Любовник (сборник) - Мишель Арт

– Да что тебе нужно?!

Оливер поднял руки вверх и сел на кухонный табурет напротив Сары.

– Ничего такого, о чем бы ты могла подумать.

– Уходи, прошу тебя! – Сара не переставала нервничать.

– Не могу.

– Что? – непонимающе переспросила девушка.

– Я хочу понять, что с тобой не так, только и всего.

– Со мной? Да ты точно спятил!

– Может, ты фригидна или тебе нравятся девочки, а я зря мучаюсь вопросами…

– Я не лесбиянка, – недовольно выпалила Сара, продолжая дрожащими руками удерживать нож.

– Ну тогда я точно ничего не понимаю. – Казалось, Оливер разговаривал сам с собой. Затем он вновь обратился к Саре: – Я не хочу, чтобы ты воспринимала меня как какого-нибудь тупого насильника, это оскорбляет меня.

– А ты разве не насильник?!

– Нет, конечно! Мне это никогда не было нужно. Женщины сами всегда просили, просто умоляли, чтобы я их ублажил…

Сара брезгливо хмыкнула.

– Что-то не припомню, чтобы я тебя умоляла или просила о чем-нибудь таком!

– А меня и не надо просить, я прочел в твоих глазах, что ты меня хочешь, а все остальное была лишь прелюдия.

– Ты точно больной, раз не можешь отличить простое человеческое «нет» от «да»! – Последние слова Сара практически прокричала. Наконец, устав впустую держать нож, Сара его опустила. Оливер не сдвинулся с места. Бросив нож на столешницу, Сара вновь включила электрочайник.

– Надеюсь, это не для меня? – не на шутку забеспокоился Оливер.

На что Сара, нахмурившись, недовольно фыркнула. Когда чайник вновь закипел, девушка налила себе новую чашку чая.

– И долго ты будешь у меня гостить? Мне пора спать.

Казалось, Сара смирилась с незваным гостем в доме, но избавиться от него не оставляла попыток.

Оливер сидел на месте.

– Ай… – махнув на него рукой, девушка вышла из кухни.

– Ты знаешь, сколько женщин у меня было? – спросил Оливер, выходя вслед за Сарой. – И ни одна не осталась недовольной, как ты!

– Плевать! – сухо отрезала девушка и включила телевизор.

Оливер сел рядом.

– И знаешь, что самое невероятное? Твое поведение меня дико возмущает, злит и в тоже время дико заводит! Ты первая, кто смотрит на меня так, как будто меня нет!

– А тебя и нет, ты всего лишь дурацкая песенка, которая засядет в голове, а потом без конца крутится в сознании: «Ла-ла-ла», – вторила ему Сара, смотря вперед. – Только ты еще хуже, потому что ты не в моей голове, а в моей квартире!

Оливер слушал и не слушал девушку. Он и сам уже начинал чувствовать, что зря притащился сюда. Проведя рукой по волосам, он все же не унимался.

– Я что, по-твоему, урод?

– Еще какой!

Как бы Саре ни хотелось не обращать на него внимания, слова вылетали из ее рта словно без ее воли.

– А вот тут я тебе не верю. Никто никогда не называл меня уродом, я только и слышал, какие у меня красивые глаза, губы, нос, а тело у меня сплошные мускулы и ни грамма жира…

– Не верь им, они все лгут!

– Да? Тогда что ты скажешь на это?! – С этими словами Оливер стал перед ней раздеваться.

– Ты что сейчас собираешься делать? – забеспокоилась Сара.

Но Оливер ее уже не слушал. Скинув с себя пиджак, он расстегнул все пуговицы рубашки и сбросил ее вслед за пиджаком. Перед Сарой стоял накачанный полуобнаженный парень, который смотрел на нее сверху вниз, сложив руки на талии. Закатив глаза, Сара выключила телевизор и ушла в спальню.

Не говоря ни слова, девушка легла в свою постель прямо в халате и закрыла глаза. Вскоре она услышала хлопок входной двери. За сегодняшний день Сара так утомилась, что ей совсем не хотелось тратить время на обдумывание всего произошедшего с ней сегодня, особенно вечером.

* * *

Весь следующий день на работе Сара молилась про себя лишь об одном: чтобы этот чокнутый не появился в офисе и не принялся, чего доброго, раздеваться перед ней еще и там. «Боже, бывают же психи!» – вспоминала вчерашний вечер Сара. Но прошел день, а о Риммере не было ни слуху, ни духу. Под конец вечера Сара облегченно вздохнула. Но все еще опасалась того, что он может явиться к ней в квартиру. Дома она постоянно прислушивалась к звукам, доносившимся из-за входной двери, и вздрагивала от каждого шороха за стеной. Но Оливер не появился. Не дал он о себе знать и на следующий день. И еще через день…

Прошло две недели. Сара совсем успокоилась и вновь заставила себя забыть о Риммере.

Виктория Милтон вызвала Сару к себе, чтобы дать ей поручение:

– Сара, у меня есть кое-какая документация, которую должен подписать клиент. По факсу я их отправлять не хочу. Так что, будь добра, съезди с ним на встречу и попроси расписаться.

– Да, мисс Милтон.

Погода была ясная и солнечная. Для подобных поездок адвокатская контора предоставляла своим работникам служебную машину с шофером. Адрес, на который должна была поехать Сара, был ей не знаком. Держа в руках запечатанную папку, Сара сидела в машине и, как всегда, смотрела за стекло.

Машина с Сарой подъехала к трехэтажному роскошному особняку за высокими коваными воротами. Позвонив в дверь, Сара не без восхищения осмотрелась вокруг. Дверь открыла горничная.

– Здравствуйте, а господин Харпер на месте? – спросила Сара.

– Да, будьте любезны, пройдите за мной! – вежливо, но сухо ответила горничная.

Сара молча проследовала в дом. Внутреннее убранство поражало воображение. Все было роскошно, богато, но сдержанно. Сара шла за горничной, не уставая поражаться. Кругом были старинные гобелены, антикварная мебель и картины.

Кабинет мистера Харпера находился на первом этаже. Пройдя широкий коридор, горничная остановилась у большой дубовой двери.

– Вы можете войти внутрь.

– Добрый день, мистер Харпер… – начала было свое приветствие Сара, как вдруг ей пришлось оборвать себя на полуслове.

Посреди кабинета, обшитого деревом, стоял большой дубовый стол, за которым, склонив голову, сидел Оливер, изучая документацию.

– Какого черта… – не сдержалась Сара.

Услышав знакомый голос, Риммер поднял голову. На его лице читалось удивление.

– Сара?!

– Ага, ты еще скажи, какая неожиданность! – Девушка была возмущена до предела.

– Я не знал, что Милтон пришлет вместо себя кого-то еще.

– Да? То есть ты хочешь сказать, что это не подстава?

– Нет!

– А что это тогда еще за мистер Харпер? А? Почему тогда, черт побери, я ехала не к мистеру Риммеру?