Любовь приходит в сентябре - Ника Крылатая

– Я только учусь. И даже не понимаю, как это делается, – отказывалась Илона. – Не умеешь – не берись, заешь такую поговорку?

– Ой, ты как мой брат, – закатила глаза кудрявая. – Тоже зануда. Это Вадька тебя покусал? Говорю же, если не получится – закрасим, да и все.

– Ты не отстанешь? – Илонка посмотрела на сестру Вадима. Продавливать нужные им решения – это у них семейное.

– Нет, конечно! – даже и не подумала отрицать Аня. – У меня есть целый знакомый настоящий художник, естественно, я не отстану. Ты еще и портрет мне нарисуешь.

Блондинка споткнулась на ровном месте. На портрет вот она совсем не соглашалась. Настоящий ураган, пропускающий мимо ушей слово нет.

– Вчера у Вадьки были, скажи, классная квартира? – кажется, Аня не могла не болтать.

– Да, красивая, – отделалась коротким ответом блондинка.

В коляске захныкал Саша, и девушки решили идти домой. Илона не могла отказать хозяйке квартиры, попросившейся в гости, тем более с ребенком. Правда, угощать гостей особо было нечем, финансы подходили к концу, а пара случайных подработок значительного дохода не дала. Повезло, что нашлась подходящая вакансия – в одном из офисов убирались с утра, до прихода сотрудников, но до зарплаты еще три недели. Да и зарплата будет только на самое необходимое. Ну хоть такая, зато учебу не придется бросать.

Вернувшийся Костя проходить не стал и быстро увел неугомонную супругу. А Аня и не собиралась задерживаться, все, что надо, она и так уже поняла. Что ж может быть непонятного в двух десятках набросков Вадькиной физиономии?

Глава 28

Терпение лопнуло, когда они с мамой привезли Вадиму разных мелочей через неделю. Бабушка ушла гулять с внуком, пока ее дети вешали привезенные шторы.

– Вадь, ты когда Илону последний раз видел? – Анька, стоя на стремянке, цепляла тюль.

– Не твое дело. А вообще вчера, когда забирал с рисования, – ответил Вадим.

– И? – подтолкнула его сестра продолжать.

– Что и? Проводил до подъезда и поехал домой.

– Дурак, – резко бросила Аня. – Ты или начни уже отношения, или отстань от человека. Пусть найдет себе парня.

Вадим скривился. Да он руку оторвет любому гипотетическому парню. Будут всякие балбесы без царя в голове подкатывать к Илоне. Кудрявая с удовлетворением наблюдала, как напрягся братец. Продолжила, давя на больную мозоль:

– Ты как собака на сене. Как Илона начнет с кем-нибудь встречаться, если ты фактически контролируешь каждый ее шаг?

– Ничего я не контролирую, – начал раздражаться Вадим. – Я проявляю заботу.

– Женись и хоть запроявляйся, – топнула ногой кудрявая, едва не упав со стремянки. – Пусть она шторы вешает, выбирает диван, кровать и рубашки тебе. Ты же ей нравишься!

– С чего ты взяла? Анька, быстро признавайся, что ты наплела Илоне! – не выдержал он, прикрикнув на сестру.

– Ничего, – показав брату язык, она продолжила вешать тюль. – Мы просто разок вместе погуляли, ну и созваниваемся иногда.

– Зачем?

– За надом! Ты посмотри на себя! – спрыгнув со стремянки, девушка уперла руки в бока. – Скоро корни пустишь на работе! Ты хоть сам понимаешь, что творишь? Ты все делаешь, чтобы она не получила ни малейшего шанса устроить личную жизнь. Так в чем проблема просто начать встречаться?

Ну и как ему донести, что Илонка смотрит на него, как на чертов идеал, но никогда не решится сделать первый шаг? С блондинкой она всю последнюю неделю много болтала по телефону, выяснила даже, куда и кем та устроилась работать. В общем, нормальная девчонка, только с самооценкой беда.

– Аня, зачем молоденькой девушке такой взрослый мужчина? У нас двенадцать лет разницы. Если бы Костя был на десять лет старше, чем есть, ты бы согласилась с ним встречаться?

– Вадька, ты дурак, ну при чем здесь возраст? – сестра покрутила у виска пальцем, красноречиво глядя на брата.

– При том. Как-то не хочется, чтобы меня приняли за озабоченного старикана.

– Тогда перестань ее забирать с курсов! – сестра топнула ногой. – Что ты привязался как репей?

– Я не привязался. Ночью возвращаться опасно.

– Девять вечера не ночь, – Аня продолжала сверлить упрямого братца взглядом. – Хватит придумывать отмазки.

– Не лезь. Вообще не твое дело.

– Вадя, ты такой Вадя, – Анька закатила глаза, всем видом показывая, что она думает об умственных способностях брата. – Уже признайся, что втюрился, и не ковыряй мозги ложкой для грейпфрута ни себе, ни ей!

– Аня, ну что ты несешь? – старший брат пытался сделать грозный вид, но когда это мелкая заноза его боялась? – Ну какой “втюрился”?

– А такой! По самые помидоры! – у сестры даже кудряшки подрагивали возмущенно, когда она кивала головой в подтверждение своих слов. – Вадька, ну ты и идиот! Причем полный!

– Анна Артуровна, выбирайте выражения!

– Вадим Артурович, включите мозги и бросьте сопли на кулак мотать!

Они резко замолчали, когда услышали звук открывающейся входной двери. Вернулась бабушка с внуком. Аня пошла к сыну, а Вадим остался стоять на месте. Он злился на сестру. Она за его спиной ведет какую-то прямо подрывную деятельность. Снова лезет куда не просят. Илона вот устроится в жизни и он прекратит ее опекать. Под этим “устроится” подразумевалась учеба, работа, жилье, но никак не посторонний мужчина.

– Так, а что вы еще не закончили? – удивленно спросила родительница. – Мы вроде долго гуляли.

– Анька прокопалась, – ответил сын. – Я дальше сам закончу. Сейчас уже отец приедет, – добавил, бросив взгляд на наручные часы.

Хорошо, что при родителях сестра вновь не подняла эту тему, только кидала на него злые взгляды. Ну, она права – пора прекратить опекать Илону. Ни к чему хорошему это не приведет. Но, черт, он и так свел общение к минимуму!

Дед с бабушкой уже ушли к машине, Аня немного задерживалась.

– Хватит мотать сопли, еще раз говорю, – обуваясь, снова завела разговор об Илоне. – Я тебя не узнаю. Как раньше девок таскал, так нормально было, а как с еще одной замутить, так прям не можешь!

– Она не