Секреты модельной общаги - Фил Оу

— Жуткий вид. Она никогда не получить работу.

Открылась входная дверь, и вошли две девушки с сумками из аптеки. Светлана быстро затушила сигарету и невозмутимо вернулась к компьютеру. Одна из девушек, чуть постарше — вероятно, лет двадцати двух, — с блестящими темными волосами и прекрасно выглядевшая, несмотря на старые джинсы и обычную фуфайку с капюшоном, широко улыбнулась при виде меня. Она бросила сумку и протянула руку.

— Привет, я Лора, приятно познакомиться! Добро пожаловать в наш дворец.

Лора выгрузила из пластикового мешка коробку тампонов, три рулона туалетной бумаги и, быстро оглядев комнату, начала принюхиваться к сигаретному дыму. Видимо, в этой грязной гостиной она чувствовала себя как дома.

— Я Хизер, — ответила я, пожав тонкую руку. — Мне тоже приятно познакомиться.

Лора обернулась ко второй девушке. Это была хрупкая яркая блондинка. Девушка робко представилась и убежала на кухню.

Жаль, я не помню ее имени, но она выехала из общаги через два дня, ее отослали на родину после неудачной попытки прославиться в Нью-Йорке. По правде сказать, я не припомню и половины девушек, которые здесь жили. Спустя какое-то время все они стали для меня на одно лицо: приезжали, уезжали; нескольким, добившимся успеха, удалось переехать в место пошикарнее (и подешевле), но большинство девушек агентство просто отправляло домой. Модельный бизнес, как капризное существо, пожевал их и выплюнул.

Подхватив со стола рулоны, Лора понесла их в ванную.

— Светлана и Кайли, вы тоже должны хоть иногда раскошеливаться на туалетную бумагу! — прокричала оттуда Лора, запихивая рулоны под раковину. — А то я одна ее покупаю, и у нас никогда нет запаса. И послушайте, нельзя же так загаживать унитаз! Приучайтесь чистить его за собой. Я здесь не одна, кто в него постоянно блюет.

Светлана, заново проходя регистрацию в чате притворилась, что не слышит, а Кайли свернулась калачиком в кресле и принялась тихонько стонать.

— Ты уже видела, где будешь спать? — поинтересовалась Лора, появляясь из ванной.

— Пока нет, — ответила я.

— Что ж, вот здесь, на верхней койке, — сказала она, подходя к двери рядом с компьютером.

«На верхней койке?» — подумала я, пока она открывала дверь в спальню.

Лора щелкнула выключателем и поманила меня за собой. Спальня оказалась такой же убогой, как и гостиная, только раз в пятьдесят меньше. Сюда умудрились втиснуть целых три двухъярусные кровати. Между ними застрял комод на шесть ящиков, из которых торчали цветные юбки, брюки, джинсы. Пространство между койками заполняли чемоданы, ворохи одежды и всевозможная обувь, так что было не повернуться. Такая спальня скорее подходила лилипутам, и от одной только мысли, что здесь живут шесть девушек баскетбольного роста, со мной случился легкий приступ клаустрофобии.

— Дом, милый дом, — произнесла Лора. — Ничего, скоро привыкнешь. Вон твоя койка. — Она указала на незастеленный матрас на верхнем ярусе слева. — Уверена, твоя комната дома была побольше.

Она действительно была побольше, причем намного, к тому же мне не приходилось ее с кем-то делить.

— Надеюсь, у тебя не слишком много вещей, — заметила Лора.

Я со стыдом осознала, что привезла с собой почти все модные тряпки — по крайней мере, по меркам Виргинии и Майами, — которые мне удалось втиснуть в чемоданы.

— Агентство обращается с нами как с королевами, да? — рассмеялась Лора и ушла по своим делам.

Я еще раз оглядела спальню и вскарабкалась на свою койку. Она немилосердно скрипела, пока я на ней устраивалась. В ту минуту я даже не подозревала, как часто в этой комнате будут скрипеть матрасы.

Первая ночь в общаге для моделей, вероятно, заслуживает того, чтобы попасть в историю как самая спокойная за все время моего пребывания там. Конечно, Светлана и еще одна девушка, которой меня даже не представили, ввалились, спотыкаясь, в пять утра, но, по крайней мере, они не привели с собой компанию и отключились сразу, как только их головы коснулись подушек, — видимо, порядком набрались. В ту ночь все спали крепко — вернее, все, кроме меня.

Я вертелась, как на раскаленной сковородке, — сна ни в одном глазу. Но буду честной: моя бессонница объяснялась вовсе не тем, что я перемалывала какой-то сложный вопрос, и даже не беспокойством, удастся ли мне стать моделью здесь, в Нью-Йорке. Просто спать, когда ноги свешиваются с кровати, крайне неудобно. Видимо, стремясь сэкономить несколько долларов, в агентстве заказали кровати нормального размера, заставив меня извиваться ужом в попытке уместиться на матрасе.

Около шести утра сквозь жалюзи начало пробиваться солнышко, и я, совершенно измученная, отправилась в ванную. Когда я вернулась в спальню на цыпочках, чтобы никого не разбудить, то чуть не расхохоталась в голос — хорошо, мне сил не хватило. В утреннем свете я разглядела пять остальных моделей: они спали, как ангелы, и у каждой ноги свисали сквозь алюминиевые прутья кроватных спинок. Так я узнала одно из профессиональных неудобств, которое приходится терпеть честолюбивым моделям.