Граф ищет жену - Амелия Грей

Анджелина выпрямилась, сняла очки и принялась разминать пальцы. Она уже несколько часов сидела в комнате для рисования, склонившись над очередным веером. Вчера утром она получила записку от епископа Уорсли с просьбой нарисовать для герцогини на черном шелковом веере белого павлина с распушенным хвостом. Конечно же, герцогиня даже не представляла, как это утомительно выписывать каждое перышко хвоста. Это было ужасно утомительное занятие.

Епископ также сообщил, что все еще ведет переговоры с мистером Астоном, а через несколько дней наконец-то посетит их с бабушкой. «Но сколько же денег он принесет?» – думала Анджелина. Ведь следовало как можно быстрее помочь отцу. А если епископ не появится в ближайшие дни… Ах, тогда она и впрямь начнет ломать руки.

Три дня шел дождь, так что Анджелина не могла выйти с работой в сад, хотя именно там было легче всего рисовать: очень приятно ощущать дуновение свежего ветра, а также слушать жужжание пчел, пение птиц и лай собак, лающих на проезжавшие мимо экипажи.

Анджелина выбрала для работы эту комнату в глубине дома по нескольким причинам. Комната находилась довольно далеко от гостиной, так что разговоры бабушки и отца не отвлекали ее, и она могла всецело сосредоточиться на работе. Кроме того, здесь имелось огромное окно, дававшее много света, что было совершенно необходимо. И именно здесь чаще всего находились собаки, когда на улице было холодно. То есть комната эта считалась царством Анджелины и ее любимцев, поэтому даже миссис Бикмор не заявлялась сюда слишком часто.

В комнате было совсем немного мебели – письменный стол, стул, старый диванчик и чайный столик.

Анджелина глянула в окно – цветастые гардины были подхвачены темно-розовыми лентами, а на подоконнике стоял горшочек с фиалками лорда Торнуика. Девушка каждый раз невольно улыбалась при взгляде на эти цветы. Коричневые листья и увядшие бутоны отпали, а новые пошли в рост.

Часов в комнате не было, но Анджелина решила поработать. Она сидела тут с раннего утра, так что глаза ужасно устали, но нужно было продолжать.

Сэм, Раскел и Мистер Пит внезапно проснулись и дружно залаяли.

– Тихо! Сидеть! – поспешно приказала девушка, так как собаки уже были готовы сорваться с места и броситься к входной двери. Причем Мистер Пит все-таки убежал, а остальные поглядывали на хозяйку и громко фыркали, пытаясь объяснить, что в другой части дома что-то происходит и что им совершенно необходимо узнать, в чем там дело.

– Сидеть, – повторила Анджелина. Собаки нехотя повиновались, но продолжали ворчать. – И не имеет значения, что именно вы услышали – стук двери, лай другой собаки или вой ветра. Оставайтесь на месте. А если кто-то постучит в дверь, то миссис Бикмор откроет. И не волнуйтесь насчет Мистера Пита, он ведь еще щенок. Жаль, что у меня не было времени обучить его. Но когда мне уже не нужно будет рисовать каждый день, непременно этим займусь, – добавила девушка.

Собаки наконец-то улеглись перед камином, и Анджелина снова надела очки и взялась за кисть. «Сцены в саду рисовать легче всего, но хотелось бы знать, какие именно пользуются наибольшим спросом», – размышляла девушка.

– Добрый день, Анджелина.

Она вздрогнула от неожиданности, услышав голос лорда Торнуика. А Раскел и Сэм, дружно вскочив, громко залаяли. Анджелина поднялась и снова успокоила собак. Затем взглянула на красавца графа, совершенно неотразимого в темных бриджах, коричневато-желтом жилете и светло-коричневом сюртуке. А на руках у него был Мистер Пит!

И тут Анджелине вдруг захотелось броситься в объятия лорда Торнуика и приветствовать его поцелуем. Но она заставила себя нахмуриться и пробурчала:

– Я приказала миссис Бикмор всегда объявлять о вашем приезде.

Граф едва заметно улыбнулся.

– Приказывали, но не помогло.

– Да, очевидно, – кивнула Анджелина.

– Похоже, этому щенку не позволено бегать по дому без присмотра, – заметил граф, поглаживая Мистера Пита.

– Ни одной из собак не позволено.

– Миссис Бикмор пыталась догнать его. Она была счастлива, когда я поймал озорника и принес вам. – Харрисон опустил на пол Мистера Пита, затем погладил Сэма и Раскела, подошедших к нему, чтобы обнюхать его.

– Уверена, что так и было, – пробормотала Анджелина, оглядывая свой измазанный красками передник и старенькое серое платье, которое надела под него. Часть волос она перетянула на затылке черной лентой, а остальные поспешно откинула с лица.

– Вы никогда не задумывались о том, что, неприлично являться ко мне без предварительного извещения? – проговорила она с досадой.

Харрисон весело рассмеялся.

– Знаете, мне эта мысль никогда не приходила в голову.

– Неужели вы ни разу не собирались сообщить мне заранее, когда собираетесь нанести визит? – продолжила Анджелина с нескрываемым раздражением. – Ведь вы застали меня перемазанной краской, а сами безупречны!

– Я только что вернулся в Лондон, и мне сразу же захотелось увидеть вас, – ответил граф. Приблизившись к девушке, он тихо добавил: – Я скучал по вас, Анджелина.

Она пожала плечами.

– Что-то не верится.