Мир перевернулся - Кармен Рид

– И еще он пьет только чай с эхинацеей, который всю ночь заваривает в медном чайнике, и всегда «очищается» перед завтраком. И ты говоришь, что я помешалась на оздоровительных процедурах!

– Хорошо, тогда он, конечно, не подходит. А этот хиппи, ветеринар?

– Два… три… четыре… наклон, сгибайте спину и прижимайтесь к партнеру! – сделал замечание преподаватель танцев.

– Нильс не хиппи, – прошептала Ева. – Он очень умный и честный. Хотя нет, иногда опробует на котах гомеопатию.

– Тем не менее он не мистер То Что Надо, ведь так? – спросила Джен из глубокого наклона.

– Нет. – Ева резким движением вернула подругу в нормальное положение. – Но он мистер Привлекательность…

– Тогда кого ты съела на этот раз?

– Я соблазнила Джозефа, – сказала Ева, прежде чем успела взвесить все «за» и «против» своего признания.

Джен так резко затормозила во время вращения, что чуть не сломала каблук.

– Нет!

– Ага… Сама не понимаю, как это произошло. Знак свыше? В общем, мы сделали вид, что ничего не случилось.

– Это знак того, что вам обоим пора проверить мозги, – вынесла вердикт Джен. – Господи, возьми себя в руки, он ведь практически женат… Я должна тебе помочь найти друга. И очень быстро. А как твой отец? – спросила она немного погодя, пытаясь перевести разговор на другую тему.

– Ждем. Через две недели операция.

– Да? Мне очень жаль.

– Я знаю. – Она заметила укоризненный взгляд преподавателя. – Давай немного потанцуем, – сказала Ева и закружила Джен, которая всегда была за даму.

Последующие полчаса они старались сосредоточиться на уроке.

Когда Ева вернулась домой, Денни пил в кухне чай и курил сигарету, что вообще-то было против правил, даже если широко открыты окна.

Ей очень не нравилось, что сын курит, она считала это недостатком своего воспитания, но в этот вечер Ева не стала обрушиваться с упреками, а просто налила себе чаю и пригласила сына выйти в сад, потому что ей надо было полить цветы.

– Звонила Дженни, – сказал он. – Дед плохо себя чувствует… Ей звонил врач. Они хотят ускорить операцию.

– Господи! – запаниковала Ева.

– Дженни сказала, что поедет туда на выходные, и просит тебя тоже приехать.

– Она сообщила, что именно плохо?

– У него были небольшая одышка и сильное головокружение. Кажется, сосед позвонил доктору. Дженни очень расстроена.

– Она не просила меня позвонить?

– Нет, Дженни сама позвонит завтра утром, потому что сегодня собиралась пораньше лечь спать.

Ева наклонилась и стала медленно разматывать шланг.

– С тобой все в порядке? – спросил он.

– Думаю, да. Надеюсь по крайней мере…

Денни молча открыл кран, потом, когда она закончила поливать, они сели на скамейку в конце сада и долго сидели в темноте.

– Как у тебя дела? – спросила Ева, взяв сына за руку. – Ты выглядишь усталым.

– Да так. – Денни запустил пальцы в темные волосы, а другой рукой полез за сигаретой. – Много приходится работать, – добавил он. – Но толку пока мало. Больших чеков не предвидится.

– Денни. – Ева старалась ободрить сына. – Ты фотограф, художник и не можешь рассчитывать на такие же деньги, как у финансового директора или… юриста компании. Но может быть, надо вкладывать больше души?

Денни выпустил изо рта клуб дыма.

– Лучше вообще продать душу за презренный металл.

– Нет, если ты мой сын, ты никогда этого не сделаешь, – улыбнулась ему Ева. – Лучше быть, чем иметь, запомни.

– Мудрые слова, но ими не заплатишь за отпуск с сёрфингом.

– Хочешь уехать?

– Ну да, я предложил сёрфинг, думая поехать в Корнуолл, а Патриция имела в виду Калифорнию. Небольшая разница, не так ли?

– Да уж. – Страшно нервничая, Ева никак не могла решить, рассказывать ли Денни о Патриции.

– Может, поэтому я и получил отставку, – добавил он.

Ева не смогла прочесть выражение его лица в темноте.

Выходит, Патриция не теряла времени даром.

– Сегодня вечером?

– Нет! Я весь вечер был здесь. На прошлой неделе. Ее очаровал босс.

– О! – Ева вдруг очень заинтересовалась цветами в большом вазоне рядом со скамейкой. «Что я за идиотка!» – Ты очень переживаешь? – спросила она.

– Как тебе сказать? Конечно, грустно немного, но это не конец света. – Он бросил сигарету, и она улетела в соседний сад.

– Денни!

– Прости, мама.

– С тобой действительно все в порядке?

– Все нормально, честно. – Он мрачно усмехнулся. – Не могу сказать, что это была настоящая любовь… Просто я спал с очень привлекательной девушкой. Вряд ли такие отношения для тебя новость.

– Кого ты имеешь в виду?

– Ветеринара. Ты ведь спишь с ветеринаром?

– Денни! Я все-таки твоя мать.

– Ты понимаешь, о чем я говорю.

– У меня с Нильсом было всего несколько встреч. Это совсем другое.

Ева встала и стала искать ведро для сбора улиток, чтобы избежать дальнейших расспросов, Денни смотрел на нее со скамейки, потом достал из кармана еще одну сигарету и закурил.

– Что ты делаешь? – спросил он, когда мать включила фонарик и полезла с ним в кустарник.

– Ищу ведро, куда я собираю улиток. За ними лучше всего охотиться ночью.

– А я думал, что садоводство – безобидное занятие.

– Что поделать, природа есть природа.

– Между прочим… – начал Денни, но она перебила его.

– Ты слишком много куришь, – заметила Ева, кидая в ведро очередную улитку.

– Знаю и собираюсь в скором времени бросить.

– Что, так просто?

– Ты в самом деле не возражаешь, чтобы отец приехал на свадьбу?

– А ты? – вместо ответа спросила Ева.

– Я первый спросил!

– Наверное, нет. – Она не повернулась к нему, продолжая искать улиток. – Будет интересно опять с ним встретиться и посмотреть на его семью. Откровенно говоря, меня это не слишком беспокоит. – Конечно, ее слова были далеки от правды. – На мой взгляд, он не самый приятный человек, но, если вы с Томом хотите с ним общаться, я мешать не стану.

Денни выпустил изо рта клуб дыма.

– Я чувствую то же самое. Если этот парень хочет узнать нас получше, замечательно, нет – еще лучше… Мне очень жалко дедушку, – добавил он.