

Вирджиния неверяще воззрилась на него, а потом вспомнив о блондинке спросила:

— А как же та блондинка, с которой ты находился несколько дней подряд в её компании?

— Она мне никто. Я сделал это назло, чтобы ты увидела, как мне было после твоих слов. Она не вызывала у меня к себе совершенно никаких эмоций, всё это время я думал только о тебе, и если бы не мои уязвленные чувства и злопамятность, я бы её спровадил в первый же день, как решил с помощью неё отомстить тебе.

Вирджиния неожиданно для себя облегчённо выдохнула, а прежний камень из души куда-то делся.

Она заглянула в его глаза с непрекрытой радостью, а мужчина оторопев от её взгляда, подозрительно взглянул на неё:

— Если честно мне непонятны эмоции в твоих глазах, хотел бы я сказать, что это радость, но зная тебя, уверен, что я ошибаюсь.

— Не ошибаешься, горец.

Мужчина вновь подозрительно посмотрел на неё, а в его глазах заметалась отчаянная надежда.

— Целуй уже, или так и будешь стоять истуканом и смотреть на меня?! — проговорила Вирджиния, и лицо мужчины от растерянности вмиг покрылось счастливой улыбкой, после чего он подхватил её на руки и приник нежным поцелуем, за которым крылось не только облегчение, а и безмерная радость.

Через месяц. Брачная ночь

— Как я ждал этой ночи, ты себе не представляешь, — лежал он над ней и покрывал нежными поцелуями её тело, не прекращая возвращаться взглядом к её лицу.

— А тебе только бы в постель забраться, кобель, — возмутилась Вирджиния на такое признание мужчины.

— Я не кобель, банши, и ты это знаешь. Более верного идиота тебе не найти.

— Ну смотри мне. Узнаю, что у тебя кто-то есть, обещаю, оторву всё что висит.

Мужчина рассмеялся, а потом поцеловав её в губы, медленно вошёл в неё. Эта близость наполняла нутро мужчины и женщины полётом и обещанием верности. Страсть перемежалась с нежностью, а поцелуи на лёгкие покусывания желанных тел. Когда всё это закончилось, и Вирджиния откинулась бессильно на простыни, мужчина приник к ней и начал покрывать её лицо нежными поцелуями, а потом взяв за руку и сжав её, лег вместе с ней и крепко обнял ее.

Через пять лет

— Папа, а сто это за стйасная тётя на картине?

— А это твоя мама, сынок.

— Она зе не похоза на неё.

— Она только внешне не похожа, а по характеру вся в неё.