Над пропастью во лжи. Том 2 - Майя Марук

В планы Рамуса ребенок не входил. Он не хотел в ближайшем будущем становиться отцом. А стать отцом сейчас, когда действовал договор с леди Клайток, тем более. Появление у него наследника могло навести Совет на мысль о том, что он отказался от меи ради выгодного брака. Вещь не смертельная, но в марсианском обществе такое поведение не приветствовалось. Это вполне могло стоить ему карьеры.

Если же историю представить так, что он встретил мею после обряда в храме, Санра и Кром могли снять с него все предполагаемые неустойки. И выражались они не только в деньгах. Опять же, могли возникнуть проблемы с Советом. Поэтому Рамус даже испытал некое облегчение, когда Антон назвал ребенка своим.

— Это твой ребенок? — Спросила Санра, когда ЛТС пролетал над синим озером.

Прежде чем ответить, Рамус вспомнил огненные долины. И языки пламени, которые отражались в глазах Ведьмы. Ему было одновременно и тоскливо, и страшно. Тоскливо из-за того, что не смог остаться с Машей. А страшно, потому что боялся потерять все: статус, титул, деньги.

— Не знаю. — Честно ответил Рамус.

— Есть вероятность, что он твой?

Санра злилась. Это было видно невооруженным взглядом по напряженным скулам и приподнятому подбородку.

— Есть.

— Ты же понимаешь, что он нам не нужен?

Санра сощурила глаза, Ротмер ничего не ответил. Лорду захотелось залепить жене хорошую пощечину, чтобы поставить мозги на место. Его раздражал даже то, что Санра пытается обсуждать с ним Машу. Но ничего не сделал. Ему самому казалось, что в словах жены было рациональное зерно.

Глава 31

Маша

Идея ночевать у меня дома оказалась не такой удачной, как могло показаться Антону на первый взгляд. Квартира просто не была рассчитана на двоих. А кровать даже в страшных снах не могла представить, что на ней попытается уместиться кто-то габаритов господина Стольного. Мужчина в буквальном смысле слова занял собой все свободное пространство.

В какой-то момент, сжалившись над мебелью, пришлось перебраться на пол. Чтобы хотя бы несколько часов спокойно поспать. Впрочем, с «поспать» я погорячилась. Просто спать с этим мужчиной было практически невозможно. Внутри все сжималось и переворачивалось от одного взгляда. Еще никогда я себя не чувствовала такой счастливой. Настолько счастливой, что это даже не пугало.

Еще одним приятным открытием было то, что я совсем перестала думать о Рамусе. Как будто просто переключился тумблер. Лорд и правда, оказался лишь курортным романом. Проходящим эпизодом, который останется в памяти. Не скажу, что этот эпизод был светлым и приятным. Слишком сильно по этому мужчине убивалась еще неделю назад. Но сейчас, никакой злости или ревности к марсианину я не испытывала. Конечно, друзьями мы не останемся. Но и шарахаться от лорда в коридорах «Сезам» не придется.

Мы проснулись ранним утром от сигнала коммуникатора. Рабочий день Антона начинался задолго до того, как он попадал в офис. Видимо в этом крылась часть его коммерческого успеха.

— Поспи. — Он повернулся, и накрыл меня одеялом по самую шею. — Это Раймонд, по делу Камилл. Нужно ответить.

— Иди в гостиную. Там тихо.

— Я быстро. — Шепнул Антон и поцеловал меня в плечо.

Бабочки, которым было положено порхать в животе, побежали вдоль позвоночника. Зажмурилась от удовольствия и всерьез думала еще немножко подремать. Не получилось. Мой коммуникатор ожил через пятнадцать минут. Пришлось вставать.

Сообщение было с общей рецепции. Координатор прислал прошение из уголовной полиции о встрече со Стольным. Меня удивили сразу две вещи: полиция и прошение. Обычно, эти ребята не просили разрешений. В лучшем случае, сообщали о своем визите повесткой. И то, если ты уважаемый человек. Но никогда не спрашивали разрешения на визит.

Открыла расписание Антона. Свободных окон в течение дня у него было не много. Два из них должны были занять собеседования. В этот раз Антон Робертович не стал доверять отделу кадров, и решил опрашивать кандидатов самостоятельно. Вспомнив анкеты претенденток на вакантную должность, рыкнула. То ли от злости, то ли от ревности. Теперь даже мысль о том, что кто-то займет мой рабочий стол, злила. Не говоря уже о том, что этот кто-то будет крутиться вокруг Стольного в течение всего дня.

Не без удовольствия отменила одну из встреч и вписала вместо нее имя и должность следователя. Одновременно отправила в службу безопасности пропуск и короткое уведомление о подтверждении встречи.

То, что моя жизнь уже никогда не будет прежней, осознала в тот момент, когда поставила на стол вторую чашку. Точно такую, как моя. Только больше размером.

— Не думал, что бываю такие маленькие квартиры. — Крикнул Антон.

Звук доносился из ванной комнаты. Сразу после этого раздался грохот падающих банок. Пришлось отложить в сторону тарелку и выйти из кухни, чтобы оценить масштаб разрушений. Антон стоял в дверном проеме, безуспешно пытаясь обернуть бедра полотенцем. Ткани катастрофически не хватало ширины, и от этого мужчина казался больше, чем был на самом деле.

— Это стандартная планировка тех лет. — С трудом сдержала смех.

С босыми ногами и пушистой тряпкой на бедрах Стольный смотрелся не столько сексуально, сколько трогательно и забавно. Темные глаза растерянно сверкали, по мускулистому животу бежали несколько прозрачных капель, пальцы пытались соединить края полотенца.

— Я там уничтожил часть твоих банок.

— Надеюсь не все?

Мужчина неопределенно пожал плечами и покосился в сторону ванной.

— Ничего страшного. Купишь новые.

Мужчина снова внимательно посмотрел на пол. Не знаю, что он там хотел увидеть или запомнить. Мешать не стала, сходила в спальню за полотенцем большего размера.

— Держи. — Протянула Антону тонкое абсорбирующее полотно.

— Спасибо.

— Пришло прошение от уголовной полиции. Я заменила одно из собеседований на встречу со следователем.

— Ревнуешь? — Он улыбнулся и притянул меня к себе.

— С чего ты взял?

— Ты могла бы поставить встречу на вечер.

— У тебя два раунда переговоров с марсианами, обед и подведения итогов квартала. Я подумала, ты захочешь отдохнуть вечером.

— Захочу. — Он кивнул и осторожно прикоснулся к губам. — Но сегодня отдыхать будем у меня. Договорились?

— Мне кажется, это неуместно.