Три недели с леди Икс - Элоиза Джеймс

Когда Торн вновь принялся властно ласкать ее грудь, Индия на мгновение перестала дышать. Сердце ее словно остановилось, а когда забилось вновь, то едва не выскочило из груди. Она согнула колено и слегка раздвинула его ноги – на сей раз застонал Торн…

– Я хочу… – задыхалась она, пытаясь сдержать рвущиеся наружу слова. Но тщетно. – Только ты и я…

Торн потянул вниз ее корсаж, склонил голову вновь и принялся покрывать поцелуями ее ключицы. Индия дрожала словно в лихорадке, безмолвно моля его: «Ниже! Ниже!»

– Только мы с тобой… – повторила она, запуская пальцы ему в волосы, мягкие и чересчур длинные для джентльмена. Как же ей нравилось, что он вовсе не джентльмен! Ни один джентльмен на свете не отважился бы опрокинуть ее в гамак и вот так страстно целовать, не думая о том, что их в любой момент могут увидеть.

Пальчики ее пропутешествовали по шее Торна и принялись нежно ласкать его плечи. От этого ее прикосновения из груди Торна вырвался хриплый стон – необычайно отчетливый в тишине, нарушаемой лишь журчанием реки да щебетом птичек в кронах.

Никто не узнает. Никто не услышит. Индия хотела вновь поцеловать Торна, однако он приподнялся на руке, чудом сохраняя равновесие в качающемся гамаке.

– Нет никаких «нас с тобой»! – объявил он.

– Но мы с тобой сейчас тут, в этом гамаке, – возразила Индия, и колено ее проникло еще глубже меж его ног, нежно касаясь самого сокровенного. Глаза Торна потемнели – казалось, он близок к безумию. – Пожалуйста, Торн! Пожалуйста…

Склонившись к самому ее лицу, он спросил:

– О чем ты просишь меня, Индия?

Гамак медленно раскачивался, их сплетенные тела ритмично раскачивались вместе с ним… Железные мускулы Торна перекатывались под ее нежными пальчиками, а белоснежный лен рубашки скользил по ее коже.

Его полураскрытые губы прижались к ее рту, который тотчас раскрылся навстречу поцелую, а ладонь продолжала нежными круговыми движениями ласкать ее пышную грудь, то и дело поддразнивая сосок. Индия вновь прильнула к нему всем телом – в чреве ее бушевало пламя, ноги дрожали…

И это ощущение ей нравилось. Очень нравилось…

Оторвавшись от ее губ, Торн заметил, как глаза ее вспыхнули темной, первобытной страстью.

– Я хочу… всего, – выдохнула Индия и ахнула, почувствовав, как его пальцы скользят по ее бедру. Касание это было настолько интимно, что ошибиться было невозможно. – Ты и я… – Она моргнула. – То есть… мы с тобой…

Торн вновь оттянул край ее корсажа и губы его заскользили по шее прямо к пышущей жаром груди. Индия выгнулась дугой и застонала:

– Я хочу… о, Торн, я хочу…

А Торн уже ласкал вторую ее грудь – и вот Индия напрочь позабыла, что хотела сказать. Одна его ладонь уже продвигалась вверх по ее ноге, удесятеряя терзавший Индию голод. Ее вновь бросило в дрожь от лихорадочного возбуждения: ей вновь захотелось ощутить его вкус, вдохнуть его запах, испить его яростных поцелуев…

На краю ее сознания возникла мысль: если уж она столь успешно разыгрывает шлюху, то может позволить себе и вот это… И она храбро раздвинула ноги, поощряя его ласки.

Зубы Торна слегка прикусили ее сосок, и в тот же момент пальцы его проникли меж ее ног. Индия извивалась в его объятиях, из уст ее рвался бессвязный поток слов, какие-то бесконечные мольбы, от которых в обычное время она сгорела бы со стыда…

Но никакого стыда она сейчас не ощущала. Все было правильно. Естественно.

– Я знаю, в глубине души ты джентльмен, хоть и не показываешь этого… – Слова застревали в горле. – Но я прошу тебя, Торн. Я…

– О чем ты просишь?

Он смотрел на нее сверху вниз так серьезно, словно рука его не лежала сейчас на ее шелковистом бедре. Тело ее словно онемело в ожидании ласк этих волшебных пальцев…

– Истинный джентльмен остановился бы сейчас, – прошептала Индия, но в глазах ее читался вызов.

Пальцы его скользнули чуть выше и вновь замерли. Нервы Индии были на пределе, ее била сладкая дрожь…

– Но человек, которому плевать на общественные предрассудки, ни за что не остановился бы, потому что женщина, которую он обнимает… согласна на все, – прошептала она.

Из груди Торна вырвался хриплый смешок:

– Говоришь, согласна на все?

Пальцы его вновь задвигались, и Индия со сладким стоном выдохнула всей грудью.

– Пожалуйста… – одними губами шепнула она. Индия ненавидела подобный шепоток, просто у нее не было сил глотнуть воздуха, чтобы обрести голос.

– Понимаешь ли ты, о чем просишь? – мрачно спросил Торн. – Если будешь упорствовать, Индия, я овладею тобой и потом не стану ни о чем жалеть. И не подумаю жениться на тебе лишь потому, что мой член побывал внутри тебя!

При этих словах сердце Индии едва ли не выпрыгнуло из груди – хотя она понимала, что должна быть глубоко оскорблена столь грубыми словами. Однако они лишь привели ее в полнейшее неистовство.

– Я не желаю за тебя замуж! – воскликнула Индия, изо всех сил стараясь, чтобы ее слова прозвучали искренне. Она каким-то образом умудрилась расстегнуть его рубашку снизу доверху и теперь ощущала ладонями тепло и гладкость его спины. – Ты… ты мне даже не нравишься!

– А вот ты мне нравишься, – шепнул он, едва касаясь губами ее губ. – Но я, считай, почти уже женат на другой…

Индии надоели разговоры о женитьбе – как, впрочем, и всякие разговоры вообще. Она пошевелилась, отчего гамак качнулся, и ее лицо оказалось как раз напротив лица Торна.

– Я хочу проделать все, что описано в той самой книжке…

Губы Торна скривились в усмешке, хотя в глазах явно читалось желание.

– Что, прямо-таки все?

Подумав с секунду, Индия кивнула:

– Возможно, кроме забав с двумя женщинами одновременно. Меня это не привлекает.

– Черт тебя подери! – пробормотал Торн. Глаза его смеялись.

– Ты научил меня целоваться, и после этого я не пожелала стать твоей женой. Теперь ты можешь научить меня этому, – сказала Индия, чувствуя, что готова выскользнуть вон из собственной кожи. – Если не желаешь, просто скажи, потому что…

От ярости, блеснувшей в его взгляде, слова застряли у нее в горле.

– Потому – что?

– Потому что тогда я найду другого мужчину, не джентльмена! – воскликнула Индия, не позволяя себя запугать.

– Так, значит, найдешь другого мужчину? – повторил Торн медленно и зловеще.

На мгновение Индии почудилось, что сейчас он ее ударит, но она даже не вздрогнула. Ведь Торн обожал утверждать, что он вовсе не джентльмен, но сейчас он почти готов повести себя по-джентльменски… он почти готов отказаться от нее! Он не готов принять от женщины самый драгоценный дар – ее добродетель!