Ангел-мечтатель - Ирина Буря

— А, пустыня, — небрежно махнул рукой Первый

— А почему желтая? — неуверенно спросил Второй.

— Так там только один песок, — пояснил Первый.

— Зачем столько песка? — недоверчиво нахмурился Второй, обводя глазами обширную часть карты. — И где вода? Как они здесь жить будут?

— Так я же говорю! — снова воодушевился Первый. — Вот здесь пустыня, а здесь — вверху и внизу — всё покрыто замёрзшей водой. И кстати, после поворота оси, там тьма и свет держатся дольше, чем в центре. Но обитателей будет становиться больше, и им придётся заселять все, даже самые неудобные места. А значит, им придётся строить себе жилища, находить источники питания, защищаться чем-то от холода и жары. Им придётся работать и создавать — и так они будут развиваться.

— Работа по принуждению неэффективна, — чопорно заметил Второй. — Работа должна быть внутренней потребностью.

— Тогда зачем создавать эти миры? — начал горячиться Первый, почувствовав, что разговор ожидаемо скатывается к их с Творцом вечным спорам. — Зачем создавать наши копии — кучу одинаковых миров, в которых всё изначально совершенно и никогда ничего не меняется? Где развитие? Где прогресс? Где творчество и самовыражение?

— С моей точки зрения, — чуть поджал губы Второй, — избыток творчества приводит лишь к ненужным возмущениям в устоявшемся и проверенном временем порядке. Возмущениям, ведущим к бесполезной трате времени и энергии. — Он значительно глянул на Первого.

На того вдруг накатило любопытство.

— Ты никогда не просил создать для тебя твой собственный мир, — прищурился он.

— Благодарю, не нужно, — надменно выпрямился Второй. — Мне вполне хватает работы по организации деятельности Творца. А также его творений, — добавил он с важным видом, который тут же сменился недовольной гримасой, — число которых вынуждено растёт из-за твоих фантазий.

Последнее слово прозвучало в его устах отнюдь не комплиментом. К любопытству Первого добавилось ощущение профессионального вызова.

Глава 1.2

В окружении Творца было принято обращение на «Вы». К нему, разумеется, так обращались все без исключения, но и он придерживался официального стиля в общении с подчиненными, строго сохраняя дистанцию. А вот Первый предпочитал «тыкать». Возможно, из духа противоречия — баланс, так баланс — но со своими сотрудниками ему удалось создать таким образом атмосферу открытости и взаимопонимания, в которой все они схватывали его идеи с полуслова.

Так же он обращался и к будущим владельцам миров при обсуждении проекта. Для начала это выбивало их из колеи, укрепляя его репутацию выдающейся экстравагантности. Затем это сразу ставило его собеседника в ведомое положение в разговоре — ни один из них не решился «тыкнуть» ему в ответ. И наконец, сочетание беспрекословного авторитета и дружеского расположения позволяло ему в одном разговоре выудить у собеседника все его пожелания в отношении будущего проекта.

Единственным существом, позволяющим себе обращаться к нему на равных, был Второй. Возможно, он просто подстраивался под его собственный стиль — так же, как всегда вёл себя соответственно настроению Творца. Но у Первого не раз мелькала мысль, что тот таким образом подчёркивает исключительность их обоих. Особую и равную. У всех последующих созданий Творца названий как-то не появилось — и у Второго, судя по всему, не возникало потребности доказывать им свою приближенность к создателю. А вот Первому, похоже, он считал необходимым постоянно напоминать о своей ничуть не меньшей, с его точки зрения, избранности любимого чада.

Ну-ну, подумал Первый, из колеи исключительное чадо уже выбито — сейчас посмотрим, каким исключительным проектом он захочет мой перебить.

— Да ладно, — широко улыбнулся он, осознав, что ему даже не придётся имитировать неподдельный интерес, — давай чисто гипотетически. Вот что бы ты здесь, — повёл он растопыренной ладонью над картой, — расположил? Чтобы создать идеальный мир? Которым бы только ты руководил — только ты и никто больше, — добавил он с нажимом.

Второй подозрительно покосился на него, но искушение превзойти признанный авторитет в его же собственной сфере оказалось сильнее тщательно культивируемой невозмутимости.

— Ну что же, — произнёс он с выражением лёгкой скуки на лице, — я думаю, это совсем не сложно. Для начала везде должна быть суша. Разделённая на равные участки — достаточного размера, чтобы разместить на каждом жилище, водоём и некую растительность для организации питания. Участки заселены единицами обитателей, состоящих из двух особей, производящих потомство, и собственно потомства. Единицы объединяются в группы, обеспечивающие ту или иную сторону жизнедеятельности всех обитателей.

— А что делать, когда они размножатся? — невинно поинтересовался Первый.

— Функция размножения должна находиться в полном соответствии с естественной убылью обитателей, — уверенно ответил Второй.

— А всякие катастрофы? — настаивал Первый.

— Никаких катастроф и непредвиденных обстоятельств, — категорически качнул головой Второй. — Их жертвы очень трудно просчитывать, вследствие чего может возникнуть недостаток или избыток численности обитателей.

— А их распорядок дня? — поинтересовался Первый.

— Что же тут сложного? — удивился Второй. — Ты, кстати, записывал бы — я уверен, что такой проект многих заинтересует. День обитателей делится на примерно равные части для работы и восстановления сил. Причём в каждой профессиональной группе эти части чередуются, чтобы не было простоя в их работе.

— А если они захотят сменить вид деятельности? — прищурился Первый.

— Зачем? — ещё больше удивился Второй. — Работа должна быть для них естественной потребностью, а необходимые профессиональные навыки они должны приобретать одновременно с появлением на свет.

— Хорошо, — кивнул Первый одобрительно, — а в чём тогда заключается функция руководства таким миром?

Второй моргнул. Затем по лицу его скользнуло мимолётное мечтательное выражение — настолько мимолётное, что Первый решил, что ему показалось. В конце концов, Второй и мечтательность — это нечто несовместимое.

— Часть профессиональных групп, — сухо бросил Второй, уже вернувшийся к своей обычной сдержанности, — вполне могла бы заниматься созданием ресурсов, необходимых нам здесь.

Так и есть! Первый был абсолютно уверен, что не для него эта модель идеального мира описывается, а для Творца. В надежде, что она дойдёт до него каким-то образом и будет признана предпочтительной. А может, это у них взаимная разминка получилась, и Второй на нём тоже тренируется, чтобы самолично донести до Творца высокоэффективное предложение — особенно после неминуемого завтрашнего разноса, обеспеченного неисправимому источнику возмущений в стабильности и порядке.

— Впечатлил, — закивал Первый с серьёзным видом. — Я тебе не просто проект создам — я тебе макет построю. Прямо на этом уровне, у входа в вашу башню — чтобы недалеко ходить, если захочется показать его кому-то. Точно многие заинтересуются.

— Какой макет? — нахмурился Второй.

— Муравейник, — уже открыто рассмеялся Первый. — Как ты и говорил: у каждого своя ниша и каждый трудится на благо всех. Причём с утра и до вечера и без