Девочка из Зазеркалья - Мари Князева

- Костя! - надрывно окликнул его когда-то такой любимый нежный голос.

Пришлось остановиться. И впрямь глупо бежать. Они же взрослые люди. Ангелина подошла к нему близко, пришлось поднять на нее глаза. Она была все так же хороша - едва ли не лучше, чем он помнил ее, хотя и в этих воспоминаниях красота ее была ослепительна до фантастичности.

- Привет, - срывающимся голосом произнесла девушка.

- Привет, - эхом ответил он, так хрипло, что пришлось прокашляться, но это не помогло. - Как дела?

Глупый вопрос! У нее все отлично, разве не ясно? Старшина Орлов - отличный парень. То есть мужчина. Муж. В общем, отличный.

- Костя, мне так жаль... Я... мне очень жаль, что...

Тут подошел ее супруг, видимо, сочтя, что дал им достаточно времени наедине.

- Вы знакомы? - спросил он удивленно.

- Да, - ответила Ангелина, покрываясь красными пятнами. - Сержант Васильев был нашим куратором в том лагере, где мы с тобой познакомились.

- Странно, что я его тогда не видел.

- Я уехал... - ответил Костя все тем же хриплым от волнения голосом, - по личным обстоятельствам.

- Ты учишься? - быстро спросила Ангелина.

- Да. В одной группе с твоим мужем.

Она потупилась, а потом вдруг ляпнула:

- Черт!

- Что такое? - удивился Орлов, сразу заподозрив неладное.

- Я тебе потом расскажу, - ответила Ангелина.

Это поразило Костю: он никогда бы не подумал, что она станет рассказывать мужу такие вещи, но, видимо, у них очень открытые отношения. Это хорошо... наверно. Костя не выдержал неловкого молчания, все так же хрипло попрощался, забежал в общагу за сумкой и тут же рванул к родителям.

Глава 4.

Никита всю дорогу от училища до съемной квартиры думал не мог перестать думать о том, какие отношения связывают его жену и сержанта Васильева. Или связывали в прошлом. Никита раньше не был ревнивцем, до Ангелины, но теперь это чувство разъедало его настолько, что он не смог две сессии подряд оставлять ее одну - потому и привез сюда с собой. Нет, он ей, конечно, доверяет, но она такая хорошенькая и наивная, как ребенок...

Дома Лина, заметно нервничая, сначала приготовила зеленый чай, а потом усадила мужа на диван и опустилась на пол у его ног.

- Я вижу, что ты нервничаешь, - сказала она осторожно.

- Да нет, малыш, все нормально... Просто я понимаю, что ты неспроста сказала "черт", вот и... но я вовсе не нервничаю.

- Это хорошо, потому что нервничать не из-за чего.

- Вы с ним были... вместе? - не выдержав хождения вокруг да около, прямо спросил Никита.

- Ну... наверно, можно так сказать... с какой-то точки зрения.

- А как еще это можно назвать?

Лина задумалась.

- Еще это можно назвать так, что Костя увлекся мной, а потом... и мне показалось, что я им увлеклась. Но все это было несерьезно.

- Несерьезно? Он ведь был твоим куратором? Между вами вообще ничего не могло быть! А в таких случаях если что и бывает, то только серьезно.

- Нет, - Лина успокаивающе погладила Никиту по колену. - Поверь, тебе совершенно не о чем беспокоиться.

- Он поэтому уехал? Вас застали?

- Да. Нас застали, когда он объяснялся со мной, и его сразу наказали, отправив в дальнюю часть.

- А ты? Что ты чувствовала?

Она пожала плечами:

- Жалость...

- И все?

- Никита, я не стремилась к этому, ни с кем не флиртовала, просто так уж вышло: я помогла ему немного по медицинской части, из-за этого мы сблизились, подружились, потом он немного увлекся...

- Что-то мне это напоминает... - угрюмо произнес Никита.

Лина смущенно улыбнулась:

- Ну что поделать, если медицинская помощь всем нужна?

- Но ты... не была влюблена в него?

Она покачала головой:

- Я до тебя вообще никогда толком не влюблялась. Костя очень смутил меня своими ухаживаниями, у меня не было совсем никакого опыта в отношениях с мужчинами, я просто... запуталась. А потом он уехал, и все встало на свои места. Особенно когда я познакомилась с тобой. Наконец-то я поняла, что это такое - любовь к мужчине...

- Вот это история... - пробормотал Никита, ероша короткие темные волосы.

Лина настороженно наблюдала за его реакцией.

- Я подумала, тебе лучше знать, - пробормотала она. - Раз уж вы учитесь в одной группе...

- Да, конечно... Спасибо, что рассказала...

Никита и правда был доволен ее откровенностью, но пока еще не успел переварить услышанное, и ему было не по себе. Лина подошла к нему и села рядом на диван. Положила маленькую ладошку ему на колено, спросила, испуганно заглядывая в глаза:

- Ты не сердишься на меня?

- За что? - фыркнул он.

- За то, что у меня был роман с другим мужчиной...

- До меня.

- Ну и что? Всё-таки неприятно.

- Было бы намного неприятнее, если бы я узнал о нем не от тебя.

- Это верно, - вздохнула Лина.

Никита непроизвольно рассмеялся:

- Какая же ты смешная!

- Какая?

- Очень. Как маленькая девочка.

- А ты любишь маленьких девочек?

- Нет. Только тебя. В виде исключения. Зато тебя я обожаю, сразу за всех маленьких девочек, недолюбленных мной в этом мире.

Лина засмеялась, залезла к нему на колени и принялась дальше лохматить взъерошенную прическу. А Никита сразу забыл про маленькую девочку и вспомнил свою жену, взрослую 22-летнюю прекрасную женщину. Соблазнительную до умопомрачения. У нее не было близости с Костей - он знал это точно, потому что два года назад стал ее первым и единственным мужчиной. У нее с Васильевым был платонический роман, а такое Никита вполне способен пережить без потерь.

Мысль о том, что его жена никогда никому не принадлежала, кроме него, страшно возбуждала. Руки Никиты скользнули под Линину тонкую маечку, прошлись по мягкой, горячей, бархатистой коже. Он с наслаждением вдохнул ее сладкий запах, губами коснулся шеи, ключицы, плечика. Лина тихонько застонала и тоже стала целовать его во все места, что попадались под руку: щеки, лоб, нос, губы, веки, подбородок... А потом ее нежные ручки потянули вверх