Наследники мира - Юлия Григорова

Вспоминая события тех дней, я понял свою главную ошибку, понял, как не должен был поступать, но сейчас это уже не имело значения. Всё обернулось так, как обернулось, и я оказался там, где нахожусь, и не могу ни на что повлиять. Как же сильно на самом деле мне хотелось либо не приходить в то утро на тот перекрёсток девятнадцать лет назад, или не открывать дверь кладовки с принцессой внутри, либо…никогда и ни за что её не оставлять.

Ведь стоило мне разлучиться с Вентирой тогда, в порту, перед тем, как мне разбили голову, и девушка попала в руки к Велианту, в которого и влюбилась в то время. Стоило мне выбрать Риана и отправиться с ним на исполнение его плана по атаке на армию противника, в результате чего я попал в плен, и Вентира снова влипла в проблемы и опять оказалась рядом со всё тем же ненавистным мне Велиантом Кристом. В результате он стал отцом её дочери. Хоть мы с мужчиной и находились на службе у одного короля и тесно общались последние годы в силу исполнения своих обязанностей, но тот факт, что девушка предпочла его, до сих пор мучил меня, несмотря на появление в моей жизни Аионы.

Мне не стоило оставаться на службе у Риана и отпускать Вентиру в Апатию. Не стоило никогда и никуда её отпускать, ведь тогда всего, что сейчас происходит, не случилось бы, и я точно не лежал бы, придавленный грудой досок и камней под развалинами рухнувшего замка. Мне захотелось рассмеяться, но очередной приступ кашля из-за попавшей в нос и рот пыли нарушил эти планы. Очень хотелось прикрыть лицо рукой, ведь от каждого движения туловища сверху сыпалось всё больше и больше непонятно чего и это всё оказывалось внутри меня, делая кашель непереставаемым.

Неожиданно мне стало легче дышать, а тяжесть с груди куда-то пропала. Послышался скрежет и грохот, заставивший вздрогнуть и открыть глаза. О последнем я сильно пожалел, ведь всё, что навалилось на слипшиеся веки, сразу попало внутрь, но частые моргания помогли справиться с этим. Попытавшись поднять руку, я ощутил, что могу вытянуть пальцы и размять, и поспешил несколько раз согнуть и снова выпрямить их. Только потом получилось согнуть руку в локте и провести ей по лицу, сбрасывая кучу непонятного мусора и привыкая к яркому свету, что ударил в глаза.

Вокруг что-то происходило, но мне пока было не до этого. С наслаждением вдыхая полную грудь свежего воздуха, я осознал, насколько тяжело мне давался каждый вдох прежде, и каким спёртым был запах под завалами. Свежесть ударила в лицо, и я слишком поздно понял, что чьи-то руки пытаются меня поднять, и принялся отмахиваться от них. Испуганно осматривая склонившиеся надо мной незнакомые лица, я продолжал моргать, прогоняя цветные круги перед глазами, сливающиеся с темнотой по краям увиденной картины мира.

Сообразив, наконец, что происходит, мне не пришло в голову ничего лучше, кроме, как самому ухватиться за протянутые руки и попытаться оттолкнуться от пола, но спина и ноги отдались дикой болью, и мне пришлось снова опуститься на каким-то образом уцелевший паркет в комнате, соседней с залом. Вернее сказать, той части, что осталась от комнаты.

– Попробуйте сесть, – раздался незнакомый голос, и мне помогли принять сидячее положение, аккуратно сдвинув с места и прислонив к уцелевшему куску стены. Вот теперь, из такого положения мне открылся вид на то, что некогда было замком Кленских и домом семьи моей сестры. Голые каменные изваяния стремились вверх, но там, где некогда были потолочные перекрытия, торчали лишь опасно нависающие над грудой обломков сваи и балки. Сидеть в месте, где меня оставили, выглядело не слишком безопасным, но при взгляде на собственные ноги, ходить перехотелось вообще. Одна ступня оказалась выгнута слишком неестественно, и я помнил, как именно из-за неё рухнул и получил по голове. Без помощи точно не обойтись. Вспомнив о затылке, я поднёс к нему руку и ощупал волосы, слипшиеся и измазанные в чём-то противном. Хорошо, что мне не удастся в ближайшее время посмотреть на себя в зеркало. Вид, должно быть, тот ещё.

Вокруг суетились люди, они ходили между развалин, аккуратно ступая на завалы, и прислушивались. Кто-то судорожно рылся, откидывая в сторону доски, балки и камни стен. Сил сдвинуть самые большие куски строения хватало не всем, и к одному человеку присоединялись другие. Как много времени прошло с обрушения, что уже успела подоспеть помощь и заняться поисками? Голова просто раскалывалась, из-за чего мне хотелось рассмеяться. Почему всегда я получаю в первую очередь по голове? Ещё сильнее болело место возле виска, куда прилетел удар Риана, но трогать это место я передумал. На меня рухнул замок, а я каким-то чудом оказался жив, в голове такое просто не укладывалось, но я усиленно пытался прийти в себя. Кто-то сунул мне под нос флягу, но, догадавшись, что мне сложно будет самому откупорить пробку, человек всё сделал сам, присел рядом и аккуратно помог смочить губы водой и сделать несколько глотков. Мне срочно захотелось выпить всё, что там было, но столь желанное горлышко отстранилось ото рта.

– Какое счастье, что не придётся рассказывать твоей сестре, что нашли твой труп, – раздался рядом знакомый голос. Проводив флягу взглядом до сидевшего человека, я поднял на него глаза и усмехнулся при виде Велианта.

– А ты, я смотрю, живучий, и даже пылью не покрылся, – буркнул я и закашлялся. Голос звучал глухо и слова давались с трудом. Даже после нескольких глотков воды избавиться от сухости в горле не получилось. Складывалось впечатление, словно я готов был опустошить целое ведро.

– Не-а, я предусмотрительный, не лезу туда, где могу умереть, если такая возможность есть. А вот живучий у нас ты, – хлопнув меня по плечу, заметил первый заместитель. – Пока ты там развлекался с королём, я вместе с толпой убрался от зала подальше. Если тебе интересно, свидетели говорят, что твоя сестра и её супруг с сыном убежали оттуда в первых рядах, когда Вентира только ворвалась в двери, но пока мы не можем их нигде найти. Ни среди трупов, ни среди выживших.

Стоило это услышать и мне