Шум дождя - Тори Ру

— Пап, как он выглядел? И куда подевался потом?! Вспомни, вспомни пожалуйста! — почти без голоса умоляю я и едва остаюсь в сознании от волнения, и папа задумчиво продолжает:

— Однажды ты плакала особенно сильно, под утро соседи не выдержали и набрали наш номер. Мы с бабушкой примчались и обнаружили страшную картину… Антисанитария, сквозняки, отсутствие еды… Мы и подумать о таким не могли, понимаешь?.. Ты пряталась за ободранным креслом и рисовала прямо на обоях, а мальчишка — лет четырех или, может, пяти — тихо сидел рядом. Светловолосый, с голубыми глазами. Бабушка попыталась его разговорить, но он ничего о себе не рассказал. За завтраком я попробовал расспросить его о родителях, но ты раскричалась: «Уходи, уходи!», и он замолчал. Бабушка долго не могла прийти в себя, вызвала полицию и скорую, но, когда службы приехали, пацан в суматохе сбежал. Я до сих пор его вспоминаю — как он, жив ли, нашел ли свой дом… Бабушка пробовала его искать, но безуспешно. Твоим воспитанием занималась бабушка, а не я…

Он быстро смахивает что-то со щеки и отворачивается, но я не выдерживаю — бросаюсь к нему и стискиваю в неловких, но крепких объятиях:

— Пап, я очень тебя люблю и ни в чем не виню! Ты водил меня на прогулки. Ты рассказывал мне смешные истории и читал интересные книги. Ты покупал мне игрушки, карандаши и бумагу. Ты показал мне «Ходячий замок» и включал отличную музыку. Тебе было так мало лет, но ты многое в меня вложил и научил видеть красоту и добро в мелочах. Ты — мой друг! И вообще: не каждая девчонка может похвастаться таким молодым и красивым папой!

Мы еще долго сидим рядом, говорим обо всем, смеемся и плачем, и вошедшая в комнату Анна ласково обнимает нас и приглашает пить чай. Из-за туч вырывается яркое солнце, разгоняет остатки надоевшей серости и заливает двор внизу ослепительным золотым светом. Оно так похоже на бесстрашного, доброго мальчика, который все же существовал…

Глотаю терпкий мятный чай, ощущаю в крови его согревающее волшебство и, подперев ладонью подбородок, абстрагируюсь от воркования Анны и папы и проваливаюсь в размышления.

Шок и последствия удара головой многое из нее стерли, и мне приходится продираться сквозь дебри и двигаться на ощупь.

Неужели образ Спирита возник из той давно позабытой истории?.. Я испугалась, что папа заберет домой не меня и прогнала своего друга, однако вина перед ним накрепко угнездилась в душе. Где-то глубоко в моем подсознании реальный мальчик из детства рос и взрослел вместе со мной… В моем воображении он стал настоящим красавцем, и в один прекрасный момент я решила, что он реален. Но, как бы там ни было, дальнейшей судьбы того мальчика я не знаю, а Спирит от этого не обретет плоть и кровь.

Извинившись, Анна отвлекается на телефонный звонок, и я подаюсь вперед и быстро шепчу:

— Пап, а могла ли я… Чисто гипотетически… Знать, чем сейчас занимается мама и где ее искать?

— Я не интересовался ее участью, но бабушка точно не теряла ее из поля зрения. Возможно, она посвящала в подробности и тебя.

— А я рассказывала что-нибудь о том мальчике?

— Поначалу — постоянно. Сыпала какими-то небылицами. Бабушка даже записывала их, поскольку могла разобрать твой лепет.

Делаю огромный глоток чая, споласкиваю пиалу и, натыкаясь на углы, плетусь к себе.

Я помню того светлого мальчишку, помню наши веселые игры… Помню звонкий смех и доброту в сияющих глазах. И свою истерику за завтраком, когда папа протянул ему половинку разломанного печенья. И серьезных, сосредоточенных людей в форме. И заливающуюся крокодильими слезами мать, вернувшуюся из притона…

Губы кривятся, а руки дрожат — может, если бы я тогда его не прогнала и он остался у нас на виду, мне не пришлось бы выдумывать для себя друга и ежеминутно тонуть в тоске и раскаянии!

В прихожей дребезжит звонок, Лиза с грохотом избавляется от тяжеленных ботинок, врывается в комнате и, распластавшись на кровати, громко радуется наступившей свободе:

— Лето. Полноценные каникулы! Есть возможность смотаться на лесное озеро с ночевкой. Ты как? Там будут только мои одногруппники — нормальная, адекватная компания… Им мама доверяет и против не будет. Кстати, а Сашенька-то здорово погрустнел. После твоей победы среди девочек с первых курсов разнесся слух, что авторитет наших золотых мальчиков дутый и они не посодействуют их карьере. Вот уж не думала, что буду так рада падению их рейтингов!

Благодарю сестру за приглашение, помогаю сложить необходимые вещи в рюкзак, но ехать отказываюсь, и папа вызывается подвезти ее до вокзала. Как только в прихожей смолкают голоса, я выбираюсь к Анне — обсудить актуальные веяния моды, оценить идею ее новой картины, посмотреть обзор на краски с китайского маркетплейса… Чтобы категорически не забивать голову ненужными, несуществующими параллелями, пустыми надеждами и ложными выводами.

— Необычно. Давай закажем? У них и аэрозольные есть… — Анна заговорщицки подмигивает, добавляет краски в корзину и, спохватившись, достает из-за дивана заклеенную скотчем коробку:

— Архив твоей бабушки… Может, пригодится? И еще: Варюш, звонила Карина. Хозяйка арт-салона, та, что числилась в спонсорах конкурса и презентовала роскошную брошь. Она предлагает тебе расписать стены в их открывающемся филиале. Заплатит хорошие деньги. Ты как?

Настроение на нуле — мне не до творчества, но Спирит сказал бы, что это хорошая возможность попрактиковаться, прокачать навыки и в сентябре не ударить лицом в грязь, и я с готовностью киваю:

— Отлично. Когда приступать?

38

Поздний вечер залил город синими чернилами, голоса родителей за стеной стихли, но я не могу сладить с дурным волнением и хотя бы попытаться уснуть — разговор с папой сломал все логические конструкции, построенные мною с таким трудом. То, что я видела на странной картине в музее — не порождение моего заблудившегося разума, не материализовавшаяся легенда и даже не сон, а самая настоящая реальность! Но я в тупике, и понятия не имею, что делать с этим знанием и куда двигаться дальше.

Впервые за долгое время ожил наш с Лизой чат, и она,