Попаданка по контракту, или Невеста короля - Мила Синичкина

— Алек, скажи мне, пожалуйста, — произношу умоляюще, — как я потеряла память, что произошло? Если я узнаю, то, возможно, смогу вернуться в ту точку и попробовать все вспомнить!

— Не сможешь, - Алек виновато опускает голову в пол, — ведьма нас ждала, я зря тебя к ней повел. У нее был заказ на тебя, а я это поздно понял. И ее слова я тоже не сразу разгадал. Она сказала про еще неродившиеся души, имея ввиду твою беременность, теперь это очевидно. Она только поэтому тебя не убила, а памяти лишила. Но за эти дни я никак не мог понять, почему она это сделала, кто мог тебя заказать. А теперь ясно, — он кивает и бросает прямой взгляд на Сесила. — Отойди от него, Амелия, он гораздо хуже поступил с тобой, чем я. Ведь только могущественный человек может позволить себе такой дорогой заказ у потомственной лесной ведьмы. Ты мешала его браку с нашей принцессой, и он решил проблему кардинально, когда понял, что ты сбежала с алтаря богини.

Смысл слов Алека доходит до меня с опозданием в несколько секунд, но я сразу отпрыгиваю в противоположный угол от Сесила.

— Амелия, я прошу тебя, все не так, — Сесил смотрит на меня умоляюще, — это не я хотел избавиться от тебя, не я!

— Слова Алека пугающе логичны. Не подходи ко мне! — истерично визжу на попытку Сесила приблизиться. — Ты здесь, чтобы окончательно избавиться от меня, — произношу ужасающую правду и падаю в обморок от переизбытка чувств.

61.

Прошел месяц. Мне кажется, это был самый длинный месяц в моей жизни. Остальные я, правда, так и не вспомнила, но активно учусь жить в новой реальности с периодически всплывающими в голове фрагментами из другого мира, откуда я, оказывается, родом.

— Амелия, ты уже встала? Плохо спалось? Позвать лекаря? — раздается позади озабоченный голос Сесила:

— Нет-нет, не стоит, - оборачиваюсь и дарю ему мягкую улыбку, - у меня второй день как прошел токсикоз, утренняя тошнота беременных, — торопливо поправляю себя.

— Я уже знаю, что такое токсикоз, запомнил, — произносит Сесил и становится рядом со мной, очень аккуратно, практически невесомо кладет руку на мою талию и целует в висок.

— Не стоит относиться ко мне, как к фарфоровой кукле. Ты мне муж или не муж? — спрашиваю, усмехаясь.

— Вот! Теперь я верю, что тошнота прошла, и вернулась моя Амелия, — весело говорит Сесил.

— Твоя или не твоя — не знаю, — тяжело вздыхаю. — Но могу с полной уверенностью сказать, что ты идеальный супруг, другого бы я не могла желать.

— В тебе говорит наша связь, — грустнеет Сесил.

Резко поворачиваюсь к нему и смотрю пронзительно в его глаза.

— А в тебе, Сесил? В тебе тоже наша связь говорит, да? Или, может, желание получить своих наследников? Или необходимость иметь супругу согласно традициям королевства?

— Амелия, мне больно слышать эти слова, — он мрачнеет, - я не думал, что ты можешь обо мне так думать. Алек все-таки успел поселить в тебе сомнения во мне. Но ничего, — на лице Сесила расцветает решительность, — я справлюсь и продолжу доказывать тебе свое расположение.

— А, расположение, да, — разочарованно вздыхаю и отворачиваюсь, — как всегда.

Между нами повисает тягостное молчание. Я перевожу взгляд на небо, пытаюсь успокоиться, приструнить себя, умерить переменчивый характер. Только что я была счастлива, и вот уже совсем нет.

А ведь если объективно, Сесил действительно практически идеален. Окружает меня заботой, находит лучших лекарей, любое мое неосторожно высказанное желание выполняется. Но..

Всегда есть пресловутое «но», никуда от него не деться.

— Амелия, я глубоко оскорблён, — произносит Сесил возмущенно, вырывая меня из своих мыслей, — я не ожидал услышать подобного.

Видимо, так и ругаются аристократы на своих близких. Буду знать.

— Я тоже не ожидала. Все расположение да расположение, — качаю головой. — Ты свои обязанности королевские-то успеваешь выполнять? Постоянно туда-сюда ездишь, посмотреть, не сбежала ли я с ценным грузом. А мне вот интересно, после родов буду ли я допущена к воспитанию детей?

— Естественно, — ошарашенно кивает Сесил. — Как ты могла?

— Легко, - прерываю его на полуслове. — И даже во дворец возьмешь, народу представить, да?

— Само собой, — Сесил выгибает бровь. — Ты меня за кого принимаешь? Неужели не чувствуешь? Наша связь дает четко понять намерения друг друга.

— Да, ваше величество, — кривлюсь, — прямо-таки прозрачно намекает. Вот только я действительно не чувствую, не ощущаю!

Ты снова про связь, а нужна ли я тебе?! Я! Просто я со своими тараканами и без твой детей, — делаю шаг назад. — Прости, я не должна была. Ты и впрямь идеален, а я неблагодарная и капризная.

Резко разворачиваюсь и собираюсь сбежать. Обратно в свои покои, запереться и сидеть там несколько дней, а потом, когда смогу взять себя в руки, выйду и буду вести себя, как ни в чем ни бывало. Пускай король считает, что у меня гормональные перепады. Лучше так, чем он поймет, что я влюбилась в него. И связь тут совсем не причем.

Но Сесил не дает сделать ни шага.

— Стой, — обнимает меня за талию и притягивает к себе. — Конечно, ты мне нужна, просто ты, безо всего, а не потому что мы связаны, обвенчаны Светом и ждем детей. Я ведь люблю тебя, — он берет меня за подбородок и поворачивает к себе, —совершенно искренне и бесповоротно. Я ведь чуть с ума не сошел, когда искал тебя, но даже тогда я не испытывал и половины чувств, что выросли во мне за этот месяц. Заново знакомиться с тобой, узнавать, заботиться, жить так, как хотим мы, а не так, как того требует кучка старцев. Это все оказалось лучшим, что я делал в своей жизни. И знаешь, что?

— Что? — в моих глазах стоят слезы, но это совершенно точно слезы счастья, ведь Сесил чувствует тоже, что и я.

— А отрекусь-ка я от престола! А то и впрямь устал я туда-сюда ездить, будем только вдвоем! Я выдернул тебя из привычного мира, а сам ничем не пожертвовал. Отказаться от королевства будет справедливо, я считаю. Это