Мадемуазель Судьба - Юлия Климова

– Я боялась, что вы не придете на концерт, – услышал он тихий мелодичный голос.

* * *

Свет в доме погас, и Федор вышел из тени деревьев. Прищурившись, посмотрел по сторонам и, не торопясь направился к открытому окну, потухшему пять минут назад. Подтянувшись на руках, он уловил шуршание, доносящееся из комнаты, – Валентина Баталова еще не спала. Федор вернулся в укрытие, посмотрел на часы и принялся терпеливо ждать. Неизвестно, есть ли в доме еще кто-нибудь. «Мерседес» уехал, другие машины обнаружить не удалось, но в таких роскошных коттеджах иногда проживает прислуга. Валентина должна уснуть, ни к чему будить округу ее душераздирающими криками: «Спасите, помогите, меня преследует лысый маньяк!» Федор криво улыбнулся, представляя эту картину.

«Если бы я мог, то не пугал бы тебя, но ты вряд ли станешь меня слушать… – подумал он, глядя на звезды. – Пожалуйста, упади в обморок, мне будет намного легче».

После разговоров с Сухоруковым и Наташей Федор некоторое время размышлял, как поступить. Его наняли найти Валентину, и он ее нашел – жива, здорова и, кажется, возвращаться не собирается. Можно позвонить Полякову и назвать точные координаты места, где прячется девушка. Именно прячется. Не стала бы Валентина напрасно волновать лучшую подругу и утаивать адрес и номер телефона (узнать бы еще, зачем она это делает и кто ей покровительствует). Поляков наверняка обрадуется и заплатит вознаграждение. Федор поморщился. Деньги нужны, но Валентину подставлять он не станет: что на уме у Полякова, непонятно (юлит адвокат), да и самому необходимо разобраться в сложившейся ситуации. Есть у него на то причины. Свои. Так что Дмитрию Григорьевичу придется немного подождать, ничего страшного. Правда, Поляков просил не трогать девушку, жаль, но тут их желания не совпадают.

К двум часам ночи шорохи стихли. Федор с легкостью забрался на подоконник, а затем осторожно слез на пол. Горшочек с азалией отчаянно крякнул, мышцы напряглись, взгляд выстрелил в кровать.

Спит.

Не услышала.

Бесшумно передвигаясь по ковру, Федор привыкшими к темноте глазами обыскал комнату. Сдвинув брови, посмотрел на платье, висевшее на стуле, и на раскрытую коробку с босоножками, торчавшую из шкафа, – тащить вещи не хотелось, но иначе нельзя. Скрутив воздушное розовое платье, Федор сунул его вместе с обувью под рубашку и заправил ее (неудобно, а что делать), сумку повесил на плечо. Валентина пошла прогуляться или сбежала, пусть ее исчезновение выглядит именно так.

Федор бесшумно шагнул к кровати и замер, глядя на спящую девушку.

– Совсем сопля, – прошептал он, откидывая тонкое одеяло. Валька заворочалась, поджала ноги, затем легла на спину, шмыгнула носом и затихла. – Эй, спящая красавица, просыпайся, поедем в Москву.

Большие глаза распахнулись и уставились на Федора, тощая рука дернулась вверх и безвольно упала на простынку. Сон не уходил, он тянул к себе и не давал возможности осознать реальность.

– Просыпайся, у нас не так уж и много времени.

Чуть помедлив, Федор тихо произнес: «Прости», резко подхватил Вальку на руки, перевернул к себе спиной, зажал рот ладонью и приготовился к ответной реакции.

– М-м-м, – раздалось тут же. – М-м-м.

– Не бойся, все свои, – сказал Федор, чувствуя, как острые зубки пытаются прогрызть его ладонь.

Сначала Валька ничего не поняла, но потом туман в голове рассеялся, нос уловил сигаретный запах, и стало трудно дышать. Мужской голос показался знакомым, происходящее – непонятной катастрофой, в ушах загудело, во рту пересохло.

«Кто он?..»

В первую очередь сработал инстинкт самозащиты, а затем какой-то другой неведомый инстинкт почти парализовал тело. Сжавшись, Валька буквально услышала, как в унисон бьются два сердца – одно испуганно, второе спокойно.

– М-м-м, – издала она очередной протяжный звук, дернувшись вправо и влево. Сильная хватка не ослабла, неизвестный мужчина больше не проронил ни слова, а в голову полезли мысли о Казакове и Сергее. Они в Москве и не знают, что здесь происходит, и не забеспокоятся до обеда или даже до ужина.

Перед глазами поплыло, одна темнота наложилась на другую, и… Валька потеряла сознание.

– Спасибо, – сказал Федор. – Я, конечно, не лягушка, но тоже могу произвести нужное впечатление…

Уложив драгоценную ношу на переднее сиденье машины и пристегнув ее ремнем безопасности, он осторожно закрыл дверцу.