Развод. Просто уходи - Надежда Скай

Приложил палец к её губам и тут же пожалел. Вера с хитрецой во взгляде дотронулась до него язычком. И как же это было интимно! Улыбнулся и продолжил:

– Приятно, конечно, но я не об этом. Испугался, что могу тебя потерять. Ещё этот страх в твоих глазах… Прости, не хотел пугать.

– Ты и не напугал… вернее, я испугалась за тебя. А почему ревновал? – она пробралась руками под футболку и стала гладить ладошками напряжённую спину. Как же это кайфово! Чуть не заурчал сытым и довольным хищником. – Неужели тебе в голову могло прийти, что я пойду ему навстречу?

– Могло… У вас много общего и сын. А я…

– Мирон! Он – прошлое, а ты – моё настоящее, которое мне безумно дорого, – Вера покачала головой, а у меня булыжник с души свалился.

– Спасибо. Самые нужные слова, чтобы мои чувства и мысли встали на место, – легко чмокнул в губы. – Но я не хочу быть только настоящим, Вера Игоревна. Предлагаю над этим поработать всё наше лето.

– Согласна, Мирон Владимирович. Может, уже нормально поцелуешь?

– С удовольствием.

Была бы моя воля, тут же бы украл Веру и увёз в «Казбек» снова вымаливать прощение самым приятным образом. Но нас ждал Костя, которого надо успокоить и по-взрослому объяснить, как некрасиво повёл себя его отец.

Поднявшись обратно в квартиру, застали Ольгу Романовну и Костю на кухне. Завидев нас, Костя тут же занервничал и встал.

– Он ушёл, да?

– Да, Кость. Всё хорошо, – Вера приобняла сына за плечи и усадила обратно.

Мама Веры тут же поставила чайник, но мы уже торопились ехать. Она лишь кивнула и пошла провожать.

Уже на турбазе, загнав машину в бокс и проводив Костю в домик, мы с Верой не спешили отправиться ко мне. Взял её руку в свою, и мы долгое время гуляли у озера молча. Сегодня я многое понял для себя. Всё, что связано с Верой, для меня важно! Я готов всем пожертвовать ради неё и её улыбки. Надеюсь, она это чувствует и понимает, ведь по-другому я уже не могу.

Эта женщина рядом мне нужна как воздух, и не позволю никому её забрать у меня. А ещё… А ещё я могу смело, хоть и мысленно, сказать как есть: люблю её. Люблю так, что грудину щемит, но боюсь вслух произнести, вдруг спешу и всё испорчу. Иду рядом и как пацан млею от удовольствия сжимать её пальцы своими.

– А что будет в конце лета? – Вера внезапно останавливается возле старой пристаньки и заглядывает в глаза.

– Твой день рождения, – двумя руками обхватываю Веру за талию и прижимаю спиной к себе, утыкаясь носом в макушку.

Мне до сумасшествия нравится ею дышать. А может, я уже сумасшедший? Но всё это невероятно потрясающе. Вера накрывает мои руки своими и откидывает голову мне на плечо.

– А потом?

– А потом суп с котом… Поверь, отпускать тебя от себя я уже не собираюсь, – сильнее сжимаю объятия, но вскоре расслабляюсь, боясь раздавить Веру.

На языке вертится куча вариаций моих признаний в любви, но я прикусываю его, понимая, что пока не время. Ещё рано. Наклоняюсь и целую Веру в шею. Слышу, как кровь её сильнее застучала, а вскоре она тихо выдохнула стон. Значит, не одна она так влияет на меня, что голову сносит в момент, когда рядом. Уже не хочется гулять под звёздным небом. Подхватываю Веру на руки и быстрым шагом направляюсь «домой».

Глава 32

Вера

Тёплая осень.

Стоя перед зеркалом, внимательно рассматриваю себя и не могу поверить, что это со мной происходит второй раз. Да, я снова в белом платье и опять выхожу замуж. Но в этот раз всё по-другому.

В этот раз я не впадаю в шоково-истерическое состояние. Я не кусаю губы до крови и прекрасно утром позавтракала с будущим мужем. А потом мы разошлись, не забыв нажелать приятностей друг другу. И уже после встретились перед свадебным регистратором. Во мне есть твёрдая уверенность в моём женихе и нашем будущем. И хоть мы до сих пор так и не сказали друг другу самые важные слова, но твёрдо знаем, что любим друг друга до одури, и признание нам как таковое и не сильно-то и нужно. Наши сердца уже давно бьются в одном ритме, отбивая чёткое «я люблю тебя».

И да, я в белом платье! Красивом до безобразия платье невесты. И пусть многие в своих предрассудках осуждают меня, мне плевать. Я для своего мужчины первая и единственная… Мирон настоял на большом торжестве с вытекающими из этого последствиями. Много гостей, выездная регистрация, большой торт и два красивых виновника торжества в чёрном классическом костюме и шикарном платье невесты.

И всё же лёгкий тремор проходит по телу. Улыбаюсь красивой женщине в отражении, сама себя не узнаю. Гостей и правда будет много. Со стороны Мирона больше, но это и понятно. Его родственники, московские друзья и даже работники комплекса, которым мой любимый шеф дал двухдневный выходной, закрыв турбазу на пару дней. Дед Мирона по такому случаю приободрился и громко заявил, что теперь ему и смысла нет рано помирать, хочет правнуков дождаться и желательно несколько, а я лишь улыбаюсь и внутренне боюсь разочаровать. О детях мы пока даже не разговаривали, нам и так хорошо.

Это лето было самое счастливое в моей жизни. На мой День рождения Мирон удивил так удивил! Он снова сговорился с Костей, и они меня не только порадовали праздником, но и мой мужчина сделал мне официальное предложение на большом пустыре. Богданов прикупил ещё несколько гектаров прилегающей земли к «Казбеку» и привёл меня показать местечко, где будет строиться наш будущий большой дом.

– Верочка, можно? – В комнату заглянула Нина Ефимовна и скромно улыбнулась.

– Конечно!

Я протянула к ней руки, целуя маму Мирона в щёку. Милая женщина, она стала практически второй родной бабушкой для Кости, заменив бывшую свекровь по всем фронтам. Мать Влада так и не простила мне, что я дала её бедному сыночке от ворот поворот и не приняла Влада с распростёртыми объятиями обратно. А ведь он всё понял и так раскаивался! Даже не постеснялась внука, когда стала открыто осуждать меня за отношения с Мироном. На этом моменте наши дороги окончательно разошлись. Костя резко послал бабушку в долгое пешее. Семён Викторович долго перед нами извинялся. Он единственный, с кем из той семейки мы