Жара - Кейт Петти

— Мы готовимся к завтрашнему празднику, я буду печь торт. Ты какой хочешь, Джо? — спросила я у тени, маячившей где-то за кухонной дверью.

— Эй ты, Джо, немедленно зайди сюда, не видишь, с тобой леди разговаривает! — скомандовал Джош.

Джо неохотно вошел.

— Никакая она не леди, — пробурчал Олли.

— Ты не обязана печь никакой торт, Шарлотта. — Джо глядел в пол, переминаясь с ноги на ногу, как маленький мальчик. — У меня обычно и не бывает тортов.

— Да уж. Давайте займемся чем-нибудь поинтереснее, — проворковал Джош.

Господи, как это все ужасно!

— Я же сказала, что буду печь торт, понятно? Джо! — Я заставила его посмотреть мне в глаза. — Ты какой хочешь?

Джо бросил на меня напряженный взгляд, потом снова уставился в пол.

— Спасибо. Шоколадный.

Джош запыхтел.

— Значит, шоколадный торт для малюток, Шарл? Присыпку не забудь! А хочешь, чтобы он был какой-нибудь особенной формы, братишка? — Джош повернулся ко мне: — Так когда ты сможешь уделить старому развратнику немного своего драгоценного времени?

Олли развернулся и вихрем вылетел из кухни вместе с Джо. Вив, которая все это время загружала тарелки и кружки в посудомоечную машину, обернулась и вопросительно на меня посмотрела. Мне стало дурно. Джош все, все портил!

— Я собираюсь за едой в супермаркет, — сухо сказала она, — мне самой купить все, что нужно для торта, или ты тоже поедешь?

— Разбирайтесь сами, Вив, — ответил Джош. Я не успела и рта раскрыть.

— А еще нам надо кое-что организовать, — продолжала Вив.

— Я вообще не понимаю, к чему вся эта суета вокруг дня рождения, — пробурчал Джош.

Он уже смертельно надоел Вив, но она говорила со мной. В ее голосе ясно слышалось раздражение:

— Делай утром что хочешь, Шарл, но днем ты мне понадобишься, когда я повезу Олли на консультацию в больницу. И еще нужно оставить пару часов на приготовления к завтрашнему празднику. Решай сама, конечно. Я еду через полчаса, до этого, сделай одолжение, сообщи мне о своих планах.

Вот бы Джош ушел и дал мне время разобраться в себе! И зачем он приперся так рано? Уже испортил вчерашний день и, похоже, портит сегодняшний. Нет, я, наверное, виновата в том, что не хочу быть с ним.

— Джош, — сказала я со всем возможным тактом, — дай мне несколько минут подумать, ладно?

— Другими словами, пошел вон, Джош. Ладно, но через полчаса я вернусь.

Вив проводила его взглядом, не говоря ни слова. Да что происходит? Мне даже перед тетей Вив было неловко. Но потом она заговорила.

— Я не буду вмешиваться, Шарлотта. Но не позволяй ребятам, даже самым младшим, давить на тебя. Слышишь? Успокойся, пережди, вот тебе мой совет. Ну, пока!

И я осталась на кухне совсем одна.

Чайник был горячий, и я сделала себе кофе. На столе лежали карандаш и блокнот, куда Вив записывала, что купить. Я перевернула страницу. Разделила ее на шесть частей, — столько дней мне здесь осталось. Сегодня вторник. Завтра среда, Битва на воде. Четверг пустой. Вечером в пятницу приезжает Мишель! Вот интересно, что будет, когда она обнаружит, что мы с Джошем теперь вместе! Я заставила себя сосредоточиться на завтрашнем дне. Может, Вив купит все, что нужно для торта, а я побуду немножко с Джошем? Почему бы и нет? Я ведь этого и хотела, правда? Нет, правда? Интересно, а что у Джоша-то на уме?

Я сбегала к себе, а потом спустилась, чтобы поговорить с Вив.

— Ну, какие планы? — спросила она.

— Вы можете купить какао, кулинарный шоколад, глазурь и помадку? Я хочу сделать торт в виде плота Олли и Джо. Как вы думаете, что лучше — шоколадные хлопья? Нет, лучше «Твикселз». Купите фунта на три, ладно? И немного глазури, которой можно выводить буквы. И еще свечи.

Пусть торт Джо будет сделан на славу.

— Отлично, а подарок?

— А я еще не придумала. Джо такой славный, хочется подарить ему хороший, правильный подарок, правда?

Вив засмеялась.

— Я бы так не мучилась. По-моему, этот потрясающий торт уже сам по себе отличный подарок.

На кухню приковылял Олли.

— О, Олли, а как ты считаешь, что Шарлотте подарить Джо?

Вместо ответа Олли отвратительно засмеялся. Вив выразительно подняла брови.

— Ну, пока, Шарл.

Джош зашел за мной, и мы отправились гулять. Он не держал меня за руку и не обнимал, мы шагали по отдельности, он впереди, решительно, я — хвостиком следом. Может, я его раздражаю? И почему я никогда не могу понять, о чем он думает?

— Все нормально? — не выдержала я.

— Да. А почему нет?

— Ты просто кажешься немного…

— Что немного?

— Немного… Ну, спешишь.

Я сообразила, куда меня тащит Джош. Он шел к старому сараю, где когда-то хранили сено. Мы там часто играли, когда были маленькими. По-моему, Джош снова собрался подурачиться по полной программе.

Он взял меня за руку и ввел через расшатанную дверь сарая. Внутри было темно. Джош закрыл дверь, прислонился к ней и притянул меня к себе. Я положила голову ему на грудь. Было так удобно и хорошо, но Джош взял мое лицо в ладони и стал целовать. Он держал меня крепко, слишком крепко и лихорадочно гладил по спине. Потом потащил меня к снопам, и мы двинулись, как странное четвероногое животное. Я шла задом наперед и спотыкалась на каждом шагу. И это было бы смешно, если бы Джош так не торопился. Мы буквально упали на сено. Мне хотелось просто поговорить с ним, но он, тяжело дыша, возился с пуговицами на моей рубашке.

— Джош, пожалуйста, дай мне сказать…

— Ну вот, начинается. Говори, говори. Шарлотта, ты же должна сейчас ловить кайф по полной. Ты здесь, на замечательном сеновале, со мной, парнем твоей мечты, помнишь?

— Помню. Извини, Джош. Я просто… просто… Это неправильно. Я была влюблена в тебя всю жизнь, но я не… я не уверена, что по-настоящему люблю тебя.

— Ушам своим не верю! При чем здесь любовь-то? Что такое любовь, если уж мы об этом заговорили? Ты мне нравишься, Шарлотта. Ты выросла, и теперь ты мне нравишься. Для тебя это ничего не значит?

Я посмотрела на него. После стольких лет страстной любви к Джошу и надежды на то, что он хоть иногда меня замечает, я наконец-то стала ему нравиться, но это уже ничего для меня не значит! Я была наедине с Джошем на сеновале — и мечтала оказаться в миллионе миль отсюда. Я хотела, чтобы он полюбил меня, но не знала, как ему это сказать. И позволила Джошу уговорить меня лечь и проделать со мной всякие гнусные вещи. И я возненавидела себя.

Джош посмотрел на часы.

— Эй! Пора домой! — радостно сказал он. Я встала. Я была вся в сене. — Отряхнись, красавица! Мы же не хотим, чтобы все знали, где мы были.