Огонь в его объятиях - Руби Диксон

и засовываю их между матрасами на своей кровати, потому что не сомневаюсь, что Бойд заберет их у меня, если найдет. Я удостоверяюсь, что у меня всегда при себе оружие, я с ног до головы закутана в одежду, потому что я не хочу, чтобы кто-нибудь сказал, что я «привлекла» внимание какого-нибудь придурка-насильника-кочевника, и я жду. Я наблюдаю и жду, что является одной из самых важных вещей, которые вы можете сделать, когда окружены врагом.

Я не дура — даже когда здесь мой брат, эти люди мне не друзья. Бойд продал бы меня в мгновение ока, если бы думал, что это поможет ему продвинуться вперед. В конце концов, так было в прошлом. Для него я ценна только до тех пор, пока я полезна. Пока я знаю это, я могу относиться к вещам разумно и безопасно. Я каждую ночь запираю свои двери, хорошенько их забаррикадирую и сплю с ножом в руке. Я никуда не хожу одна и взяла за правило ни с кем не разговаривать без крайней необходимости. Я смогу это пережить.

Я просто не осознавала, в каком дерьме нахожусь, пока не встретила Азара.

Я делаю все возможное, чтобы как можно дольше оставаться вне поля его зрения. По большинству стандартов я не горячая и не сексуальная, но я молода, у меня есть сиськи и все мои зубы, и этого достаточно для большинства парней. Я знаю, что если Азар потребует, чтобы я появилась в его постели, мне придется уйти или получить пулю в лоб, поэтому я стараюсь не привлекать к себе внимания. Я готовлю ему еду каждый раз и всегда отправляю ее с кем-нибудь из других пожилых женщин, которым больше всего на свете хотелось бы внимания босса. Я не общаюсь по ночам и держусь в своей комнате. Мне удается оставаться незамеченной целую неделю, прежде чем опускается молот.

Однажды вечером Бойд подходит ко мне после ужина. Мне нравится думать, что это одно из моих лучших блюд. С сосисками и консервированной кукурузой можно сделать не так уж много. Сегодня вечером у нас была свежая оленина, я отлично ее поджарила и нарезала тонкими ломтиками, а затем щедро приправила специями. Удалось потушить ее до того, как Азар слишком много раз позвонил в этот дурацкий, раздражающий маленький колокольчик.

— У тебя все хорошо получается, сестренка, — радостно говорит мне Бойд, как будто он заинтересован в моем успехе. — Азар хочет поздороваться с тобой.

Я замолкаю, во мне вспыхивает тревога.

— В этом нет необходимости…

— Я знаю, что это так, но давай. — Он обнимает меня за плечи и ведет из кухни в столовую, в которую я взяла за правило никогда не заходить.

Я не очень удивлена, увидев, что в комнате убрана большая часть мебели. Все это расставлено по углам, а столы сдвинуты в сторону, за исключением одного большого в центре комнаты. Стулья аккуратно расставлены со всех сторон, а столешница покрыта белой льняной скатертью. Это выглядит необычно, вплоть до вазы с искусственными цветами в качестве центрального элемента. Мужчина сидит там один, спиной к нам. Даже внутри помещения на нем шляпа и несколько предметов одежды, включая что-то похожее на плащ-пыльник.

— Это моя сестра, — говорит Бойд, подталкивая меня вперед. — Она в восторге от того, что находится с нами.

Я ковыляю к столу и делаю еще несколько смелых шагов вперед, решив выглядеть как можно более невозмутимой, несмотря на страх, застрявший у меня в горле. Я не знаю этого парня. Возможно, он такой же, как любой другой бандит, который просто хочет насиловать, воровать и убивать. Если это так, я знаю, чего ожидать.

Но потом он поворачивается и смотрит на меня, и я замираю на месте.

Этот парень не альбинос.

Он дракон.

Я знаю, как выглядит дракон, когда он принимает человеческий облик. Я уже видела это раньше. Когда они становятся людьми, у них на коже появляется странный чешуйчатый рисунок и странно густые волосы того же цвета, что и цвет чешуи. Это прекрасно и все такое, и я думаю, что он мог бы сойти за человека, если вы раньше не встречали другого дракона, но его выдают глаза. Глаза Азара такие же бледные, как и все остальное тело, и только черные зрачки придают ему хоть какую-то пигментацию. Из-за этого кажется, что у него маленькие зрачки-бусинки, и это придает ему жутковатый вид.

Его ноздри слегка раздуваются, когда Бойд подталкивает меня вперед, положив руку мне на спину.

— Эмма просто застенчивая, — объясняет Бойд. — Скажи, бл*ть, привет, Эмма.

— Привет, — выдавливаю я, стараясь не пялиться. Эта штука с раздувающимися ноздрями? Я знаю, что видела это раньше. Парень Саши делал это каждый раз, когда я подходила близко. Драконы чувствительны к запахам, и я облилась розовыми духами, чтобы замаскировать свой.

Азар наклоняет голову, изучая меня. Он многозначительно смотрит на Бойда.

— Я просто выйду, — говорит мой брат, и затем я остаюсь наедине с Азаром. Дерьмо.

Дракон указывает на один из стульев за столом, приглашая меня сесть рядом с ним. Дерьмо. Думаю, я не могу ему отказать. Я отодвигаю стул и сажусь на краешек, стараясь выглядеть уверенной и скучающей. Вероятно, это с треском проваливается.

— Я заставляю тебя нервничать? — спрашивает он, и в его голосе слышится легкий акцент. Я также удивлена тем, насколько плавно он говорит по-английски. Сашин дракон вообще почти не разговаривал, а когда говорил, его речь была прерывистой и гортанной. Может быть, я ошибаюсь. Может быть, он и не дракон. Может быть, я просто сумасшедшая.

Я заставляю себя пожать плечами.

— Я одинокая женщина. Я всегда нервничаю.

— Твой брат здесь.

Я снова пожимаю плечами.

Он усмехается, и звук получается таким ровным и вежливым, что я снова сомневаюсь в себе. Судя по внешности, он мог бы быть драконом. С точки зрения личности… Я не знаю.

— Ты достаточно умна, чтобы не доверять. Однако не волнуйся. Я сказал своим людям, что они не могут прикоснуться к тебе без моего разрешения.

— А как насчет моего разрешения? — спрашиваю я, раздражение прорывается сквозь мой страх.

— Ах, но их