Обманчивый союз - Айви Дэвис

— Я знаю, мам. Но спасибо.

— И... это еще не все. — Ее слова заставляют меня сесть прямее. — Я решила,. Я больше не могу его бояться. Твоя жена была права. Я в таком положении, что могла бы помочь тебе убрать Франко. Он никогда бы не подумал, что я на это способна. Я могу помочь тебе проникнуть в наш дом и подобраться к нему поближе.

— Итак, что ты мне хочешь сказать?

Она тяжело выдыхает. — Я собираюсь помочь тебе убить Франко.

ГЛАВА 17

Нина

Вид Антонио с другой женщиной разбивает мое сердце на миллион кусочков. Когда я уходила, они все еще были вместе в квартире. Он нарушает священный брачный обет точно так же, как это сделал мой отец.

Самое печальное, что я даже не могу его винить.

Я разрушила наш брак, сохранив тайну моего отца. Антонио ясно дал понять, что между нами все кончено. Если он хочет быть с другой женщиной, то это его право.

Но это все еще разбивает мне сердце.

Я, спотыкаясь, бреду домой, моя спина горит с каждым шагом. После того, как Антонио пришел ко мне домой и избил моего отца, я знала, что должна увидеть его снова, даже если это означало причинить себе еще большую боль в процессе. И это произошло. Он с другой женщиной, а я возвращаюсь в дом своего отца, чувствуя себя еще более подавленной, чем раньше.

Когда я возвращаюсь в дом своей семьи, все тихо. Отец, должно быть, отсиживается в своем кабинете. Антонио действительно здорово над ним поработал. Я была одновременно напугана и рада этому зрелищу. Что это говорит обо мне?

Я медленно иду в спальню родителей, где спит мама. Ей удалось прийти в себя, чтобы спасти меня от моего отца, но, судя по пустой бутылочке из-под таблеток у ее головы, она снова поддалась своей зависимости.

Я лежала в постели рядом с ней, прижимая ее к себе, просто чтобы убедиться, что она все еще жива. Ее пульс сильный, что является хорошим признаком.

Прежде чем я осознаю это, я плачу в мамину спину. Все, чего я хочу, это чтобы она обняла меня. Все, чего я хочу, — это чувствовать себя в безопасности.

Требуется время, чтобы она проснулась и повернулась ко мне с беспокойством в глазах. — Нина? — Ее голос дрожит, как обычно после того, как она приняла столько таблеток.

— Мама, ты мне нужна, — Я шепчу. — Я очень в тебе нуждаюсь. — Вид моей мамы, накачанной наркотиками, не так страшен при свете утра.

Она вздыхает и притягивает меня ближе. Я вздрагиваю, когда ее руки касаются моей спины. Потребуется много времени, чтобы мои раны зажили, но они заживут. Но вот эмоциональные шрамы останутся навсегда.

— Зачем ты это делаешь с собой? — Я спрашиваю.

Ее руки сжимаются вокруг меня. — Что я делаю?

— Ты знаешь. Твои таблетки. Ты так сильно нас всех ненавидишь, что предпочитаешь таблетки?

Она грубо прижимается подбородком к моей голове. — Нина, это потому, что я так сильно люблю вас всех, что мне больно. Я принимаю таблетки, которые помогают мне пережить день. Чтобы помочь мне противостоять твоему отцу.

— Но ты бросила нас с Анной одних на произвол судьбы. Вспомни, что произошло прошлой ночью. Отец... Избил меня, — шепчу я последние два слова.

— Вот почему я остановила его. Я знаю, что я не самая лучшая мама, но я спасла тебя прошлой ночью. Отдай мне должное.

В ее словах есть смысл. Если бы не она, отец, возможно, забил бы меня до смерти.

— Мама, мне нужно тебе кое-что сказать. — Вся правда выйдет наружу. Нет смысла хранить еще больше секретов. — Отец... он... — Я с трудом сглатываю. Это единственное, в чем мой отец был непреклонен, я никогда не рассказывала маме, но она имеет право знать. И моему отцу не следовало заставлять меня хранить его секреты. — Когда мне было двенадцать, я застукала его с другой женщиной.

Ее тело напрягается, но она остается спокойной, пока я говорю.

— Он сказал мне, чтобы я не говорила тебе, — Я продолжаю. — Он заставил меня держать это в тайне или он... Сделает то, что он делал прошлой ночью. Ты должна знать, что он за человек.

— О, Нина. Я знаю, что он за человек. Вот почему я принимаю таблетки. Чтобы быть подальше от него. Я всегда подозревала, что он был с другими женщинами. Но я не знала, что ты знаешь.

Я сажусь, качая головой, слезы наполняют мои глаза. — Я устала хранить его секреты. Измена. Антонио. Я устала от этого. Он думает, что ему все сойдет с рук. Что он непобедим.

Мама заправляет прядь моих волос за ухо. — Твой отец не такой уж непобедимый. В конце концов, он просто мужчина. Я продолжаю надеяться, что однажды мне больше никогда не придется его видеть. И я надеюсь на то же самое для вас, девочки.

— Но ты так ничего и не сделала. Ты могла забрать нас отсюда.

Вспышка гнева вспыхивает в ее глазах. — И куда тебя отвезли? Куда бы мы могли пойти, ты думаешь твой отец не последовал бы за нами? Мне было легче умиротворить его, чем бороться с ним.

— Так вот чем ты занималась все эти годы. Умиротворяла его? — Я качаю головой. — Я устала умиротворять его. Я хочу сразиться с ним. Я хочу иметь собственный голос. Я устала от всех этих мужчин, диктующих, что я могу и чего не могу делать со своей жизнью. С меня хватит. — Я встаю.

— Куда ты идешь?

— Противостоять отцу. Он может убить меня, мне все равно. Но, по крайней мере, я попытаюсь. — Прежде чем выйти из комнаты, я смотрю на маму через плечо. — Просто убедись, что Анна в безопасности. Пожалуйста. Поступи с ней правильно.

Мама выдерживает паузу, прежде чем кивнуть. — Хорошо. Я позабочусь о том, чтобы она была в безопасности.

Я выбегаю из ее комнаты и иду к Анне. Если мне суждено умереть, я хочу сначала попрощаться со своей сестрой.

Она проснулась, когда я вхожу в ее комнату. В ее глазах страх. — Что происходит? Почему отец ударил тебя? И почему твой муж причинил ему боль?

Я