Неуловимая невеста - Стефани Лоуренс

Если я хочу узнать, каковы его истинные чувства ко мне, значит, нужно действовать, и это путешествие — мой единственный шанс что-то выведать. Мое лучшее оружие — наша близость, и все то время, пока мы пересекаем Францию, он будет рядом.

Поэтому я полна решимости действовать дерзко и отчаянно. Трусливое сердце никогда не получит желаемого, а я намерена иметь все, о чем мечтала с тех пор, как нашла своего Единственного. Слишком долго я ждала, чтобы теперь ограничиться полумерами: браком, основанным на любви, но любви, не высказанной обеими сторонами.

К сожалению, придя к столь взвешенному заключению, я заснула.

Но сегодняшняя ночь, дорогой дневник, — это та самая. Пожелай мне удачи.

Я не потерплю возражений. И чего бы мне не стоило добьюсь своего!

Э.».

К ужину Гарет окончательно отчаялся. Как бы там ни было, а он целиком сосредоточился на своей миссии. На необходимости найти надежные экипажи для следующего этапа путешествия.

Он знал, что ему нужно: резвые лошади, две дорожные кареты, два кучера, понимающих, принимающих и ценящих возможность отразить вполне возможную атаку. Без этого невозможно дальше продолжать путь.

Он, Уотсон и Бистер прочесывали город, заходя во все каретные дворы города, но большинство владельцев не желали сдавать экипажи на все путешествие — от южного до северного побережья.

В продолжение всего ужина Гарет молчал, иногда ловя на себе взгляды Эмили. Но сам на нее не смотрел. Наконец он отложил нож и вилку, оттолкнул тарелку, уселся поудобнее и поднял глаза.

— Что-то случилось? — прошептала Эмили.

— Не могу найти экипажи.

Он объяснил проблему и необходимость спешить. Немного подумав, она спросила:

— Ты обошел все большие каретные дворы. Как насчет тех, что поменьше?

Гарет нахмурился, но прежде чем успел ответить, она подалась к нему и положила ладонь на его руку. Он подавил импульс сжать эти тонкие пальцы.

— Я вспомнила о том, что хотя в этой гостинице не сдаются экипажи внаем, но это фамильное предприятие. А в семьях есть дяди и двоюродные братья, и другие родственники.

Она смотрела мимо него, очевидно, на хозяина, занявшего привычное место в глубине комнаты.

— Почему бы не спросить его? Мы пробыли здесь два дня, и владельцы очень к нам добры, не вмешиваются ни в какие наши дела, а Доркас и Арния прекрасно ладят с женой хозяина. Нам вовсе не повредит потолковать с ним.

Гарет попытался напомнить о предосторожности:

— Но придется довериться им. Что, если они посчитают слишком большой опасностью оставлять нас здесь?

— Они не выгонят нас, особенно если мы объясним все правильно.

Он еще немного поколебался, прежде чем сжать ее пальцы, неохотно выпустить и подняться.

Они ужинали довольно поздно, и другие посетители, по большей части местные, уже разошлись. Оставшиеся трое пили вино. Хозяин согласился поговорить с Гаретом и Эмили, и все уселись за столик в углу. По предложению Эмили хозяин позвал жену. Та подошла и с любопытством уставилась на сидящих.

Гарет начал с объяснений. Признался, что он и его люди англичане. Это удивления не вызвало, но с поражения Наполеона прошло всего семь лет, и приходилось соблюдать некоторые формальности. К счастью, большинство французов, особенно занимавшихся торговлей, по-прежнему обращались с англичанами с привычной, иногда надменной терпимостью. Тем не менее Гарет не счел нужным упомянуть о своей роли в прошлой войне, сказав только, что служил в Индии и что срочная миссия вынуждает его вернуться в Англию. Ситуацию он описал самыми скупыми выражениями, объяснив намерения служителей культа. Потрясенная жена владельца стала его расспрашивать о культе. Ей ответила Эмили и, прежде чем Гарет смог вмешаться в разговор, стала рассказывать их историю. Ее описания были более красочными, ответы — более прямыми и точными. Ему совсем не нравилось ее вмешательство, не говоря уже о чрезмерной откровенности, но при взгляде на лица владельцев он поджал губы и предоставил Эмили центр сцены.

Это был настоящий спектакль. Она, похоже, знала, что сказать и как ответить на множество вопросов. И дело было даже не в том, что она говорит, а как именно говорит: она, казалось, общалась с владельцами на одном уровне, став одной из них.

Ему оставалось только слушать, выглядеть суровым и серьезным, иногда кивать и поддакивать.

К тому времени, когда Эмили дошла до сути своей просьбы, хозяин и его жена стали их преданными сторонниками. Пусть перед ними англичане, но фанатики — это язычники, злобные, подлые и способные на все. Хозяин ничуть не усомнился, в чем состоит его долг.

Гарет считал, что Эмили не права, что фамильные связи вряд ли помогут им. Но он ошибался. Пораженный рассказом, польщенный доверием, хозяин позвал своих сыновей и разослал их по всему городу.

Почти через час в гостинице собрались многочисленные родственники, и шум в общей комнате стал почти невыносимым, поскольку каждый выкрикивал свои предложения. Гарет впервые столкнулся с чем-то подобным, но за поразительно короткое время у них появились два дорожных экипажа вместе с опытными кучерами, готовыми предложить свои услуги в деле борьбы с темным культом.

Гарет обменялся рукопожатиями с двумя закаленными ветеранами войны, вызвавшимися сесть на козлы и со всей возможной скоростью доставить пассажиров на северное побережье. Поблагодарил их и перешел в вопросу вознаграждения.

— Я заплачу сверх оговоренного, — пообещал он.

Но один из кучеров только отмахнулся:

— Э! Деньги, конечно, нужны, но получить возможность снова подраться с достойным врагом — это куда важнее.

Другой энергично закивал:

— Да. Жизнь становится скучной, знаете ли. Немного волнения нам не повредит.

Их отъезд был намечен на послезавтра, при искренней поддержке и с добрыми пожеланиями всей семьи.

— У вас есть только завтрашний день на подготовку! — крикнула жена хозяина и, всплеснув руками, добавила: — Ничего. Мы все поможем!

Вечер превратился в нечто вроде семейного праздника. Гарет, беря пример с Эмили, решил на некоторое время остаться, поболтать с теми, кто великодушно предложил им помощь.

Он все еще был потрясен таким дружелюбием, но они были так искренни в своем желании помочь ему и его людям разделаться с фанатиками, что Гарет был искренне им благодарен.

Наконец Эмили пожелала всем доброй ночи и ушла к себе. Вскоре и Гарет последовал ее примеру, поднявшись к себе в комнату. Разделся догола, потушил лампу и лег на спину, прикрывшись простыней. Но тут послышался шорох. Дверная ручка повернулась. Гарет насторожился, но тут же понял кто это.

И верно: порог переступила Эмили в белой ночной сорочке и плаще. Тихо прикрыла дверь и оглядела постель. Было темно, но Эмили увидела Гарета и немного успокоилась.