Белоснежка и босс Громов - Ася Невеличка

К вечеру я расслабилась. Во-первых, потому что почти справилась с заданием и у Маринки были все образцы боссов. Почти. Остался неуловимый Пехов с пятого этажа и Громов с седьмого… Тут я тяжело вздохнула, чувствуя, как ёкает в груди и ниже, где-то между ног.

Громова я ей отдам последним. Когда все тесты будут отрицательными. Когда уже не будет никакой надежды на наше с ним… Будущее? О чем я думаю? О будущем с Громовым?

— Андрей?

— Да? Ариш, сейчас я закончу с договорами и сертификатами и поедем домой.

— Конечно…

Нет, у меня все равно не хватит смелости спросить, есть ли у нас будущее, пока не определился отец малыша.

Громов закончил, снова покидал бумаги с собой, чтобы поработать еще дома, и мы поехали к нему. Хотела бы я сказать, к нам домой, но и это будет обманом.

Ночью Андрей отстранился. Я не очень поняла, ведь все сложности вроде бы разрешились, к тому же видела, что Громова подмывает сблизиться со мной. Раньше одного этого было достаточно, чтобы босс не слезал с меня полночи. Но сегодня он словно с сожалением обнял, поцеловал и отпустил.

Правда, спать отправил в свою спальню, а не в комнату, которая должна была стать моей.

На следующий день Громов выглядел озадаченным. Я не лезла, зная, что с ним бесполезно пытаться поговорить по душам, но он сам рассказал, что его мучит.

— Последние два месяца, не без твоей помощи, между прочим, компанию лихорадит. У меня практически весь руководящий состав деморализован. Я уже говорил… Илья дает новые клички растениям. Черт… Его дело не интересует, пока кактус Игнат не отрастит потерянную колючку! Гоша до сих пор шухерится. Вася… Вася занят личной жизнью и больше обеспокоен прощением Иванной, чем моим гневом и лишением работы.

Я тягостно вздохнула… Все что могла, я исправила, но Громов прав, его боссам сейчас во многом не до работы.

— Руслан зализывает раны. Я конечно сам дал добро, но когда он очухается и приступит к обязанностям? Сергей еще набычился. Его ты нахрена приплела?

— А нахрена он на поводу Руслана пошел?!

— Я тебе поругаюсь! Не повторяй плохих слов своими губами!

— А то что? — надулась я.

Но Громов ответил затяжным поцелуем, потом коротким вздохом и неохотно отпустил:

— Выдеру как сидорову козу.

— Зацелую, забодаю,

Я коза рогатая,

Лишь по вечерам такая,

Когда слегка поддатая.

Босс закатил глаза и махнул рукой.

— Не с кем работать, а на носу важный контракт. Ощущение, что мне устроили спланированный саботаж.

Он замолчал, странно сощурив глаза.

— А Пехов, кажется? Он же в строю? Пусть поможет.

— Пехов? — ухмыльнулся Громов. — Не был бы он закупщиком от бога — давно бы уволил за пьянство.

— Что? — удивилась я.

— Он в запое. На работу исправно приходит, но до обеда страдает похмельем, а после обеда нажирается заново.

— И ты его держишь?

— Да. Потому что он единственный за рубль покупает три рубля. Ты так сможешь?

Я помотала головой.

— А почему ты его не закодируешь?

— Не имею права.

Тут я не сдержалась и фыркнула. Мне укол противозачаточный втюхал, не задумываясь о правах!

— Хотя было дело, лечил.

Ага, это уже больше похоже на Громова.

— А он?

— Срывается. И вот выбрал же время для очередного запоя, когда я вообще без поддержки остался.

Андрей скривился, инстинктивно хватаясь за голову. Этот жест я изучила, у него снова на подходе приступ, который мы пересидим е его доме безвылазно. А время терять нельзя. У меня интуиция сигнализировала просто!

— Ладно, ты поработай, а я к Илье схожу. И к Васе…

— Зачем?

— Поддержу.

— А меня поддержать не хочешь?

Я хмыкнула:

— Ты же сам чувствуешь, что у тебя два-три часа, а потом я всю неделю буду поддерживать только тебя.

— Да, иди. И возвращайся побыстрее. Кстати, — Громов остановил меня у выхода, — Руслана не советую поддерживать. Не заходи к нему месяц, пока заново не отрастит шерсть на жопе.