Нет дыма без меня - Энни Дайвер

А еще расставаться не хочется, хоть я и подталкиваю Егора к двери. Но нужно привыкать отпускать, иначе я быстро свихнусь. А еще нужно возвращать в свою жизнь работу. Хоть какую-то. На шее Егора, конечно, удобно, но бездельничать дома мне надоело.

Поэтому сегодня я навсегда прощаюсь с кофейней и языковым центром, забираю все документы, а потом займусь поиском работы в районе, где у Дымова квартира.

– Точно, я ведь уже взрослая девочка, – улыбаюсь в его губы, дышу Егором и веду пальцами по затылку. – Тем более со мной будет Гога.

– Я так и не понял, что он от тебя хочет.

– Он и мне толком не сказал, – смеюсь, потому что Дымов нарочно оттягивает момент расставания. Но это всего лишь сутки друг без друга. – Все, иди, иначе я не успею собраться и опоздаю, – подталкиваю Егора к двери. – Тебе, кстати, тоже еще ехать.

– Выгоняешь меня? – смеется, удивленно приподнимает бровь и ладонь с талии ниже опускает.

– Совсем чуть-чуть, – целую его щеки. – Но если ты не уйдешь, я с тебя не слезу, и мы тогда точно никуда не поедем. – Легонько прикусываю его нижнюю губу – Дымов моментально загорается, целует глубоко и жадно, так что я едва поспеваю за его напором.

– Пиши мне, где ты, даже если не отвечаю, – Егор всегда об этом просит. Не потому, что контролировать меня пытается, а потому, что переживает о моей безопасности. Мы того ненормального больше не видели, но он фантомом следует в каждый наш день. Да и мне, если честно, спокойнее, когда Дымов в курсе, где я. Кажется, что тогда обязательно ко мне примчится, если попрошу. – До завтра.

– До завтра, – эхом отзываюсь. Без рук Егора сразу становится холодно. Ежусь и щелкаю замком на двери. Каждый раз тяжело его отпускать, и это чувство только усиливается. Я не думаю о его выездах, перестрелках и еще бог знает о чем. Мне просто не хочется без него быть.

Дымов как будто в каждую мою клетку просочился за несколько недель, которые мы вместе. Корку со старых, закупоренных чувств содрал, и они смешались с новыми, еще более глубокими. Мы вдвоем, и остальной мир не то что перестает существовать, он вообще мне не нужен, когда целая вселенная сосредоточена в его темно-карих глазах.

Я собираюсь, думая о Егоре. Представляю в красках завтрашний день, как снова долго будем обниматься в прихожей, как я не сдержусь и залезу к нему в ванну, оставлю поцелуи на лопатках и обниму, массируя крепкие мышцы.

В такси думаю, что приготовить на обед. Дымов неприхотлив в еде, поэтому мне никогда не приходится долго гадать, что готовить. Главное, чтобы было мясо, а остальное – по моему желанию.

Возвращаться в родной район странно. Когда я только переехала, думала, что навсегда здесь останусь. Посвящу себя работе в кофейне, жить с мужем буду в своей квартире и вообще никогда больше никуда не съеду. Но жизнь – штука интересная. Мне приходится менять ее основательно, переворачивать с ног на голову и искать новый баланс.

Я вычеркиваю первое дело в списке – забираю документы из центра, прощаюсь с группой и выхожу с легким сердцем. Мне правда здесь больше нечего делать: выходные заняты совершенно другими вещами, которые точно интереснее преподавания языков.

На подходе к кофейне пульс разгоняется. Гога уже ждет меня внутри, нас рассчитали в один день. Поставили факсимильные подписи – настолько сильно не хотят пересекаться. Я не против, потому что больно смотреть в глаза этим людям. Мы через столько прошли, а теперь меня выбрасывают чуть ли не как мусор.

Поджимаю губы и толкаю входную дверь. Колокольчик звенит, администратор обращает на меня внимание и широко улыбается.

– Вика! Привет! – Она вылетает из-за стойки и обнимает меня крепко, наплевав на то, что я холодная с улицы. – Не могу поверить, что тебя уволили. Как мы теперь без тебя? – Я знаю, что Арина расстроена. С ребятами у меня сложились хорошие отношения, поэтому мы давно опустили все формальности и создали из коллектива сплоченную команду, которой теперь лишили капитана.

– Не знаю, – отвечаю честно. – Но думаю, что справитесь. Не знаешь, кого директором назначили?

– Пока Антон занимается делами, но это ненадолго: он увольняется. – Арина поджимает губы. – И Гога еще! Мы так просто развалимся и закроемся…

– Не закроетесь, я уверена. Просто будут изменения, – говорю какую-то совсем уж обезличенную фразу, сжимаю плечо для убедительности и вымученно улыбаюсь. Мне тоже тяжело на самом-то деле, я ведь душу в это заведение вложила, а меня как пробку из шампанского выбили и отбросили в самый темный угол, чтобы глаза не мозолила.

– Ладно, не буду тебя больше этим грузить, – отмахивается Арина, моментально веселея. – Гога ждет тебя там. Не уходите только, кофе и десерт за счет заведения. Я сейчас все принесу.

И все-таки хорошие у меня ребята были. Благодарю девушку и иду к другу. Он барабанит пальцами по папке, но, заметив меня, улыбается и встает. Меня снова ждут объятия, на этот раз теплые и медвежьи. Гога целует меня в обе щеки и оценивающе разглядывает.

– Хорошеешь, Ви, – довольно заключает, – значит, правильного мужчину выбрала, – он подмигивает, а я краснею. Так заметно, что очень счастлива? – Арина уговаривала меня тут остаться, но если не хочешь, то уйдем.

– Да нет, можем и тут обсудить, – пожимаю плечами. Уходить и правда не хочется, здесь уютно. Это в офисе меня больше не ждут, но ребят обижать не стану. Они не виноваты в том, что папа не признает, что его дочери больше не шестнадцать. – Тебе, кстати, мои справки передали?

– Конечно. Они очень не хотели тебя видеть. Стыдно. – Гога брезгливо морщится и дает мне файл, в который аккуратно сложены документы. Теперь точно все, обратного пути не будет. – Но я усложнил им задачку, – подмигивает друг, тянется к карману и достает оттуда мой рабочий мобильный. – Вроде это не принадлежит компании.

Забираю старенький «айфон» и верчу в руках. Он выключен, я всегда выключаю его, когда ухожу с работы. Видимо, он так и провалялся все это время бесхозным. Интересно, сколько там пропущенных собралось? Клиенты, наверное, с ума сошли. Возможно, они кого-то даже потеряли, но это больше не моя проблема.