Аромат жасмина - Энн Тамплин

Рой пропустил девушку в квартиру и закрыл дверь. Джеральдина посмотрела себе под ноги и скептически заметила:

— Надеюсь, здесь роскошных ковров не наблюдается?

— О, нет. Домохозяйка не слишком переживает за комфорт собственных жильцов. В строгости держит.

Девушка шагнула в центр комнаты и на мгновение замерла. Вот теперь все в ее руках. Больше нет ни прошлого, ни будущего, только настоящее, и она воспользуется этим, будьте уверены!

Рой мягко заметил:

— Тебе не о чем волноваться, Огонек. Здесь ты в безопасности… от жизни.

Не может быть, чтобы первый встречный оказался таким проницательным. Откуда ему знать, что она бежит именно от своей жизни?

— Красивая комната.

— Неплохая. Только солнце здесь светит от рассвета до заката.

— Мне это нравится. А тебе?

— Вообще-то не слишком. Я из тех мужчин, кто предпочитает сумерки.

— А еще — черный кофе и кожаные куртки. Ой, я забыла твою куртку в машине.

— Не страшно, попозже заберу. Кстати, она на тебе неплохо смотрелась.

Джеральдина бросила быстрый взгляд на своего спасителя. Сейчас его мужественное лицо уже не было таким жестким и пугающе суровым. Похоже, дома он расслабился и сейчас выглядел необыкновенно привлекательным мужчиной. Или ей просто хочется так думать? Приятнее сознавать, что перед тобой не дикий тигр, а домашний котик. Это как-то безопаснее.

Джеральдина медленно прошлась по комнате, рассматривая ее. Потом заглянула в небольшую кухоньку, где уже орудовал Рой.

— Помочь тебе, рыцарь?

— Не в чем помогать. Единственное, что у меня есть, это кофе. Уже варю.

— О, какой роскошный запах!

— Это потому, что я сам жарю кофейные зерна.

— Где это ты научился?

— Все ко…

— Кто?

— В смысле, мне часто приходится оставаться на работе до глубокой ночи, так что только кофе и спасает.

— А чем ты занимаешься?

— Всем понемногу. Иногда банковскими счетами, иногда автомобилями, иногда розыском людей.

— Значит, работа временная?

— В общем, можно сказать и так. Как раз сейчас у меня временная работа в этом городе.

Джеральдина мечтательно вздохнула.

— Мне всегда казалось, что это лучший вид работы. Разные города, разные люди. Никакой рутины.

— А ты, Огонек, должно быть, устала именно от рутины?

Она в последний момент вспомнила, что помнить этого никак не может.

— Наверное. Не помню. С другой стороны, почему бы мне терять память? Видимо, не хотелось больше помнить то, что надоело до чертиков.

Рой разлил кофе по большим кружкам.

— Знаешь, амнезия забавная штука, насколько я знаю. Иногда выпадает один день, иногда — вся прошлая жизнь. У кого-то это из-за травмы, у кого-то из-за шока. Кстати, возвращается память тоже по-разному. Бывает достаточно одного невинного слова или взгляда. Я хочу сказать, не стоит сильно волноваться, сестренка. Память к тебе обязательно вернется, нужно только подождать.

Джеральдина почувствовала приступ вины. Рой пытается ее утешить, а она нахально врет ему в глаза. Под ресницами неожиданно защипало, и девушка отвернулась, пытаясь скрыть нежданные слезы. Никогда в жизни она не плакала из-за мужчины, вернее, из-за такого отношения мужчины к ней.

Рой потянулся к ней и чокнулся с ней кружкой с кофе.

— Не грусти, Огонек, Выпьем за новую жизнь.

— И за сухую одежду.

— О, дьявол! Ты же промокла до нитки.

Он с неожиданным смущением отвел глаза, и Джеральдина вдруг заметила, что мокрое платье так плотно облепило ее грудь, что темные соски были хорошо видны сквозь нее. Дыхание девушки участилось, она прошептала, стараясь скрыть смущение:

— Я скоро высохну… Ты ведь тоже промок.

— Мне-то что, а вот ты можешь простудиться.

— Я не такая хрупкая, как кажется!

— Не забудь, я ведь держал тебя на руках.

— Я помню.

И будет помнить всю жизнь!

После недолгой паузы Рой пробормотал:

— В ванной есть халат. Переоденься, а я развешу твою одежду.

Она напряглась. Халат на голое тело…

— Не бойся меня, Огонек.

— Я знаю, что могу доверять тебе, Рой. Иначе я бы здесь не оказалась.

Разумеется, таким, как Рой, можно доверять. Именно это ее бесило больше всего.

Ведь данное обстоятельство означало только одно: если она чего-то хочет от этой ночи, ей придется самой взять инициативу в свои руки, а если так — какими глазами она посмотрит на него утром?

— Где ванная?

— Вот дверь. Халат висит с другой стороны.

— Спасибо.

Джеральдина отдала ему кружку и отправилась в ванную.

Здесь было тепло и уютно. Синий и кремовый кафель, ослепительно белый фаянс, приятный запах.

Девушка повертелась перед зеркалом, расстегивая молнию. Переступила сползшее с плеч платье и задумчиво оглядела свое отражение. Маленькие груди, узкие бедра, осиная талия — ничего удивительного, что Рой принял ее за подростка.

Под платьем у нее не было ничего. Акция протеста для любящего брата. Хоть это ему не удалось проконтролировать. Впрочем, на сегодняшнем обеде Джеральдина вполне могла появиться и совершенно голой — никто бы и не заметил, настолько все были заняты делами бизнеса.