Поцелуй наследника - Софи Барнс

– Спасибо, Хопкинз, – кивнул Дэниел, и камердинер удалился, тихо притворив за собой дверь.

Дэниел тотчас сорвал печать и развернул листок.

– Это от Роксбери, – сообщил он. Ребекка смотрела на него в недоумении – она понятия не имела, кто такой Роксбери. – Он пишет, что человек, который в вас стрелял, уже арестован и готов дать показания. Но обстоятельства таковы, что лучше сообщить подробности в разговоре с глазу на глаз.

– Что это значит? – спросила Ребекка, весьма озадаченная подобной уклончивостью.

– Возможно, Роксбери опасался, что письмо попадет в чужие руки. И тогда изложенные в нем сведения сделались бы достоянием гласности, – в задумчивости пробормотал Дэниел. Казалось, он был весьма заинтригован. – Тут есть еще постскриптум. Говорится, что леди, в которую стреляли, то есть вы, вовсе не являлась мишенью.

– Это, конечно, очень радует, – заметила Ребекка.

– Не могу не согласиться, – ответил Дэниел. – Однако интересно: в кого же стреляли на самом деле?

– Чтобы это выяснить, вам придется поговорить с Роксбери. Его поместье далеко отсюда?

– Примерно в часе езды от Моксли. – Дэниел отложил письмо и взглянул на жену. – Но с этим придется пока подождать.

– А какие у вас планы на сегодня? – спросила Ребекка. Она надеялась, что они смогут провести день вместе.

– В два часа встреча с моим зятем, – ответил Дэниел. – Я знаю, что игра – всего лишь временный выход. Поэтому надеюсь, что зять сумеет дать совет, скажет, куда вложить часть тех денег, что я отложил. Сам-то он добился большого успеха…

– Думаю, это прекрасная мысль, – согласилась Ребекка. Она искренне радовалась, что муж пытается действовать благоразумно и ищет совета у тех, кто обладает достаточным опытом.

– А потом, когда покончу с делами, мы могли бы сходить к «Гюнтеру». Полагаю, нам было бы полезно выбраться из дому и показаться в свете – дать всем знать, что мы не прячемся, что мы счастливы тем выбором, который сделали. Кроме того… Готов держать пари, что вы никогда еще не ели мороженого. В таком случае устроим небольшой праздник.

Ребекка действительно еще не ела мороженого. И ей очень захотелось провести день с мужем. Она надеялась, что в будущем удастся избегать таких серьезных разговоров, как сегодня. Разумеется, честность и верность должны выдержать проверку временем. Правда, внутренний голос нашептывал, что нельзя доверять мужу безоговорочно, но она понимала, что надо, по крайней мере, попытаться. Ей не хотелось жить в постоянной тревоге – жить, думая, что муж, возможно, обманывает ее. И конечно же, Дэниел не должен был знать о ее тревоге. Иначе он непременно догадался бы, что она безнадежно влюблена в него – влюблена в человека, который ни разу даже не намекнул, что когда-нибудь ответит взаимностью. При мысли об этом у Ребекки болезненно сжималось сердце, но она понимала, на что идет, согласившись на брак с Дэниелом, понимала, что любовь не являлась частью их сделки. Впрочем, тогда она еще не была в него влюблена, так что тревожиться было не о чем. Зато она отчаянно стремилась избежать брака с Гроувером – вот и согласилась на такие условия. Так что с ее стороны было бы не очень порядочно, если бы сейчас она призналась Дэниелу в любви, обременив его такой ответственностью за ее сердце.

Отбросив грустные мысли, Ребекка радостно улыбнулась мужу и воскликнула:

– Я уже предвкушаю угощение! Но сначала нам следовало бы позавтракать.

Дэниел тотчас же привлек ее в объятия и проговорил:

– Простите, что солгал вам. С моей стороны это было глупо, и я… я сожалею, Бекки! Я хочу того же, что и вы, – чтобы мы доверяли друг другу, сохраняя добрые дружеские отношения, которыми мы наслаждались по пути в Шотландию. Я обманул вас, потому что хотел доказать, что чего-то стою. Но боюсь, что в результате добился прямо противоположного. Умоляю, простите меня!

Разве могла она его не простить? Господи, она уже его простила!

– Дэниел, давайте откроем чистую страницу и забудем то, что случилось, хорошо?

Какое-то время он пристально смотрел ей в глаза, потом склонился и поцеловал с такой страстью, словно готов был тотчас уложить на ковер и взять прямо тут, на полу гостиной, средь бела дня. Но он этого не сделал, и Ребекка не знала, радоваться ей или огорчаться.

– Благодарю вас, – прошептал он, по-прежнему не выпуская ее из объятий. – Думаю, я – счастливейший из смертных, потому что Господь благословил меня такой женой, как вы. Я никогда больше не подведу вас. Даю слово.

Ребекка промолчала, но ей очень хотелось верить, что слова мужа – чистейшая правда.