Боссов сын, или Я принимаю бой! - Оксана Алексеева

– Неужели я самое важное тебе не рассказал? Не рассказал, конечно, потому что об этом все знают, но не учел уровень ученицы. Полин, самцов напрягает присутствие других самцов и толкает к решительности, но приводить их в тонус можно только после того, как они вообще разглядят в тебе предмет для своих усилий. Нет, с Денисом тебе придется справляться без меня. И совсем не потому, что он на моем фоне будет выглядеть человекообразной обезьяной… хотя и потому тоже.

Я рассмеялась скептически, но невольно пожала плечами – так-то верно, на фоне лощеного Стаса, который в любом обществе не теряет монолитной стильности, все немножко приматы. Но и причину его категоричности уловила: зачем ему рядом стоять, ведь опять может «совершенно случайно начать отпугивать». Крутится-вертится, шутит, иногда слишком прямолинеен, иногда перемешивает чушь с правдой, но никогда не открывается до конца.

– Короче, гуру отношений, ты в кино со мной пойдешь? – спросила, сложив руки на груди, таким тоном, будто интересовалась, когда он наш отдел навеки покинет и больше не будет мельтешить перед раздраженным взором.

– Ла-адно, – протянул неуверенно. – Меня еще ни разу так настойчиво не приглашали.

В кино мы сходили, Стасу хватило наглости позволить мне оплатить билеты – я же пригласила. Но он купил попкорн и, как раз когда я собралась возмущаться из-за билетов, отправил охапку мне прямо в рот. Пришлось жевать и в процессе вспомнить:

– Все-таки покормил с руки, гад! И как долго ты этого хотел?

– Вообще не хотел, это была неконтролируемая реакция организма на предстоящий крик. Идем уже, история показывает, что ругаться мы вполне можем в течение всего сеанса.

Я уже в середине фильма наклонилась к нему и переспросила:

– Не совсем поняла, что произошло, Стас. Выходит, это я пригласила тебя на свидание?

– Выходит, что так. Хотя твое не такое грандиозное, как было мое – в парке. Опять я победил.

Но мне нужен был более понятный ответ:

– То есть мы на свидании?

– А, ты в этом смысле? Нет, никакой романтики, конечно. Когда-то случилось худшее – ты подслушала наш с Олегом разговор. И теперь не можешь с собой ничего поделать, включилась система заботы. Но не парься, как стараюсь не париться я.

Я снова выпрямилась, но отчего-то не удивилась, когда наши ладони коснулись и после уже не разлепились – Стас перехватил мою руку и сплел пальцы. На вопросительный взгляд ответил равнодушно:

– Очень страшный фильм. А у меня сердце слабое.

Водоворот антилогичных событий и эмоций привел нас в кинозал, и в этой точке на время заморозил, зафиксировал, как на снимке. И вот сидим перед колоссальным экраном, глохнем от звуков со всех сторон, смотрим совсем не страшный фильм и держимся за руки – единые только в переплетении пальцев, но заметно разделенные острой невозможностью просто обсудить происходящее. Я вообще не считаю себя вправе поднимать эту тему, если не поднимает он. А Стас ее не поднимет никогда – из-за уверенности, что будет отвергнут, а если и получит взаимность, то лишь из жалости, которую сам себе придумал. Ему такая взаимность не нужна, а сил не хватает, чтобы уйти. И, как всегда после приступа слабости, Стас обязательно спровоцирует ругань – лишь бы я думала о ссоре, а не о том, что было до нее…

Ругани не произошло, но лишь по одной причине – я была готова к провокации и не отреагировала. Уже возле моего дома Стас провозгласил:

– Я в тебе открыл сегодня новую суперспособность, Полин. Никто так не умеет угадывать самый тупой фильм только по плакатам…

Перебила спокойно:

– До понедельника, Стас.

– Даже не накричишь напоследок? – удивился он, теряя весь запал.

Качнула головой, но не выдержала и заметила:

– Ты такое полено, Стас Стрельцов, что мне до тебя далеко.

И, не выслушав ответа, вошла в подъезд. А по пути на тренировку ни разу не перебила Дениса – пусть вещает о том, что ему интересно, мне все равно не хочется перетаскивать его на свою территорию.