Сердце монстра - Шейн Роуз

Которую я бы не стала подвергать опасности.

― Мы, наверное, опоздаем, если ты понимаешь, о чем я. ― Я расхаживала вокруг стойки в пентхаусе Бастиана в своем расшитом бисером черном платье, застегнутом на молнию, каблуки стучали по плитке, в то время как Бастиан тихо посмеивался, читая газету.

― Нет, я не знаю, что ты имеешь в виду, ― отпарировала она, полностью и окончательно поняв, что имею в виду. Бри была взбешена, но у моей подруги были манеры тренера по этикету. Я знала, что для нее было трудно переступить чьи-либо границы. ― Почему бы тебе не просветить меня, Кэти? Потому что я знаю точно, что Бастиан на самом деле не такой, как ты говоришь. Ты забыла, что я работаю на «Стоунвуд Энтерпрайзис», а эта компания управляет городом вместе с Бастианом.

― Ты можешь подождать, пожалуйста? ― Когда она начала говорить «нет», я прервала ее. ― Ты подождешь.

― Она знает, Бастиан? ― проворчала я из другого конца комнаты. На лице мужчины была глупая улыбка, как он делал каждый раз, когда знал что-то, чего не знала я. Бас много раз приходил домой с информацией, которую хотел, чтобы вытянула из него, как ребенок, цепляющийся за секрет скользкими пальцами и большим ртом.

― Знает что? ― сказал он, его глаза зажмурились от беззвучного смеха, который сдерживал.

Вот ублюдок.

Я подошла и выхватила газету из его рук.

― Кто вообще читает газеты? ― прорычала я, скомкав и бросив ее на пол. ― Вы все говорите об этом дурацком шоу, которое мы должны устроить сегодня вечером, не говоря мне об этом?

― Только ее муж знает. Возможно, его братья. Теперь, когда думаю об этом, скорее всего, их жены. Да, думаю, что Бри знает.

― А что случилось с тем, что никто не говорит о семье?

― Стоунвуд ― семья по доверенности. Для деловых целей. Для всех целей, правда, на данный момент.

― Я очень долгое время держала эту часть своей жизни отдельно, и на то есть веские причины. ― Выделила каждое слово и сложила руки на груди. ― Ты помнишь, что случилось с Вик несколько лет назад?

Мою подругу сбила машина. Никто не был признан виновным. Никто не был найден мертвым. Это означало, что Джетт Стоунвуд и Бастиан выследили их и заставили заплатить, причем не одним способом.

Он пристально посмотрел на меня, его глаза потемнели от злобы, которую я едва разглядела в них.

― Ничего подобного больше не случится.

― Как ты можешь быть уверен? Тогда ты не был уверен.

― Я не был боссом больше минуты, когда это случилось. Это не повторится. Ни с Бри, ни с Вик и никогда с тобой. Теперь вы все защищены. Неприкасаемые.

― Правда? ― пискнула я. ― Они знают?

― Конечно, они знают.

Я ушла, оставив часть о том, что теперь неприкасаемая, на другой день. Не хотела быть неприкасаемой; хотела быть частью семьи. Знал ли он об этом? Знал ли он, что я не такая, как другие женщины, другие дети и друзья мафии? Я была частью их.

― Ты неприкасаемая и не сказала мне, ― тихо сказала в трубку. Это был не вопрос.

― Я ждала, что ты расскажешь мне о своей жизни, прежде чем навязываться. Ты была частью семьи долгое время, сказала ты. Я не знала, насколько глубоко.

― Бри, это не то, что я когда-либо хотела на тебя возложить.

― Я положила на тебя свою жизнь раньше. Многое на тебя возложила. Я ожидаю того же от лучшего друга. Опирайся сильнее.

― Опираясь, ты можешь погибнуть, ― ответила я, бросив взгляд на Бастиана. Он махнул мне рукой и пробормотал, что собирается обуться и надеть пиджак.

Смотрела, как он уходит. Я находилась в квартире самого опасного человека в городе и не чувствовала никакого страха, кроме страха за свою подругу по телефону. Страха, что ее связь с нами будет стоить ей жизни.

― Джекс и ты…

― Очень осторожны. И мы находимся на окраине. Ты знаешь, что его музыкальное приложение делает нас более изолированными от бизнеса, чем что-либо еще. Я перестала так много работать. Мы защищены, но не вовлечены.

Я вздохнула с облегчением.

― А Вик?

― Вероятно, гораздо более вовлечена, чем я. Джетт владеет половиной города, Кэти. Марио и Бастиан, должно быть, рассказали тебе…

― Не много. Я… ― В первый раз не хотела говорить «приманка». Не хотела говорить единственному человеку, который был в моей жизни так долго, как она, что я была инструментом, который они использовали больше, чем членом семьи, о котором они заботились. ― Да, во многом им помогаю, но я женщина, не состоящая в браке. Я это просто я.

― Это довольно грозная вещь, если ты спросишь меня. ― Я услышала приглушенное «и меня» на заднем плане.

― Привет, Джекс.

― Всегда рад, Кэти, ― сказал Джекс, как всегда. Этот человек никогда не находил удовольствия в том, что кто-то отнимает время у его жены. Я была для него необходимой помехой. ― Итак, увидимся на гала-концерте?

― Вы увидите меня. Я найду вас обоих, когда приеду.

И каким-то образом Джекс прекрасно сориентировался в ситуации между мной и Бри.

Бри вздохнула.

― Я люблю тебя, Кэти. Не заблудись настолько, что не сможешь найти выход. А если такое случится, найди нас.

― Конечно, ― быстро ответила я.

Хотя я бы никогда этого не сделала.

Кровь Бри была намного гуще, чем кровь всей семьи. Она была моим домом. А после смерти отца у меня почти его было. Не чувствовала себя в безопасности, меня не любили, я вообще не заботилась о нем.

Но когда я была с Бри, то обрела непоколебимую дружбу и любовь, которую дарили безвозмездно. Когда ты находишь такой надежный дом, никогда его не запятнаешь.

Но по какой-то причине я не могла признать в своем безопасном месте с ней сегодня, что была приманкой для мафии. Это заставило меня впервые за долгое время задуматься, не позволила ли им всем воспользоваться мной. Я была женщиной, но такой же грозной, как говорила Бри.

Никогда не отступала.

Никогда не давала им повода сомневаться во мне.

Я снова и снова доставляла важную информацию.

Была ли приманка так же хороша, как кровь, или приманка ― это пара капель, которые они готовы потратить