Крепостная маркиза - Лариса Шкатула

— Чего это она так полиции боится? — удивилась Соня.

— Наверное, они знают про какие-то ее делишки.

А то, может, и разыскивают за некое злодеяние и не подозревают, что их подопечная преспокойно живет в замке. Можно сказать, у них под носом…

Он рывком поднял Вивиан с пола, а Соня мысленно поежилась. Кажется, Патрик в гневе не слишком церемонится с женщинами. Или только в случае, когда считает их врагами? Не хотела бы она, чтобы и ее вот так же трясли, будто тряпичную куклу.

— Я хочу знать, о чем ты договаривалась со своим сообщником!

— Эт-то не с-сообщник!

Оттого, что Патрик так ее тряс, слова Вивиан могла теперь выговаривать в два приема.

— М-мой ж-жених!

— Патрик, перестань ее трясти! — наконец не выдержала Соня.

— Я хочу вытрясти из нее правду!

— С такой силой ты скорее вытрясешь из нее душу.

Он отпустил Вивиан, и та просто свалилась у его ног.

— Может, нам ее в подземелье запереть? До утра.

Он сделал Соне едва заметный знак.

— Говорят, по ночам в нем бродит привидение одного маркиза, которого триста лет назад убил собственный сын…

— У-ой! — испуганно взвыла Вивиан.

— Но за ночь она может сойти с ума от страха, — поддержала его игру Соня. — И тогда мы никаких сведений от нее тем более не получим.

— У меня есть идея. — Патрик с любовью улыбнулся Соне, пока Вивиан сидела на полу, сжавшись от страха в комок.

Надо же, тут такие события происходят, а он любуется своей возлюбленной. Золотисто-русые волосы ее разметались по плечам. Розовый шлафрок подчеркивает выступивший на щечках от волнения румянец, глаза горят зеленым огнем…

— В одной из кладовок на втором этаже я видел инструменты. Видимо, где-то в подземелье есть камера пыток.

— Ты имеешь в виду те клещи и пилы, которыми терзали несчастную плоть тех, кого пытали? — с нарочитым страхом уточнила Соня.

— А ты видела там такие большие иголки, которые можно раскалить и вогнать в ее нежную кожу?..

— Скажу, я все скажу! — закричала Вивиан.

Патрик опять рывком поднял ее с пола и потащил за собой в одну из немногих обжитых пока комнат в виде небольшой залы. Соня поспешила следом.

Он почти бросил горничную в кресло и сурово навис над нею:

— Говори.

— Я — внучка покойного маркиза Антуана.

Наверное, она хотела гордо выпрямиться или хотя бы вздернуть подбородок — ведь в ней течет такая аристократическая кровь, но смогла лишь шевельнуться в кресле, с мольбой посматривая на Соню и Патрика.

— А я — внук короля Шотландии, — проговорил без улыбки Патрик. — Ну и что мне это дает?

— Ну, Шотландия вон где, а мой родовой замок — вот он!

— Нет, какова наглость! — возмутилась Соня. — Родовой замок! Кто же тебе об этом сказал? Где доказательства?

— Мне сказала бабушка.

— Значит, ты намеревалась поселиться в замке как хозяйка, невзирая на то, что по завещанию им владеет совсем другой человек? — с интересом спросил Патрик. — А куда делась бы ее сиятельство?

— Мало ли… — Вивиан замялась, но потом бодро ответила, как если бы она объясняла все официальным властям:

— Она могла бы уехать к себе на родину.

Или еще куда-нибудь.

— Иными словами, желание самой княжны во внимание не принималось.

Вивиан молча пожала плечами.

— Ну а дальше, — поторопил ее Патрик, — после того, как ты оказалась бы негласной хозяйкой замка?

— Я купила бы себе титул.

Соня тихо ахнула, а Патрик задумчиво поскреб подбородок.

— И у тебя есть такие деньги?

— Мы с Лео собирались их найти. В замке должен быть клад. Лео сказал, во всех замках они есть.

— Лео — это твой дружок?

Вивиан кивнула.

— И откуда он знает про клад?

— Люди говорили, что должен быть. Маркиз Антуан вон сколько денег дал семье Фаншон. Да и многим в Дежансоне он давал денег просто так. Откуда их брал? Нет, клад должен быть!

— И Лео тоже купил бы себе титул?

— Зачем? — сморщила носик Вивиан. — У него-то в роду аристократов нет. Кесарю — кесарево.

— Ого! Похоже, наша горничная грамоте обучена.

— У меня была гувернантка, — высокомерно кивнула Вивиан. — Бабушка говорила, раз во мне течет благородная кровь, значит, я и должна… выглядеть как благородная.

То, что рассказывала Вивиан, было настолько невероятным, что сама Соня не могла ничего сказать.

Только сидела и смотрела на свою горничную, которая безо всяких угрызений совести собиралась ее… убить?

Но Патрик, оказывается, думал о том же и потому произнес вслух Сонину мысль:

— Княжну, надо понимать, вы бы убили, а труп ее спустили куда-нибудь в подземелье?

— Зачем убивать? — удивилась Вивиан. — Мы не душегубы какие-нибудь. Красивые женщины повсюду нужны. Лео прежде был моряком, а тут как раз встретил своего бывшего капитана — у него жена сильно захворала, ну и он привез ее на воды в Дежансон, пока корабль стоит на ремонте. Так вот Лео рассказывал, что в свое время они с этим капитаном очень порезвились на море. Не один корабль ко дну пустили, а пленниц потом на рынке продавали. За некоторых, говорят, очень хорошо платили. На юге любят женщин с золотыми волосами.

Она покосилась на Соню. Патрик тоже невольно взглянул в ее сторону.

— Значит, говоришь, за княжну можно было бы хорошую цену получить?

— Да никакая она и не княжна! — выпалила Вивиан, и Соня поморщилась от ее амикошонства. — Она — жена русского князя Потемкина. Значит, княгиня.

— Ты-то откуда знаешь это?

Патрик обернулся к Соне, взглядом напоминая, что именовать ее княгиней Вивиан стала вовсе не по причине оговорки.

— Я отнесла документ нашему падре, и он сказал мне, что в нем написано.

— И падре не поинтересовался, откуда документ у тебя?

— Поинтересовался. Но я сказала, что нашла его и не знаю, кому отдать. Теперь он тоже знает, что владелица замка — замужняя женщина, и когда я скажу, что за мадам Софи приезжал муж, с которым она уехала, никто в этом не усомнится.

— Ну хорошо, — продолжал допытываться Патрик. — Титул ты, положим, купишь. А как быть с замком?

— Пока я смогу в нем просто жить, а там — посмотрим. Время покажет.

— Вот как, значит… Время покажет… — От негодования Патрик даже потемнел лицом, но Вивиан в запале ничего не замечала. — Ну а если вы с Лео никаких сокровищ не найдете? Мадам Софи ведь не нашла.