Графиня по воле случая - Мишель Уиллингем

Ее лицо с выступающими скулами было таким тонким и нежным, что наводило на мысли о хрустале. Огромные дымчато-карие глаза смотрели прямо в душу.

– Ты за них в ответе, – сказала она.

Вернулся Фарнсворт с подносом.

– У меня есть несколько вопросов, и я бы хотел, чтобы ты на них ответила, – начал он. – Начнем со дня нашей свадьбы.

Она сосредоточилась на яичнице и сделала вид, что ничего не слышит. Стивен потянулся и взял ее за левую руку. На безымянном пальце красовалось фамильное кольцо, крупный рубин в золотой оправе. Он потер камень пальцем, ощущая ладонью прохладу ее тонкой руки.

– Я совершенно не помню, как надел тебе это кольцо. Может, ты его просто украла?

Она гневно взглянула на него:

– Хочешь получить обратно?

– Может быть.– Он с усилием всмотрелся в камень кольца, пытаясь вернуть воспоминания.

Эмили попыталась выдернуть руку, но он держал крепко.

– Расскажи мне о нашем венчании.

– В тот день шел снег, – прошептала она, уставясь в пространство потерянным взглядом.

– Мы с тобой любили друг друга? – тихо спросил он.

Эмили задохнулась, и он увидел в ее глазах боль.

– Ты обожал меня! Мы поженились спонтанно.

– Я имею в виду настоящую причину, Эмили.

Она снова опустила глаза в тарелку.

– Я не думаю, что знаю настоящий ответ. Я думала, что небезразлична тебе. Я ошибалась.

– Я что, скомпрометировал тебя? – спросил он, проводя большим пальцем по ребру ее ладони. Ладони у нее были грубыми, как у служанки.

Эмили выдернула руку:

– Нет! И я предпочла бы не говорить об этом.

– Почему ты за меня вышла?

Эмили отставила тарелку.

– У меня были свои причины.

На ее лице он заметил едва прикрытое замешательство. Неужели он когда-то клялся ей в любви?

Она, конечно, хорошенькая, и всегда была такой. Кроме того, она всегда была откровенной и обладала острым, как бритва, язычком. А если она, как говорит, вышла за него замуж под влиянием момента, то ее импульсивность тоже никуда не делась.

– Я должен вернуться в Лондон, – сказал он, меняя тему разговора. Там, в кабинете, у него всегда лежит подробный гроссбух. Если ответы вообще существуют, искать их надо именно там. – Как только я поправлюсь, поедем вместе.

– Нет! То есть я предпочла бы не ездить.

Прозвучавшая в ее голосе тревога вновь разбудила его подозрения.

– Почему ты так боишься Лондона?

– Твой отец не захочет нас видеть. Кроме того, я нужна детям здесь.

– Я найму няньку.

– Я уже взяла малышке кормилицу. Анна сможет позаботиться и о Виктории, и о Ройсе.

– Ройсу, кроме няньки, нужен еще гувернер. Она ничего не ответила, и Стивен попытался сменить тактику:

– Тебе не кажется, что моя семья будет удивлена, если я не привезу с собой жену?

Эмили вспыхнула. Ее сопротивление должно было означать, что на самом деле они не женаты.

– Мне все равно, что они думают! Я не поеду с тобой в Лондон! По крайней мере, сейчас! И никогда! – Она поднялась и решительными шагами вышла из комнаты, захлопнув за собой дверь.

Она боится. Кроме того, или он, Стивен, очень сильно ошибается, или жена его знает гораздо больше, чем он полагал, о том, что произошло в ночь его исчезновения. И это не предвещает ничего хорошего их совместному будущему.

Глава 3

Позже в то же утро доктор Парсонс осмотрел Стивена, проверил повязки и одобрительно кивнул.

– Ваша супруга замечательно за вами ухаживает, – заметил он. – Раны чистые, а ушибы хорошо заживают. Я думаю, что всего через несколько дней вы встанете на ноги.

– Я собираюсь поехать в Лондон, – сказал Стивен. – Через три дня, если получится.

– Милорд, если можно, я посоветовал бы подождать еще неделю.

– Я совершенно не помню, что со мной произошло, – признался Стивен.

– Да, несчастные случаи могут вызывать потерю памяти. Человеческое сознание стремится скрыть, затемнить события, которые не хочет помнить.

– Когда же вернется память? – требовательно спросил Стивен.

– Откровенно говоря, она может совсем не вернуться. В подобных случаях всегда трудно сказать. Рана у вас на голове свежая и ушибы тоже, но я сомневаюсь, что они имеют какое-то отношение к потере памяти. – Доктор на мгновение задумался и добавил: – Но я могу утверждать с уверенностью, что головные боли и боли в ушибленных местах должны пройти в ближайшие несколько дней.

Боль от ушибов, надо сказать, волновала Стивена меньше всего. Он начал подозревать, что натворил немало необдуманного. Скажем, женился на женщине, с которой не виделся десять лет.

После ухода доктора Парсонса Стивен вспомнил свой утренний разговор с Эмили. Да, конечно, он не стал возражать против того, что она взяла на себя заботу о детях. Но она сказала, что теперь он за них в ответе! Это уже прозвучало странно и тревожно.

Стивен решил поговорить с мальчиком. Если он не в состоянии получить ответы у собственной жены, он получит их в другом месте. Он вызвал Фарнсворта и приказал привести мальчика. Минуты шли одна за другой, но никто не появлялся.

Внутреннее беспокойство заставило его подняться и начать расхаживать по ковру из угла в угол. Необходимо научить мальчишку дисциплине и быстрому исполнению приказов. Наконец он открыл дверь и вышел в коридор.

– Ну, ну, иди сюда! – Фарнсворт, наклонившись вперед, манил мальчишку сахарным печеньем. Тот с угрюмым выражением лица бросал на дворецкого дерзкие взгляды, но продвигался вперед, шажок за шажком. – Все хорошо, все в порядке. Иди сюда, ну пожалуйста, – приговаривал дворецкий.

– Фарнсворт, мальчик же не собака! Не обращайтесь с ним как со щенком!

– Милорд, он не слушает. – Дворецкий выпрямился, а мальчишка, как и следовало ожидать, исчез за ближайшей дверью.

– Я разберусь. – Стивен подошел к спальне и взялся за ручку, но дверь оказалась заперта.

– Ключ, пожалуйста, Фарнсворт.

– Милорд, простите, придется пойти за ним. – Дворецкий с явным облегчением потрусил по коридору.

Несколько секунд Стивен стоял у двери и прислушивался. Ясно, что разговаривать с этим мальчиком как с маленьким ребенком бесполезно. Не поможет. Вместо этого он постучал.

– Уходите!

Этого следовало ожидать. Достойный противник не сдается без боя. Но у него есть нужные рычаги воздействия.

– Ты ведь хочешь уехать из моего дома, так? Пауза. Такого вопроса мальчик явно не ожидал.