Чёрт из табакерки - Сандра Бушар

– Хватит уже?.. Хватит? Ты тот человек, который говорит мне, что хватит?! – и тут меня прорвало. Страх, боль, отчаянье, накопленные за эти ужасные дни, выплеснулись в один момент. Слезы текли из глаз, меня трясло, а из горла вылетали фразы, поток которых остановить я была не в силах: – Ты рассказал мне эту ужасную правду, а затем просто бросил. Оставил с ней один на один. Хотя обещал, что будешь рядом. Говорил, что даже в скандал я должна быть рядом с тобой. Но тебя не было, мать твою! Не было! А теперь ты просто приходишь, как принц какой-то, с пафосным видом и благородной миссией – быть рядом. А не пошел бы ты?

Я услышала краем уха, как хлопнула дверь. Кажется, доктор удалился, и я его очень понимала. Сама хотела поступить так же. Потому что сердце рядом с Сэмом Керном разрывалось в клочья! Я хотела обнять его, притянуть к себе, поцеловать, ощутить знакомое тепло… Но не могла. Уже это было просто мне не доступно!

– Мне лучше уйти, – прохрипела я, понимая, что кто-то должен сделать это первым. – Передавай привет Анджеле.

Я успела сделать лишь два шага в сторону, когда Керн коснулся моего запястья, потянув на себя. Он ловко прижал меня к стенке, подняв на руки. Его пальцы зарылись в мои волосы, лоб уткнулся в мою щеку, а грудь так бешено вздымалась рядом с моей. Надрывный голос мужчины вызвал вибрацию внутри и теплоту, которую было не спутать ни с чем:

– Нет больше никакой Анджелы. А я люблю только тебя. Истеричка ты моя… – улыбнувшись чему-то мне неизвестному, Сэм потерся своим носом о мой и с горечью пробормотал: – Прости, что оставил тебя. Не хотел больше на тебя давить. Мне казалось, что после истории с Давидом тебе нужно время, и я ждал. Но сегодня уже не смог. Ты нужна мне до мозга костей. Как гребанный кислород! – его губы нашли мои и оставили на невесомый поцелуй. О, боги, как же этого не хватало! Как глоток воды в пустыне, таблетка от рака умирающему… Мне хотелось притянуть Сэма к себе, заставить повторить это снова и никогда больше не отпускать. – Оставайся со мной. На любых условиях. Как хочешь, когда хочешь. Просто будь рядом…

И в тот момент я поняла нечто важное, что не доходило до меня в долгие дни одиночества. То, что должно было созреть, крепчать в голове… Сэм и вправду меня любил! И дело не в его словах. Дело в поступках. Влюбленный мужчина никогда не отпустит любимую женщину, даже если она просит. Но тот, кто любит, даст эту свободу. Потому что эгоизма нет в настоящих чувствах.

В школе он защищал меня от других, закалил сильный характер. Потом дал возможность отучиться в одной из лучших школ. И даже хотел найти мужа, которого считал лучше себя. Жертвенность совершенно не свойственна Сэму Керну, но только не в отношении меня. Все эти годы он только и делал, что жертвовал. И мне нужно было много лет, чтобы понять это как взрослому человеку!

– Я тоже люблю тебя, Сэм Керн. Больше, чем ожидала и могла представить, – выдохнула я, но, прежде чем мужчина успел открыть рот, прикрыла его рот ладошкой. Нужно был прояснить нечто важное. – Но я не потерплю измен. И если ты еще раз выкинешь нечто подобное, как с Давидом, наши отношения закончатся в ту же секунду.

– О, поверь! Только у меня есть шанс жениться на тебе. Других быть не может, – многозначительно протянул Керн и выдохнул с таким облегчением, что и мне стало легче на душе.

Его губы вновь накрыли мои. И это был больше, чем просто поцелуй. Освобождение, облегчение, внутренняя победа… Запах моего мужчины сводил с ума! И я знала, что он не идеален. И любила его за это. Принимала таким, какой есть. Была уверена, что так будет всегда…

– Нам все же стоит вернуться к УЗИ, на которое ты записалась. Хотя я почти уверен, что доктор предложит тебе другой анализ. Слишком маленький срок… – нехотя пробормотал Керн. – Но затем сразу домой! Я очень скучал…

– Мне нужно привести себя в норму, подожди, – поцеловав Керна в щеку, я послала ему улыбку, но он все равно боялся отпускать. Этот страх в его глазах прочитал бы даже слепой. – Ты чего? Я только на пару минут в дамскую комнату…

И все-таки здравый смысл победил. Керн поставил меня на ноги, и я быстро выбежала из кабинета, показав бедному врачу кивком, что наша короткая «Санта-Барбара» подошла к концу. Внутри порхали бабочки, глупую улыбку спрятать не получалось, а затем я и вовсе поймала себя на мысли, что тихо напеваю какую-то мелодию.

Туалет в клинике находился в задней части здания. Достаточно далеко от того места, где располагались основные кабинеты. Рядом с женскими и мужскими комнатами располагались ординаторские, кладовые и прочие нерассчитанные на клиентов помещения.

Я лишь мельком глянула на таблички и готова была уже зайти в туалет, чтобы припудрить носик, как вдруг услышала тихий плач. В пустом коридоре он распространялся эхом, вызывая какой-то знакомый отклик в груди. Если человеку нужна помощь, я не буду той, кто пнет умирающего и пройдет мимо.

– Простите? – мою каблуки стучали по мраморному полу, когда я медленно подошла к каморке без надписи. – Кто тут? С вами все хорошо?

– Можете войти, – раздался робкий, отдаленно знакомый женский голос. Я толкнула дверь и увидела в полупустом помещении медсестру. Она сидела ко мне спиной, уткнувшись в ладони. – Заходите внутрь или идите по своим делам. Не хочу, чтобы врачи видели меня в таком состоянии.

Странное предчувствие говорило о том, что лучше бы мне вернуться в дамскую комнату. Но я приняла это чувство за трусость и сделала первый шаг вперед, достав из клатча пачку салфеток.

– Что бы ни случилось, это не конец света. Может, я могу чем-то помочь? Или… – я оборвала себя на полуслове, когда, оказавшись рядом с девушкой, смогла наконец разглядеть ее лицо. – А-Анджела? А что ты тут делаешь?..

– А ты как думаешь? – горько усмехнулась она, недобро посмотрев на мое аккуратное черное платье и свой старый больничный халат. – Выживаю. Сэм-то меня уволил.

На какое-то мгновение я замерла, переосмыслив слова Сэма. Он сказал, что Анджелы больше нет в его жизни. Но почему-то я решила, что речь идет о липовой беременности, а не о том, что он просто вышвырнул ее из своей жизни со своим ребенком. В последнее мне верилось с трудом, так что я недоверчиво протянула:

– Так ты все же беременна? – она лишь кивнула, а я задала новый вопрос. – И в чем же тогда проблема?

– Наверное, в том, что Сэм оказался не совсем идиотом и заставил сделать анализ на установление отцовства, – совсем без тени прежней робости выплюнула она, засмотревшись куда-то мне за спину и нежно прошептав: – Время, любимый. У нас его очень мало…

Я только успела обернуться и увидеть Давида. В черном маскирующем костюме, словно он скрывался. В эту же секунду тонкий жгут упал мне на шею, а Львов потянул так сильно, что я едва не упала.

В это мгновение вся жизнь пролетела перед глазами… И все проблемы вдруг показались мелочными. Я корила себя за то, что последние недели своей жизни провела без любимого мужчины, мало внимания уделяла бабушке. Но уже было поздно. Здесь и сейчас два сумасшедших человека решили лишить меня жизни, даже не пытаясь объяснить причину…