Пиратская принцесса - Сабрина Джеффрис

И вдруг Камилла поняла, каким образом Саймон узнал о традиционном подарке. Конечно, тетя подсказала. Ах, милая тетя Юджина.

— Тогда я их непременно надену, — сказала Камилла, ставя на пол корзину и беря перчатки из тетиных рук.

Она примерила их, и довольная улыбка появилась на ее лице. А что, может, это не так уж и плохо — быть женой Саймона. Если он и впредь будет так внимателен, это может быть даже приятно.

Последние три дня она только и делала, что старалась примириться с предстоящим замужеством. С того последнего разговора с Саймоном она все думала и думала о сказанном. Ее все еще беспокоила его тесная связь с дядей Жаком, но его утверждение, что это все ненадолго, ее порадовало и немного успокоило.

Она хотела ему верить. Кроме того, он, наверное, прав, когда говорил, что будут и приятные стороны в этом браке. Она вспомнила о жарких поцелуях в аллее, и щеки ее зарделись. Да, несомненно, будут и приятные стороны. Ведь если исключить его желание участвовать в дядином бизнесе, они с Саймоном отлично подходили друг другу.

Тихий, циничный голосок внутри ее нашептывал, что ее мама так и не смогла отговорить отца от вольной жизни морского разбойника, хотя и старалась. И тете Юджине не удается справиться со страстью дяди Августа к карточным играм. Да и многим ли женщинам удается переделать своих мужей?

Но Камилла не обратила внимания на этот слабый голосок. У нее с Саймоном будет все по-другому. Они заведут детей и станут настоящей семьей…

— Тебе нужно засунуть один из этих платочков за подвязку, на удачу, — прервала ее мысли тетя Юджина, широко улыбнувшись. Вдруг улыбка ее погасла, и она повернулась к Дезире. — Ох, чуть не забыла. Месье Мишель тоже прислал тебе подарок, чтобы ты надела его на свадьбу Камиллы.

Дезире выдавила из себя вежливую улыбку, хотя Камилла знала, чего ей это стоило.

— Вот как?..

Ни слова более не говоря, тетя Юджина полезла в карман и достала что-то, завернутое в тонкую, дорогую ткань. Дезире взяла и развернула ткань. На ладони у нее остался лежать гребень из слоновой кости, украшенный бриллиантами. Рука ее задрожала.

— Сегодня за свадебным ужином отец хочет провозгласить вашу помолвку, — сказала тетя Юджина. И когда Камилла посмотрела на нее с ужасом, она добавила: — Я отговаривала его. Сказала, что это несправедливо — портить радость свадебного вечера Камиллы такими заявлениями.

Дезире, вся бледная, смотрела на гребень. Мать подошла к ней и положила руку на плечо.

— Милая моя, ты ведь знаешь, что тебе необязательно выходить за него замуж. Не обращай внимания на то, что говорит папа. Я поддержу тебя во всем, если ты поговоришь с ним о месье Мишеле.

— Я хочу за него замуж, — твердо сказала Дезире. Подняв лицо к матери, она воткнула гребень в волосы. — Честное слово, мама, я с признательностью принимаю ухаживания месье Мишеля.

Мама посмотрела на нее долгим взглядом. Потом вздохнула и повернулась к Камилле.

Камилла прикусила язык, чтобы не выложить все, что она знает, тете Юджине прямо сейчас. Но Дезире никогда ей этого не простила бы, и к тому же они с Саймоном вот-вот раскроют эту тайну. Сегодня солдаты Саймона будут на званом ужине, и они узнают, кто отец ребенка. И тогда у нее останется уйма времени, чтобы сказать тете, почему Дезире хочет побыстрее выйти замуж за месье Мишеля. Улыбка тронула ее губы. Если повезет, может быть, сегодня действительно провозгласят помолвку Дезире, и делу конец. Но не с месье Мишелем. Нет, вовсе не с ним.

Когда несколько часов спустя они вошли в церковь, Камилла не жалела, что они с Дезире вложили столько труда в это прекрасное свадебное платье. Впервые в жизни на нее все смотрели с уважением и любовью. Даже сердитое лицо священника, который, вероятно, давал единственное объяснение столь поспешной женитьбе и к тому же страстно протестовал, узнав, что Саймон — не католик, даже его сердитое лицо смягчилось при виде Камиллы в этом нарядном платье.

Но приятнее всего был взгляд Саймона. Честно говоря, он смотрел на нее с таким обожанием, что она почти готова была поверить, что он и вправду женится на ней по любви. Его взгляд сопровождал каждый ее шаг, с той самой секунды, как они вошли в церковь. Она чувствовала, что от этого взгляда лицо ее просто пылает, и была рада, что вуаль скрывает ее от его глаз.

Но он-то от нее не прятался. А она, кажется, тоже была не в силах оторвать от него глаз. Он выглядел потрясающе. Он был в той же форме, которую надевал на тот первый бал. Его короткий синий мундир с алым шитьем и серебряными пуговицами выглядел еще красивее при дневном свете, освещавшем церковь. Сапоги сверкали, а волосы наконец-то были уложены в подобие прически. Несомненно, он выглядел просто великолепно. Она с трудом могла поверить, что он вот-вот станет ее мужем. И во второй раз за это утро она призналась себе, что не так уж и ужасно — быть женой Саймона, особенно когда он смотрит на тебя такими глазами.

Когда Камилле удалось наконец оторвать от него взгляд, она заметила, что рядом с ним стоит генерал, который согласился стать свидетелем. Генерал выглядел весьма по-военному подтянутым и совершенно по-отцовски счастливым. Около него стояла миссис Уилкинсон, которая, казалось, позабыла уже все постыдные обстоятельства, предшествующие этой свадьбе, и широко улыбалась. Они служили явным контрастом дяде Жаку, стоявшему поодаль. Он был одет весьма щегольски, хотя и достаточно респектабельно.

Когда дядя Август сопроводил ее к Саймону, она спросила себя, а знает ли генерал, кто стоит рядом с ним? Представил ли Саймон дядю Жака генералу? Да нет, конечно. О чем это она! Саймон не должен даже виду подать, что знаком с пиратом.

Но дядя Жак ясно понимал иронию этого положения, ибо он открыто подмигивал ей, когда она приблизилась к священнику. И все, что она могла, это осуждающе посмотреть на него. Но сегодня ничто не испортит ей праздника. Она не собиралась начинать эту и так непонятную свадьбу с выражения недовольства. Сегодня все будут вести себя культурно и вежливо друг с другом. Все, и дядя Жак в том числе.

Сама церемония прошла для нее как в тумане. Она слышала, как священник читает молитвы, повторяла, где нужно, за ним, но голова ее была занята одной-единственной мыслью: она выходит замуж за совершенно незнакомого ей человека. Она знала, что характер у него не из легких, но еще она знала, что он может быть добрым, когда захочет. Несмотря на то, что она полностью отдала себя на его милость тогда в его доме, он не воспользовался этим. Это само по себе уже хороший знак, правда?

И несмотря на постоянное недовольство, он все-таки помогал ей найти любовника Дезире. Ему можно доверять, это она знала наверняка. Он может быть и великодушным, судя по подаркам из корзины. Ну а со всем остальным она как-нибудь справится.

Поэтому, когда подошло время в церемонии произнести «да», она помедлила лишь мгновение. А быстрый и решительный ответ Саймона доставил ей удовольствие. Если она и волновалась по поводу этого замужества, то он, по крайней мере, не испытывал никаких сомнений. Слава Деве Марии.