Третья капля магии - Лариса Лешкевич

Волк рвался, извивался, хрипел, пытаясь достать Сайма острыми когтями, но тот лишь крепче стискивал могучей рукой его косматую шею и все глубже проталкивал ему в горло кинжал, пока желтая пена густо не окрасилась кровью.

Зверь судорожно дернулся, закатил свои безумные красные глаза и начал заваливаться набок.

Сайм выдернул руку с кинжалом из его пасти и наклонился над девушкой.

Он хотел проверить не ранена ли она, но не осмелился прикоснуться к ее белому телу.

Девушка медленно распахнула глаза — огромные, лучистые и слабо шевельнула рукой, и попыталась сложит в улыбку нежные розовые губы, от чего на правой, лунной щеке образовалась прелестная ямочка.

Песок под ногами Сайма задрожал, и лишь тогда вернулся он в реальность и понял, что находится на вражеской земле Лянсиды, и что время на исходе. Выбора не оставалось.

Сайм схватил девушку на руки. Мысли его метались как птица, пойманная в силок. Сперва нужно попасть на свою сторону, на твердую почву Каменистой равнины.

Девушка едва слышно вздохнула и доверительного обхватила руками шею молодого вождя.

Сайм, бережно держа свою драгоценную ношу, бросился к Сумеречным зарослям.

Но в следующий миг песчаные хляби разверзлись, и поглатили Сайма по колено. Нет, только не теперь…Кинжал! Магия поможет проложить твердый путь… Магия поможет прорваться сквозь зыбучий песок, поможет спасти и себя и незнакомую девушку, без которой Сайм уже не мыслил своей жизни.

Кинжал, испачканный кровью убитого зверя все еще находился в его руке.

Сайм шепнул заветное слово, освобождая заключенную в лезвии магию, но тут какая-то неудержимая и неведомая сила выбила кинжал из его рук, а затем с тихим смехом растаяла и девушка. Сайм сжимал в объятиях облако сизого тумана. Растаял и труп волка, и кровь на поле недавней битвы исчезла, ушла под землю.

А песок дрожал и зыбился, все глубже затягивая молодого вождя в свои смертоносные глубины.

Сайм закрыл глаза, расслабил все мускулы. Он не рвался из западни, зная — каждое движение будет погружать его еще глубже. Оставалась последняя надежда выбраться — собственная магия.

Он уже понял, что его одурачили, заманили в магическую, иллюзорную ловушку, как малолетнего несмышленыша…

Почему не послушался он слов матушки? Ведь предостерегала она его не поддаваться сладким искушениям! Почему заупрямился он и не набрал золы из очага?

— А, нарушитель границы и клятвы! — прозвучал над его головой насмешливый зычный голос, — Вот так и ловят муху в паутину. Дева в беде — отличная приманка для таких молодых глупцов!

Сайм открыл глаза. Он догадался кто это, — не знал его в лицо, но слышал много рассказов о нем от отца.

Изенар — вождь западного владения Лянсида стоял сейчас перед ним. Изенар — великий воин и искусный маг, поклявшийся когда-то отомстить роду Сайма за то, что его отец, будучи молодым вождем, только принявшим пост, перебрался через Сумеречные заросли и похитил с другой стороны три капли магии.

Отец тоже, не уставая, твердил ему о том, что в Сухом Русле нельзя поддаваться никаким чувствам, — голова должна быть ясной, а сердце — холодным.

Сайм корил себя за горячность, недальновидность, но ничего уже не мог изменить…

Гордость не позволяла ему молить врага о пощаде, он бы предпочел умереть, захлебнуться песком, но он не был безраздельным хозяином своей жизни, потому что от него зависела судьба народа, которым он правил. Сайм обрекал на смерть не только себя, но и родных и друзей, и всех, доверивших ему свои судьбы…

— Я думал, девушке грозит страшная беда, — сказал Сайм, чувствуя как песок начинает сдавливать ему грудь, — Что бы ты сделал на моем месте?

— Всех девиц не спасешь! — засмеялся Изенар и подергал себя за черно-пепельную жесткую бороду.

Сайм призвал всю доступную силу, воззвал к богу Огня, пытаясь пошевелить рукой или ногой, но тщетно.

Несовершеннолетний, не достигший зрелости не мог он использовать свои чары в полную силу. И об этом тоже предостерегала его матушка, когда просила не отправляться в опасный путь, отказаться от безумной затеи.

— Освободи меня из беды, отмени заклятья! — взмолился тогда Сайм, — тебя моя гибель не принесет ничего.

— Смерть врага всегда тешит самолюбие… Почему Эмран послал тебя на поиски магии? Неужели предпочел отсиживаться в своих каменных хоромах, подставляя под удар малолетнего сына? Но я поклялся отомстить, и мне неважно кому мстить… — равнодушно проговорил Изенар.

“Вождь Лянсиды не знает, что отец исчез! И, следовательно, к его исчезновению он не причастен! — молнией пронеслось в голове Сайма, — если только намеренно не играет со мной…"

— Отец… болен… — соврал он, — и теперь, кроме меня некому позаботиться о людях… Я готов заплатить выкуп… — добавил, ощущая, как тиски песка сжимают его грудь все сильнее.

— И чем собираешься выкупать свою свободу? — заинтересованно спросил Изенар.

— Можешь взять два тугих волшебных лука, что без промаха бьют в цель, — поспешно ответил Сайм, — или двух гнедых из моих конюшен, что быстрее мысли мчатся и копытами золотые искры высекают…

Чем глубже погружался Сайм в песок, тем в большее отчаяние приводила его дума о близкой смерти.

— Да на что мне твои луки, если у меня своих полно, по стенам висят! И лошади мне твои не нужны, свои златогривые в стойлах копытом бьют, только и ждут, чтобы пуститься вскачь наперегонки с ветром, — ответил Изенар, презрительно усмехаясь в бороду.

Его обветренное, обожженное солнцем лицо, изрезанное глубокими морщинами было сурово и некрасиво. У него не хватало пары верхних боковых зубов, и дыра эта становилась еще заметнее, когда он улыбался, широко раздвигая свои бледные тонкие губы.

Изенар с легкостью потратил магию, чтобы заманить врага в ловушку и вдоволь позабавиться. Нынче ему повезло, и он отыскал пять золотых капель — невиданный улов! Так почему бы, если представилась такая редкая возможность не отомстить вождю Этэляны, лишив его самого дорогого — сына и наследника?

Вести о том, что вождь этот бесследно пропал еще не дошли до ворот Лянсиды.

Но теперь Изенар передумал и с интересом выслушивал предложения, которые делал ему Сайм.

Какой выкуп готов заплатить безмозглый мальчишка за свою жизнь? И, желая подстегнуть фантазию Сайма, Изенар заклинанием погрузил его еще крепче в песок.

— Стой! — взмолился тот, — Отдам тебе весь урожай, что созреет к осенним дождя. Высоко стоят у нас у нас в лугах травы, густо цветут фруктовые деревья и зверье в лесах расплодилось. Отдам тебе шкуры драгоценные, легкое оперение на стрелы…

— Нет, — Изенир покачал седой головой, — своего