Наследник для шейха - Анна Гур

Давно я не гулял с девушкой, просто чтобы вести беседу, и все же меня в ней напрягает многое, потому что досье, которое имею на руках, и девушка, с которой общаюсь совсем не одно и то же.

Я рассказываю ей легенду, предостерегаю от неправильных действий, а сам изучаю реакции…

Что-то все равно напрягает. Ее страх. Ее трепет… Но… рядом с Джамилей я не могу здраво рассуждать…

Меня дурманит. Впервые в жизни…

И я не знаю, что с этим делать…

Глава 25

Я отпускаю Джамилю домой. По всем традициям… И все же что-то царапает меня, когда я смотрю в ее полные тревоги сапфировые глаза…

Отпускаю, давая себе обещание, что разберусь со всем этим чуть позже. Моя жена чиста как горный хрусталь, искрящийся под лучами солнца, но я умею распознавать ложь в ее мельчайших проявлениях, здесь же чую, что моя Джамиля чего-то отчаянно боится и не договаривает…

Возможно, она пуглива, как лань и всему виною мой напор…

Я даю себе слово, что разберусь в этом все. Пока ей нужна небольшая передышка, глоток воздуха, как в прочем это необходимо и мне, так как послы приходят не с самыми благоприятными новостями, а я задвинув все дела посвящаю все свои свободные минуты моей новоиспеченной жене, которой я просто насытиться не могу.

Тянет меня на нее. Сильно. И я… отпускаю…

Даю передышку нам обоим. Даю фору так же и себе, так как очень хочется загнать мою трепетную лань в угол и вскрыть все ее секреты, но опять же не хочу давить.

Что-то в ее глазах меня сдерживает. Не позволяет пройти тонкую грань флирта и надавать так, чтобы этот тонкий стебель сломался.

Я не хочу ей вредить. И чувствую, что сожми ее сильнее, сломается, как тончайший серебристый лед, который оказался в моих руках.

— Три дня на отдых, жена. Это все, что у тебя есть. Дальше никакой пощады, только наслаждение в самых разных его видах…

Это не угроза. Это факт, который озвучиваю и замечаю, как реснички у моей желанной женщины трепетать начинают, как в глазах пелена слез вновь зарождается.

Что же тебя так гложет, Джамиля?

Или же это я так тебя пугаю?

Моего напора боишься?

Так я нежен с тобой, малышка, даже излишне щепетилен… Я буду погружать тебя в мир страсти очень медленно, смакуя все твои реакции…

Мне нравится все, что может мне дать твое тело, которое я так жажду…

Твой запах… взгляд… манеры… заводит даже то, как головой поворачиваешь, как смотришь…

Вот прямо сейчас. Глаза в глаза. Когда пухлый рот искусан и чуть приоткрыт. Меня сносит. Все инстинкты голову поднимают и вместе с тем больше всего хочу только одного — защищать…

— Три дня на отдых, жена. Это все, что у тебя есть…

Отпускаю Джамилю. Ухожу. Заставляю себя отлипнуть от сладкой девушки, от которой у меня рвет крышу.

Пока моя жена уезжает, я погружаюсь в работу, в дела. Пока наконец меня к себе не вызывает отец.

— Ситуация на границе серьезная, сын…

Отец смотрит на меня тяжело и его настроение оставляет желать лучшего.

— Что произошло?

— Волнение, сын. Ситуация накаляется с каждой секундой…

Цокаю языком. Все в последнее время к этому и шло…

— Ты нужен мне, Аяз. Только ты можешь решить этот конфликт.

Киваю. Я знаю о чем именно отец говорит.

— Я хочу, чтобы ты поехал на границу, хочу, чтобы решил вопрос мирно. Там наши люди, Аяз и кое-кто расшатывает нашу власть…

— Прииски. Они на самой границе. Я знаю, как решить вопрос. Эта ситуация обернется для нас выгодой. Новые рабочие места, новые заводы, масштабная реализация…

Перечисляю всю выгоду, которую можно извлечь из патовой ситуации.

— Ты отличный стратег, сын. Я в тебе не сомневался, — улыбается отец, когда я раскладываю перед ним план действий и реализация всего потенциального развития ситуации…

— Выезжаю сегодня же…

А дальше тяжелейшая ситуация… Всего предусмотреть нельзя. Развитие бывает разным…

Ровно на два месяца я угодил в самое пекло. Слишком лакомым кусочком является наше государство и все, что мы имеем, слишком многие хотели бы закинуть лапу на территории, которые им не принадлежат…

С каждым днем ситуация накалялась все сильнее, опасность буквально витала в воздухе, а я… по привычке решал вопросы.

Иногда радикальными методами, беря ответственность не только за свои поступки на себя, но и за благополучие всей моей страны.

Я держал ответ за все, что дорого…

В самые тяжелые моменты, когда клал голову на подушку, вспоминал дивную девушку с золотыми волосами, ее глаза, как брал ее тело…

Даже, когда меня латали после полученного ранения и я был на грани между жизнью и смертью… я вспоминал именно ее… видел перед глазами именно ее…

Мою Джамилю…

И единственное, чего жаждал больше всего — это вернутся к ней и еще хоть один раз смять сочные губы и почувствовать цветочный аромат ее тела…

И вот, когда все вопросы решены. Когда народ ликует и фундамент нового предприятия уже поставлен, а я могу с высоко поднятой головой вернутся домой, я подгоняю лошадь и мчу по пустыне вперед к ней, к моей Джамиле.

Дальше дорога на джипах. Потом перелет и я мчу вперед, не слушая никого, резкими шагами направляюсь вперед по коридору, в спальню.

Туда, где ждет меня моя жена… моя Джамиля…

Глава 26

Вхожу, чуть ли не с ноги дверь распахивая и вижу девушку, которая вздрагивает, когда я появляюсь.

Оборачивается. Пугливо глаза вскидывает.

А меня тянет. Нестерпимо. Невероятно. Как магнитом…

Стремительно сокращаю дистанцию, так и хочется зарыться пятерней в золотистые пряди, которые водопадом на спину падают.

Такая нежная. Красивая. Чувственная.

Притягиваю свою жену к себе, истосковался, как зверь, делаю глубокий вдох, впуская запах моей Джамили глубоко в легкие и… меня будто молнией ударяет…

Что-то щелкает внутри. Что-то странное. Будто удар получаю. Пальцы сами впиваются в тонкие плечи, и я отдаляю девушку от себя, при этом в глаза ее вглядываюсь.

Так странно…

Меня от одного взгляда на Джамилю всего переворачивало, голод просыпался безудержный, тяга невыносимая…

А тут… я смотрю в сапфировые глаза дрожащей в моих руках девушки… и… ничего…

Ничего! Я не чувствую ничего! Отмерло…

Хотя одно воспоминание о златовласой красавице последние два месяца будто кипятком ошпаривало, а тут… полный штиль.

А в мыслях — она…

Так не бывает! Чтобы так