Предатель. Нелюбимая жена - Надежда Марковна Борзакова

Мама качнула головой.

— Вот будешь матерью — поймешь меня, Женя.

В этот момент в комнату вернулась Лора, которая отлучалась чтоб покормить Темку потому, что стеснялась это делать при нас, а потом уложить его спать. Про себя я порадовалась, что в родительском доме хорошая звукоизоляция и она не слышала разговора. Все, что связано со Славой — болезненная тема.

— Идемте, девочки, поможете мне с чаем, — сказала мама, вставая из-за стола.

Мы прошли в просторную и светлую кухню, в которой царил идеальный порядок несмотря на то, что мама работала не меньше папы, а домработниц не признавала. Как она все успевала, для меня всегда оставалось загадкой. Нет, я конечно, не могла бы сказать про себя, что в браке со Славой была плохой хозяйкой, нет. Из кожи вон лезла, чтоб и в доме чисто — а это, на минуточку, два этажа убрать, и хорошая еда готова — всегда свежая, и рубашки выглажены, и я при этом всегда красивая… Но все равно так, как у мамы, у меня не получалось.

Мы с Лорой принялись доставать из шкафчика чашки и блюдца. Поставив их на подносы, отнесли в залу. Интересно, о чем говорят папа с Ромой? Что, если тоже о спешке, в теме которой мелькает имя Славы? Под ложечкой засосало. Так не хотелось чтоб Роме лишний раз напоминали про него. Он и так не сказать чтоб успокоился даже после того, как надел мне кольцо на палец.

Когда вернулись в кухню, мама доставала из холодильника огромный шоколадный торт, который, конечно же, готовила сама. Он пах настолько сладко и вкусно, что появилось детское желание подцепить пальцем глазурь и отправить в рот. В детстве я часто так делала, как и Вадик, а мама ругалась.

Золотые были времена. Счастливое детство огромная ценность, получить которую везет далеко не многим. А у нас с Вадиком она была. И вот теперь мы выросли, устроили личную жизнь и сможем дать то же самое уже своим детям. А они — своим. Такой вот круговорот людей в природе.

Хмыкнув про себя — с чего это вдруг потянуло на философию — я прихватила нож и лопатку и двинулась вслед за мамой и Лорой в залу. Одновременно с нами туда подтянулись и мужчины.

Вадик поцеловал в щеку жену, осведомился, уснул ли Темка. Было так приятно видеть, насколько трепетно и нежно брат относится к жене и ребенку.

Я присмотрелась к выражению лица Ромы. Оно было слегка напряженным, но не расстроенным. Папа тоже выглядел спокойным и даже вроде бы довольным.

— Дату-то выбрали? — спросил он, когда мы все уселись за стол.

— Выбрали. Первое декабря, — ответил Рома.

— Красивая дата. Первый день первого месяца зимы, — сказала я. — А на новогодние праздники улетим в свадебное. До этого как раз успеем авралы разгрести.

Конечно, я бы хотела улететь сразу же после свадьбы, но взрослая жизнь заставляла с собой считаться. У Ромы клиенты, у меня — пациенты. Если в моем случае все можно без проблем подвинуть, то в его могут возникнуть накладки. Конечно, скажи я об этом, Рома бы на них наплевал, но я и не подумаю этого делать зная, насколько для него важна карьера.

Поговорив еще немного, мы распрощались. Впечатления от вечера были самые теплые и приятные.

— Я думал, это будет труднее, — сказал Рома.

— Почему?

— Ну, мы пять минут вместе. С учетом прошлого могло возникнуть больше вопросов, чем предполагается в такой ситуации.

С учетом прошлого. Я закусила щеку изнутри и глубоко вздохнула. Напомнила себе, что нужно время. Всем, черт возьми, нужно это самое время.

— Ну, видишь, не возникло же. Потому, что прошлое осталось в прошлом, — сказала я, поймав его взгляд.

— Да.

Вот вроде бы искренне сказал, а все равно….

Хмыкнув про себя, я отвернулась к окну. За ним проносился осенний пейзаж. Желтые листья, лужи на асфальте, в которых отражались уличные фонари.

— Как думаешь, когда сможешь собраться? — после небольшой паузы спросил Рома.

Мы решили съехаться и начать жить вместе до свадьбы. К чему тянуть, особенно с учетом того, что и так очень часто я ночевала у него, а потому мне снова предстоял переезд. Уже четвертый за эти полгода, между прочим.

— К четвергу точно. У меня как раз выходной, можно будет разобрать вещи. Но придется тогда пожертвовать вечерами, — кисло сказала я.

— Я согласен. Ведь тогда быстрее получу целые ночи. И утра.

Затормозив на светофоре, он поцеловал меня в губы коротким, но полным страсти поцелуем. Страсти и обещания. Ведь мы ехали к нему, чтоб потом расстаться на целых три ночи.

*******

Все-таки оставаться ночевать у парня и жить с ним вместе — это огромная разница. Просто нереально огромная и погружающая в эйфорию от осознания того, что вы теперь каждую ночь вместе засыпаете и каждое утро просыпаетесь. Что ты теперь хозяйка в его доме.

Рома снимал двухкомнатную квартиру в одном из спальных районов. Дом не новый, ремонт в квартире простой, но все необходимое было. А остальное совершенно не важно.

У нас не возникало каких-то разногласий в быту. Утром Рома вставал пораньше и в обязательном порядке готовил завтрак, чтоб я могла чуть дольше поспать и спокойно собраться на работу. В течение дня он мог заехать в супермаркет и привезти продукты, из которых я вечером готовила ужин. Парень в целом был аккуратен, умел мыть посуду и убираться, а потому поддержание адекватного порядка в доме не ложилось полностью на мои плечи. Это было безумно приятно и давало еще больше ощущать заботу о себе. Ведь, по существу, Роме ничто не мешало скинуть на меня домашнюю работу просто на основании того, что все расходы на нем, но он не сделал этого.

Через две недели после того, как я переехала, мы с Алей выбрались в салон покупать платья.

— Мы обе выходим замуж, и обе подружки невесты, — смеялась она, цитируя один из старых и любимых нами фильмов.

— Аха, но свадьбы у нас не в один день.

— И слава богу.

Мы медленно ходили между рядами платьев, в сопровождении улыбчивой и предупредительной девушки-консультанта. Сначала разобрались с платьями подружек. Аля выбрала изумрудное бюстье с завышенной талией для себя, а я сиреневое в стиле комбинации. Высоким каблукам предпочли средние. У нас обеих высокие парни, а потому такой выбор был сделан просто для удобства.

Потом пришел черед