Жара - Кейт Петти

— Ух ты! — с порога ахнул Олли. — Съедобно. Смотри, Том, кузина Шарлотта умеет печь торты.

— Нормальный торт, — осторожно сказал Том.

— Нужно еще написать тут что-нибудь и останется только поставить свечки. Том, давай выработаем тактику после ужина, — предложила я.

Он посмотрел на меня.

— Может, — вот и все.

Но почему-то я была уверена, что он придет.

В порыве кулинарного вдохновения я вызвалась приготовить ужин. Я сотворила всеми любимую лазанью. Смешно, но вкусная еда может поднять настроение (особенно мальчикам). Я теперь лучше могла себя контролировать. Джо придал мне храбрости поступать так, как я считала правильным. И пока лазанья сидела в духовке, я пошла и постучалась в соседнюю дверь. Луиза впустила меня.

— Я к Джошу, — я храбрилась изо всех сил и надеялась, что ни Кейт, ни Джо не выйдут. Луиза позвала Джоша.

— Привет, — сказала я, когда он спустился, и, пока он не успел ответить, добавила: — Давай съездим в паб вечером?

— Отлично, — Джош не хотел разговаривать перед носом у Луизы. — Жду тебя на дорожке в девять пятнадцать.

— Ладно, увидимся, — и я быстренько смылась.

— А она не маловата для пабов-то? — громко спросила Луиза.

— Нет, в самый раз.

Ужин с Вив и мальчиками прошел так весело, что я почувствовала себя гораздо лучше, хотя и сильно нервничала из-за предстоящей встречи с Джошем. Том сказал, что я вовсе не изменилась, как он боялся. Потом пришел и сел рядом со мной. Не глядя, он протянул мне мизинец.

— Мирись, мирись, мирись?

— Конечно. Том, пошли к тебе в комнату, будем планировать. Ты знаешь, что я заняла для нас надувную лодку?

— Значит, будем двигаться медленно, но нас трудно будет опрокинуть. Ладно, у меня тут есть бумага и ручки. Пошли.

К девяти часам мы с Томом разработали стратегию и совершенно помирились. Я заметила, что он больше не жмется ко мне, как раньше. Наверное, просто чувствовал мое напряжение — он всегда тонко улавливает мое настроение. Я пожелала ему спокойной ночи и пошла вниз.

Я сказала Вив, что еду в паб с Джошем и что ей не о чем беспокоиться. Просто не хочу, чтобы меня подгоняли, — об этом я и собираюсь поговорить с ним.

— Ну, удачи, — сказала Вив, когда я выходила из дверей.

Да уж, она мне потребуется.

Я села в машину к Джошу. Он наклонился и страстно меня поцеловал. Он был при параде: помыл голову и источал запах лосьона для бритья. Трудновато будет. Но я обещала Джо. «Не задень гордость Джоша», напоминала я себе снова и снова.

Паб был длинный, с низким потолком и камином, который горел даже летом. Джош купил обычную кока-колу мне и какой-то безалкогольный напиток себе. Он никогда не пил за рулем. Мы сели у камина.

— Ну ладно, Шарлотта, что ты хотела мне сказать? — Джош нервно постукивал по полу ногой. — Давай, говори. Ты же не просто притащила меня потусоваться.

— Джош, ты можешь меня выслушать и не перебивать?

— Не обещаю, но попытаюсь.

(Не задень его гордость. Не задень его гордость.)

— Всю свою жизнь, сколько я себя помню, ты был моим героем.

— А сейчас слегка упал в твоих глазах, так?

— Джош, пожалуйста. Ты обещал, что не будешь перебивать. — Мне надо было договорить. — Я привыкла, что ты мой герой, и было не важно, что ты говоришь или делаешь. Все было просто. Мне и в голову не приходило проверять, что я на самом деле испытываю к тебе или ты ко мне. Ты был как недостижимый идеал.

— Тебе не понравилось то, что ты увидела вблизи?

— Джош, заткнись! Я этого не говорила. На этих каникулах я узнала тебя намного больше…

— Вот и я о том же!

— Джош! Я никогда ничего не знала о твоей семье. Я не замечала, как ты здорово обращаешься с Кейт. Я даже не знала, какой ты как человек, как личность. И теперь, когда все это знаю, мы…

— Что мы? — Джош криво усмехнулся.

— Ну, вдруг у нас с тобой что-то началось. И это было так быстро… и… — Я схватила его руку и глубоко вдохнула: — Джош, я не хочу, чтобы это продолжалось.

Джош освободил свою руку.

— Да почему нет-то? Что во мне не так?

(Не задень его гордость.)

— С тобой как раз все так. Дело во мне. Я не справлюсь. У меня нет опыта отношений, особенно с такими взрослыми парнями, как ты. Было бы по-другому, если бы я постаралась. Но я не могу, вокруг еще столько всего творится. Если бы мы были только вдвоем, в другой ситуации… Без маленьких двоюродных братьев. Без раненых собак. И теть.

Джош странно на меня смотрел.

— Ты серьезная малышка, да?

— Ну и что? Что в этом плохого?

— Нет, нет. Знаешь, когда ты так ловко нашла Кейт, я был просто благодарен тебе. Нет, не только. Я хотел, чтобы ты поняла, как я тебе благодарен. А потом — вышло то, что вышло. Была ты. Девушка как на ладони. Ты мне понравилась, и я подумал, что мы можем немного поразвлечься в этой богом забытой дыре. Я думал, тебе тоже понравилось. Как нравилось Мишель.

— Что?

— Ну да. У нас с Мишель в прошлом году было кое-что. И никого, похоже, это не задело. Не то что с тобой.

— У тебя с Мишель в прошлом году было кое-что? — я не верила. Ну, Мишель, ну и скрытная же ты! А мы все думали, что она просто нравится Джошу.

— Да ничего не было, Шарл. Просто повеселились немного.

Я потеряла дар речи. Мысли бешено закрутились. Значит, Джош относится ко мне серьезнее, чем к Мишель, или он продолжает играть в свои игры? Честно говоря, чем больше я узнавала этого молодого человека, тем меньше мне все это нравилось. Впрочем, его признание — своего рода выход из сложившейся ситуации.

— Слушай, Джош. Можешь сколько угодно притворяться, что тебе все равно, но меня ты не проведешь. Мне и так сложно понять, что ты думаешь обо мне… о нас. Но ты мне интересен как человек, а не как герой, и я не хочу ранить твои чувства. Я просто не хочу смешивать наши отношения с другими важными для меня вещами. Может, лучше остановиться — все-таки скоро приедет Мишель.

Джош посмотрел на часы и встал. Протянул мне руку.

— Ладно. Хорошо. Как хочешь.

Мы вышли и сели в машину. Была ясная ночь, на небе сияли звезды. Мы немножко постояли, глядя на них. Джош крепко держал меня за руку. Потом он быстро и порывисто обнял меня, слегка отстранил и положил руки мне на плечи. Посмотрел на меня сверху вниз и улыбнулся.

— Жаль, — грустно сказал он, убрав волосы с моего лица, и вздохнул, — ты такая прелесть! — И запечатлел на мне финальный, затяжной, нежный поцелуй. Я почувствовала, как коленки подгибаются и решимость моя ослабевает. Но было уже поздно. Мой летний роман закончился, практически не успев начаться. Может, когда придется рассказывать об этом девчонкам, я притворюсь, что вообще ничего не было? Надо будет об этом подумать.