Мир перевернулся - Кармен Рид

– Нет, – ответила она. – Я очень этого хочу.

Ева положила себе в рот малину и наклонилась за поцелуем, раздавив ягоду о его язык.

Наслаждаясь поцелуем, пахнущим вином и малиной, Ева почувствовала, как его пальцы пробрались к ней под юбку. Она обняла его и позволила добраться до вожделенной цели. Потом откликнулась на призыв и поняла, что хочет этого прямо сейчас, здесь, сидя у него на коленях, под звуки радио, разговоры, звон посуды, доносящиеся из соседних домов.

Она закрыла глаза и предалась наслаждению, ощущая напористые движения внутри себя.

Позже Ева тихонько провела его в спальню, где они сняли друг с друга одежду, намереваясь опять заняться любовью, на сей раз как следует, медленно, наслаждаясь каждым моментом близости.

И тут зазвонил телефон – громко, настойчиво, угрожая разбудить детей. Обнаженная Ева выскочила в гостиную, чтобы ответить.

Черт! Как же она забыла выключить звук и включить автоответчик? Совсем разучилась заниматься сексом по всем правилам, предусмотрев каждую мелочь.

– Алло?

– Привет, Ева, это Джозеф. Как поживаешь?

Джозеф? Джозеф! Очень своевременно! Какая жалость, что автоответчик оказался выключенным. Прямо рок какой-то.

– Привет, – ответила она почти обычным голосом. – Я в порядке. Мы все в порядке.

– Как твой отец?

– Тоже хорошо. Поправляется.

– Отлично. Послушай…

Джозеф собирался перейти: к делу. На мгновение ей даже показалось, что, может быть, он хочет поговорить о той ночи. У нее засосало под ложечкой.

– Ева, помнишь, мы говорили с тобой о том, что я могу забрать к себе на несколько дней Робби и Анну?

– Да.

– Ты не передумала? Если хочешь навестить отца или сестру в выходные дни… я могу побыть с ними у тебя дома. Для Робби, наверное, так будет лучше.

В выходные?! На мгновение она представила себе, как едет по пустой дороге и из магнитофона не доносятся глупые песни из «Улицы Сезам».

– Отличная идея. Только давай я перезвоню тебе завтра. У меня сейчас гость.

– Да, конечно. И кто это?

– Ну… ты не знаешь. С работы. Кое-кто с работы.

– Понятно. – «Кое-кто с работы…» В одиннадцать часов вечера? – Жду твоего звонка.

– Да, конечно… спасибо за заботу.

Ева положила трубку, испытывая странные чувства. Почему они не говорили о той ночи? Не обсуждали, что тогда произошло? Или…

Она не успела додумать, потому что в этот момент в гостиную вошла Анна.

– Мама, почему ты голая?

– Ну… А ты почему не спишь?

– Мне приснился страшный сон.

– Выпей стакан воды и ложись спать.

– А почему ты голая? – опять спросила Анна.

– Я подумала, что здесь моя пижама… но ее здесь не оказалось. – Глупость, конечно, однако ничего лучше ей придумать не удалось.

– Давай я посмотрю у тебя в комнате, – предложила Анна.

– Нет! – Еву охватила паника.

Только этого не хватало! Маленькая впечатлительная девочка заходит в комнату и обнаруживает там голого ветеринара.

– Пей воду и марш спать!

– Хорошо. Нечего так сердиться.

Анна обиделась. Обычно мама ее обнимала, ненадолго укладывала рядом с собой в кровать и уговаривала не беспокоиться.

Она всегда считала серьезной недоработкой, что у детей нет кнопки «пауза», чтобы воспользоваться ею, когда они доведут родителей до белого каления. Хотя бы две минуты покоя – больше уже будет квалифицироваться как жестокое обращение с детьми.

Прижав палец к губам, Ева на цыпочках пересекла комнату. Ветеринар натянул на голову простыню и помахал ей рукой, предлагая присоединиться к нему.

Она легла в кровать.

– Ты замерзла, – сказал он и прижал Еву к себе.

– Тебе надо идти, – прошептала она.

– Сейчас? Когда ты так замерзла? – Он провел рукой по ее спине и еще крепче прижал к себе.

Ева почувствовала, как между ними опять пробежала искра.

И все-таки она повторила:

– Нет… Прости меня. Дочери приснился кошмар, и она бродит по дому. Самое время тебе отправиться домой.

Нильс поцеловал ее и вылез из кровати.

Ева смотрела, как он одевается.

Какие-то странные у них сложились отношения. Легкая смесь из дружбы, смеха, секса… даже перезванивались нечасто. Ни сильного влечения, ни страсти, ни обид.

Ей пришло в голову, что их секс – простая физиология, а не те отношения, когда занимаются любовью, пытаясь заглянуть друг другу в душу.

Ей нравился Нильс, но, исчезни он завтра, для нее это не будет иметь никакого значения. И она не собиралась что-нибудь менять.

– Ты не хочешь пойти со мной на свадьбу? – услышала Ева свой голос.

Что? С ума она, что ли, сошла? Зачем ей это нужно? «Пожалуйста, скажи «нет». Пожалуйста, откажись».

– На свадьбу твоего сына? – спросил Нильс.

– Да, 17 августа. – Может быть, у него что-нибудь запланировано на этот день?

– На свадьбу твоего сына, на которой будут присутствовать Деннис, отец твоих старших сыновей, Джозеф – отец младших детей, его невеста, не говоря уже о твоих друзьях, семье и новых родственниках?

– Да! – Ветеринар не должен прийти!

– Я с удовольствием пошел бы, Ева. Но мне кажется, что делать этого не следует. Слишком важное событие. – Он сел рядом с ней на кровать. – Ты же не хочешь смущать людей, явившись со случайным бойфрендом… Иди одна, – сказал он и дотронулся пальцем до ее лба. – И гордись тем, что ты одна.

Ева вдруг почувствовала, что сейчас заплачет. Гордилась ли она тем, что одна? Или она одна, потому что слишком гордая?

– Ты хороший человек, – сказала она ему. – Мне жаль, что я не люблю тебя чуточку больше… Вернее, что я вообще тебя не люблю.

– Ты меня вообще не любишь? – Нильс все еще улыбался ей, по-видимому, не уловив смысл ее слов.

– Нет… Нет, я имею в виду… Я не влюблена в тебя. Ты же знаешь. Но мне жаль, что это не так.

– Я тоже не влюблен в тебя, – сказал он. – Но разве мы не можем быть вместе?

– Нет, – серьезно сказала Ева. – Мы заслуживаем лучшего и должны продолжать искать.

Нильс кивнул и начал застегивать на рубашке пуговицы.

Что-то кольнуло Еву в сердце. Сожаление? Одиночество? Гораздо более естественно делить постель с кем-то живым, теплым, кто раздевался бы и одевался рядом с кроватью, разговаривая с ней о пустяках. У нее была возможность все это иметь постоянно. А сейчас она опять останется одна.