Голоса ночи - Лидия Джойс

– Миллисент сказала, что встретила вас на дороге, – заговорила женщина. – Это правда?

– Да, мадам, – ответила Мэгги с уважительным поклоном. – Моя карета сломалась, а ваша дочь проявила любезность, пригласив меня поехать с ней. Я никак не предполагала, что окажусь у вас в доме, уверяю вас, мадам.

Баронесса с сомнением покачала головой.

– Позвольте узнать, кто ваш отец? – спросила она.

– Уильям Кинг Сомерсет, – солгала Мэгги. Ее ложная фамилия была подходящей для данного случая, поскольку имела отношение ко многим усопшим мужчинам.

– Понятно, – сказала леди Эджингтон.

Было очевидно, что мать Чарлза никогда не слышала об Уильяме Кинге и вся эта история вызывает у нее большое недоверие. Позади матери мисс Кроссхем выглядела встревоженной.

Вздохнув и еще раз взглянув на Мэгги, баронесса заключила:

– Вы явно не принадлежите к нашему кругу.

– Боюсь, что не принадлежу. Я жила далеко от Лондона, – смиренно сказала Мэгги.

– Однако, кажется, вы происходите из хорошей семьи в отличие от некоторых присутствующих на этом приеме, – продолжила леди Эджингтон, и Мэгги подавила улыбку, подумав о мисс Хаусер.

На лицах женщин, стоявших за спиной леди Эджингтон, появилось холодное напряженное выражение, и Мэгги закусила губу, поняв, что в данный момент нажила себе врагов.

– Тем не менее мне ничего не известно о вашем ближайшем окружении, – сказала баронесса, не замечая реакции стоявших рядом дам. Она покачала головой, отчего бусы на ее шее пришли в движение. – Впрочем, судя по тому, что рассказала мне Миллисент, вы довольно милая, незаслуженно пострадавшая девушка. Я буду рада принять вас здесь в качестве нашей гостьи на время приема. Потом я наведу о вас справки, и тогда посмотрим, что делать дальше.

– Благодарю вас, мадам, – сказала Мэгги, и напряжение ее спало.

– Полагаю, вы пожелаете привести себя в порядок после всего, что с вами случилось.

Это вполне устраивало Мэгги.

– Да, мадам, – сказала она.

Леди Эджингтон позвонила в колокольчик, стоявший на столике, и тотчас появилась служанка.

– Пожалуйста, отведите мисс Кинг в свободную комнату, – сказала баронесса.

– В какую именно, мэм? – спросила служанка.

Леди некоторое время колебалась.

– Зимние апартаменты открыты?

– Да, мэм.

– Тогда поместите ее туда.

Мэгги покинула баронессу и последовала за служанкой вверх по боковой лестнице, а затем по длинному гулкому коридору, пока не достигла двери в самом конце. Служанка открыла ее и сделала шаг в сторону, приглашая Мэгги войти.

– Обед состоится в восемь часов, мэм, – сказала служанка. – Я пришлю к вам горничную, она наведет порядок и разожжет камин.

– Благодарю, – рассеянно сказала Мэгги и переступила порог.

Комната, в которой ей предстояло жить, была роскошной, она никогда прежде не видела ничего подобного. Мэгги смутно помнила, как вошла в богато украшенный, просторный холл Эджингтон-Хауса, а потом в великолепную гостиную, где ее встретила леди Эджингтон, однако она настолько была поглощена разговором с баронессой, что не заметила деталей. Теперь же, миновав Цербера и оказавшись в отведенных ей апартаментах, она смогла вздохнуть свободно и осмотреться.

Здесь все было белое: мраморные полы, оштукатуренные узорчатые стены и деревянная мебель с золотистым узором на белоснежном фоне. Казалось, обстановка в целом должна быть лишена какого-либо своеобразия, однако Мэгги была поражена тем, сколько возникает оттенков белого цвета с добавлением серых и голубых тонов в вечерних сумерках. Она нерешительно двинулась вперед по густому, мягкому ковру. Все в этой комнате граничило с экстравагантностью: невероятной формы лепные украшения на потолке и стенах, узорчатые ткани и резная мебель. В связи с этим возникало ощущение, что присутствие здесь других цветов оказывало бы гнетущее воздействие.

Чувствуя себя незваной гостьей, Мэгги обследовала другие помещения апартаментов, которые включали еще одну гостиную, спальню и просторную гардеробную. Она вернулась в первую комнату и села, слегка ошеломленная. До этого момента Мэгги не представляла, что значит быть бароном Эджингтоном; она не могла даже вообразить, насколько Чарлз на самом деле был выше ее по положению. Он рассказывал ей о своей юности, однако его смутные воспоминания не давали Мэгги отчетливого представления о его жизни. Теперь ошеломляющий простор и роскошь этого особняка предстали перед ней как насмешка над домом в Челси, где он проводил с ней время. Очевидно, тот дом казался ему кукольным по сравнению с основным местом пребывания. Хотя одна комната в Челси была больше, чем целая квартира, которую она арендовала в Сент-Джайлсе, эти апартаменты в Эджингтон-Хаусе могли бы, в свою очередь, вместить весь дом, в котором она жила в последнее время.

Мэгги содрогнулась от холода, исходящего от стен, и пожелала, чтобы горничная поторопилась. Но даже веселый огонь в камине не смог бы избавить ее от ощущения тревоги, предупреждающей, что вся эта затея является очень опасной.

Через три часа после драматического представления Мэгги обществу компания продолжала взволнованно обсуждать деликатность и сдержанность девушки во время заключительной части прогулки, забыв о скандальном присутствии мисс Хаусер и о впечатлениях от экскурсии к наполовину построенному особняку лорда Лэнгстона. В отсутствие Мэгги история многократно пересказывалась каждому из гостей, не участвовавших в прогулке. Леди Элизабет и леди Мэри рассмешили Ферн своей театральной интерпретацией сцены, где одна из сестер-близнецов изображала самодовольного Питера Рэдклиффа, а другая – кокетливую Мэгги, что выглядело не очень-то достоверно, но весьма забавно. Они приукрашивали историю своими дополнениями, развлекая остальных.

– Мама была очень любезной. Она позволила мисс Кинг занять зимние апартаменты, – сказала Милли Чарлзу, проходя мимо его кресла. – Сейчас бедняжка отдыхает после потрясения, но она обещала присоединиться к нам за обедом.

Чарлз поймал Милли за руку, прежде чем она отошла.

– Это над моими комнатами?

Милли высвободилась и слегка нахмурилась.

– Я полагала, ты не будешь возражать. Не думаю, что она спустится по лестнице, чтобы нарушить твой покой среди ночи.

– Разумеется, нет, – согласился Чарлз, хотя живо представил ситуацию, которую только что описала сестра.

Наконец объявили о начале обеда, и вместе с этим возобновилось обсуждение самой животрепещущей темы – появление мисс Кинг в их обществе.

Мэгги спустилась по лестнице в тот момент, когда все шли через холл вслед за служанкой. Разговор тут же прекратился, и компания дружно остановилась. Окружающая обстановка как нельзя лучше соответствовала моменту – Мэгги была само очарование. Хрупкое, нежное создание под голубым сводом огромного холла.