Страсть к игре - Сильвия Дэй

Тут он чуть отклонился, ухватил спинку платья и одним рывком, сильно дернув вниз, разорвал его. Мария перешагнула через остатки платья, оказавшись перед ним в одном корсете, и лишь ее ноги слегка запутались в свалившихся на пол юбках.

– Снимай бриджи, – приказала она, – и ложись в постель.

Он изучающе смотрел на нее, пока его руки неспешно выполняли ее приказ. Леди Уинтер и здесь хотелось командовать, держать ситуацию под контролем. Что ж, он предоставит ей эту возможность, к примеру, продемонстрировав, что он и сам готов был отдаться в ее руки, если она ответит ему тем же.

– Я хочу, чтобы ты тоже обнажилась.

– Позже.

Кивнув, Кристофер высвободил свой член и спихнул бриджи вниз. Мария воззрилась на восставший член, в ответ он обхватил пенис рукой и начал мастурбировать. На головке члена выступила капля спермы.

– Видишь, что ты делаешь со мной? – спросил он, выразительно направив на нее член, словно предлагая его.

Легкая печаль исказила ее тонкие черты. Он испустил тихий стон, продолжая мастурбировать у нее на глазах. Дрожь удовольствия пробежала по спине, заставив еще больше набухнуть его член.

– Я слишком долго был без тебя, Мария. Тебе меня тоже не хватало?

– Я написала тебе.

– Ты накажешь меня за то, что мне захотелось получить от тебя хоть небольшой знак твоей привязанности? За мое желание увидеть тебя в моей постели, а не наоборот?

– Остановись, – сказала она хрипло, не в силах оторвать взгляд от его старательных рук. – Я хочу, чтобы твой толстый и твердый член трудился во мне, а не растрачивался попусту.

Кристофер опустил руки, из его покрасневшего, устремленного вверх члена сочилась влага. Это было совершенно новым для него – оказаться в чьей-то власти, безропотно подчиняться кому-то. Вряд ли он мог бы пойти на это ради кого-либо еще. Не появилось еще женщины в этом мире, которой он позволил бы командовать собой в подобной ситуации. Даже Эмалайн, при всем ее опыте, не могла справиться с ним в спальне. Вот почему она иногда обслуживала его сама вместо того, чтобы предоставить в его распоряжению одну – или даже нескольких – из ее девиц. Ей иногда самой хотелось позволить себе эту роскошь – просто отдаться, а не выполнять самой всю работу. Сент-Джон ждал, тяжело дыша, взмокнув от пота. Предвкушение самого главного нарастало, концентрировалось в воздухе, подталкивая его на дальнейшие шаги. Секс в бездействии мог бы стать скучным. Но сейчас это был не тот случай. Пространство между ним и Марией заполнилось осязаемой энергией, как, впрочем, и всегда с ними происходило.

– Ты передумала? – поддразнил он ее же словами. Она вскинула брови.

– Может, я еще не готова.

В ответ Кристофер тоже вскинул брови. Он знал, что Мария лгала, судя по яркой краске, залившей ее щеки и грудь, по тому, как часто вздымалась и опускалась ее грудь. Он знал, что она увлажнилась, знал, что созерцание того, как он ублажает себя, доставляло удовольствие и ей.

– Я могу подготовить тебя, завести тебя, – услужливо предложил он.

Какое-то мгновение его темноволосая обольстительница с атласной кожей и алыми губами оставалась неподвижной.

Белоснежные рубашка, корсет и нижние юбки подчеркивали ее ангельский облик, который тут же разрушал всевидящий взгляд умных глаз из-под невероятно густых ресниц. Он видел восхитительные соски сквозь прозрачную ткань, и его рот наполнился слюной от неудержимой потребности схватить их губами и сосать, сосать. Крошечная мушка в виде сердечка так и дразнила его, словно призывая поцеловать эти пухлые губы, просунуть в них свой член и двигать им туда-сюда, пока он не взорвется семенем. Капелька влаги уже появилась на головке члена и покатилась вниз по пылающей, пульсирующей коже его стержня.

– Ты позволишь мне ублажить тебя губами? – спросил он. – Мне бы хотелось заняться с тобой любовью именно так.

У нее потемнели глаза от такой формулировки, из полуоткрытых губ вырывалось прерывистое дыхание. Мария согласно кивнула и прошла мимо него, ритмично шурша юбками в такт большим возбужденным шагам. Она больше не колебалась. Уж если она решалась, то никогда не оглядывалась назад.

Он шел за ней как в тумане, его мозг был одурманен похотью и вожделением.

Мария устроилась на диване, откинувшись на спинку. Ее поза была почти светской, пока она не закинула колено на деревянный подлокотник, задрав повыше белые нижние юбки, обнажив сначала точеные лодыжки, а затем стройные бедра и под конец шелковистый кустик промежности.

Издав тихое рычание, Кристофер без долгих церемоний опустился на колени, раздвинув ее ноги достаточно широко, чтобы ничто не укрывалось от его глаз. Она была мокрая и пылала жаром, словно оправдывая его ожидания. Роскошная Мария, Ледяная Вдова. Но только не тогда, когда она была с ним. С ним она таяла.

– Мне нравится видеть тебя такой, – признался он. – Когда ты полностью открыта мне, жаждешь и вожделеешь меня.

Опустив голову, Кристофер стал вылизывать ее языком, прислушиваясь к тихим стонам наслаждения, прорывавшимся сквозь стиснутые зубы. После этой ночи Ледяная Вдова никогда не забудет его. Она будет лежать в постели и заново переживать те ощущения, когда его рот ласкал ее лоно, и будет томиться и жаждать того блаженства, которое лишь он один мог доставить ей.

Он обхватил губами ее набухший клитор, продолжая дразнить его легкими пульсирующими толчками языка. Ее пальцы блуждали в его взмокших от пота волосах, и вдруг Мария выгнулась с испуганным криком. Удерживая ее бедра, он принялся нежно сосать клитор, еще больше усилив ее возбуждение, дыхание стало резким и прерывистым.

– Кристофер! Господи!

Она крепче вцепилась в его волосы. Сент-Джон еще глубже погрузился в нее, язык заработал с удвоенной силой. Он чувствовал, как она увлажнилась и напряглась, какой сладкий оргазм получила. Довольный, что все же смог этого добиться, он сам в изнеможении рухнул, дрожа всем телом от мучительного желания.

Охвативший Марию оргазм едва не заставил кончить его самого. Он не останавливался, отвергая ее попытки вытолкнуть его, пока она вновь не вскрикнула в экстазе, затем еще и еще, пока у обоих не осталось сил.

Кристофер приподнялся, держась одной рукой за позолоченную спинку дивана, а другой рукой направит член в ее лоно.

Он с такой силой вошел в нее, что диван, закачавшись на задних ножках, едва не опрокинулся, вызвав проклятия у него и почти беззвучный смех у нее. Кристофер на мгновение замер с закрытыми глазами, пока ее лоно судорожно сжималось вокруг его стержня в завершающих спазмах оргазма. И только когда она закричала и последняя дрожь, затихая, пробежала по ее членам, он отважился взглянуть на нее.

– Господи, да я просто в раю! – задохнулся Сент-Джон. – Мне хочется остаться в тебе, чувствовать, как ты все глубже засасываешь меня, пока мы не сольемся в единое целое.